"Фантастика 2024-13". Компиляция. Книги 1-19 (СИ)

Мы прошли через зал в жилую комнату: небрежно заправленная кровать, стол с выцарапанным на углу замысловатым рисунком, да старенький ноутбук на подушке. Хотя нет, имелся ещё шкаф, откуда хозяин извлекал вещи, принюхивался и что-то даже надевал. Надя смущенно осталась в зале, а я стал вполоборота в дверях, отметив, как быстро мелькают короткие и мозолистые пальцы. Сразу видно – рабочие. 
– Насколько помню, сестра говорила, вроде как хочет составить книгу из рассказов. Каждая история – это порок, страсть или желание, которые сильны в человеке. Его мечта на отрезке жизни. И то, насколько самое прекрасное может стать кошмаром воплоти. Ведь главный герой – тот, кто исполняет мечты – джиннн. А он, как известно, извращает любое желание.
То, что я уже знаю, но повторение порой полезно. Однако Максим ещё не закончил:
– Из её рассказов мне нравился главный герой: джиннн – владелец антикварной лавки. Он не хотел выполнять желания людей, но не мог идти против природы. В этом его слабость: если ему что-то загадали, то он должен выполнить. И подвох должен быть больше выгод. Маша хотела ввести одному из тех, кто загадает желание, возможность обойти это условие – настолько светлую просьбу, что её невозможно исказить. И это бы уничтожило джиннна… но она так и не сумела придумать подобного желания.
А вот это интересно. Чем сильнее существо, тем важнее, чтобы у него имелась слабость – это уравновешивает силу. Про совершенных существ неинтересно читать, не так ли, уважаемый читатель? Наш Артефактор хочет завладеть силой джинна, и теперь я знаю, как его остановить… только нужно придумать желание. Оставался всего один интересный мне вопрос:
– Вы можете рассказать, о случившемся с вашей сестрой? Как всё закончилось?
– Глупо. Всё закончилось глупо, – Максим вышел в зал уже одетым. – Пришла в мир Вера. И Маша случайно загадала желание своему парню. И ему пришлось его выполнить. Как результат, девушка распалась пылью на его руках.
– И какое же желание? – заинтересовался я.
– Не знаю, – пожал он плечами. – Для меня оно не важно. Важно то, что моя сестра умерла.
– И вы не пытались отомстить? – неуверенно уточнила Надя.
– Кому? – удивился в ответ Максим. – Маше – за загаданное желание? Вере – за изменение мира? Или Дмитрию, который настолько любил мою сестру, что помимо воли вложил свою Веру в её желание? Или ему же за то, что у него не хватило Веры исполнить уже моё? Я до сих пор помню, как он стоял передо мной на коленях, плакал, рассказывая о случившемся. Как он умолял меня загадать ему желание, чтобы её воскресить.
– И? – заинтересовался я. 
– Вы и сами знаете, воскресить человека ещё никому не удалось. Воссоздать тело, разум и память. Вернуть душу. Для этого нужно столько Веры, сколько нет ни у кого. И этот случай не исключение. Хотя… когда Дмитрий уходил от меня, могу поклясться, он был готов на всё, чтобы получить достаточное количество Веры и воскресить её.
Голос Максима был ровным, словно прут арматуры. Нет, не безэмоциональным, как от выгоревшей Веры, просто спокойным. И я бы даже решил, что старая рана зарубцевалась… но мышцы мужчины задеревенели, словно он готовился к драке.
Брут тенью скользнул ко мне на руку, а затем и на плечо. Мы вновь переместились к выходу. Разговор подходил к концу.
– Благодарю за информацию, – мы начали одеваться. – Вероятно, чуть позже сегодня или завтра утром к вам подойдут ещё наши люди. Необходимо получить данные о внешности Дмитрия.
– Понимаю. Буду ждать. Вы знаете, где меня искать.
***
Уважаемый читатель, наверно, уже плюется от длинных диалогов и вставок с описанием мира в начале и по ходу главы? Понимаю ваше требование действия! Но прошу понять и потребности персонажа: нам тоже неохота лишний раз рисковать головой, а диалоги позволяют раскрывать сюжет ничуть не хуже. Что? Вам не нужны оправдания? Ладно…
– Ну и как вам наш собеседник? – стоило выйти из подъезда, поинтересовался я, поморщившись от порыва ветра со стороны мусорки.
– Мне он понравился, – с некоторым вызовом отрезала Надя. – Он добрый и работящий, несмотря на внешность и манеры. Умеет прощать. Немного простоватый и потерянный… но это даже мило!
 
– Это тебе растения нашептали? – полушутя уточнил я.
– И они тоже. Да, Максим безалаберный, не всегда поливает цветы и ничего не знает о правильном уходе. Но растения не чувствуют от него негативной энергии. У него есть всего один друг и тот нейтральный…
– А мне он не нравится, – резко вклинился Брут. – Какой-то подозрительный.
– В каком смысле? – не поняли мы с Надей хором.
Мы вновь устроились в автомобиле, и Надя на месте водителя включила печку, прогревая остывший салон. А Брут медленно, словно подбирая слова, заговорил:
– Вторая комната квартиры, куда вы не заходили – она забита электроникой. Куча микросхем, паяльников, конденсаторов, транзисторов, проводов и прочего барахла из этой оперы. И там пытаются собрать что-то очень странное… и странное даже по нашим меркам: имея знания физика от Сергея, могу это утверждать!
– Ничего странного, он как-никак энергетик. Может, дома мастерит? Увлечённый человек, – не согласилась девушка.
– Это ты ещё не видела третью, запертую на замок комнату. Я туда с трудом пролез, а там… там комната девочки-подростка. Куча книг. Всякие игрушки и плакаты. Компьютер, который якобы умер…
– Ну ладно, значит, он не смог полностью отпустить сестру и закрыл её комнату, – не унималась девушка. – А ты что думаешь, Сергей?
Я даже вздрогнул от звука собственного имени. Что-то меня тревожило… но я не мог понять что! Какое-то мерзкое чувство, словно череп чешется с внутренней стороны. И честно признался:
– Я на стороне Брута. Всё прошло… как-то неестественно хорошо, – и тут я уловил мысль. Всё же полезно порой выговориться: – Мне кажется, две наши проблемы на самом деле одна. Артефактор и соавтор – одно лицо.
– Серьёзно? И на чём основаны твои выводы, гений? – не удержался Брут.
– Элементарно. Имелся соавтор, который хотел возродить свою девушку. Он исчез, пытаясь найти большое количество Веры для этого самого возрождения. И спустя время появился Артефактор – тот, кто может собрать много Веры. И он знает очень много об истории джиннов, – я перевёл дух, с удовольствием уловив внимание слушателей. – И я думаю, одним из первых пунктов возвращения этого Артефактора-соавтора должен стать Максим. Он обязан был заручиться поддержкой человека, который загадал бы правильное желание о воскрешении!
– Если только у него ещё осталось это желание, – уточнила Надя.
– Принимается, – кивнул я. – Но тогда, обретя силу, он попытается уничтожить всё, связывающее с прошлым. Всё, способное его остановить. Именно для этого он наведался в библиотеку за рукописью. А возможность загадывать ему желания – это серьёзная слабость. Тогда бы он уничтожил комнату Марии: вдруг там останутся наброски истории…
– Так значит, возвращаемся? – кровожадно ощерился Брут. – Вытрясем из этого гада всю правду?
При этих словах из подъезда вышел и сам обсуждаемый. Максим поёжился, накинул капюшон пуховика и, даже не осмотревшись, пошёл к ближайшей остановке. Мы тоже не стали задерживаться и поехали прочь. 
– Нам ему нечего предъявить, кроме пары предположений, сделанных на коленке, – покачал я головой. – Я уже отправил сообщение Шурупову в Издательство. Он пришлёт человека к Козлову для снятия образа соавтора. А за квартирой установят наблюдение несколько дронов.
– А мы что будем делать? – заёрзала на месте Надя. – В Университет? Попробуем найти следы соавтора?
Я лишь покачал головой. Бесполезно. У нас слишком мало данных. А надеяться, что кто-то вспомнит человека по прозвищу… нет, стоит повременить и набрать данных для поиска.
– Тогда что? – спросила Надя, выруливая на магистраль.
– Хотите действовать… – протянул я, выглядывая в окошко. Фонари так и мелькали. – Пожалуй, я знаю, что нам делать. Надя, гони вон за тем НЛО…