"Фантастика 2024-13". Компиляция. Книги 1-19 (СИ)
А в зале уже вовсю гремело и грохотало. Непонятно откуда доносились стоны раненых, запахло палёным. К счастью, кроме криков Одержимого уже раздавались слаженные крики гвардейцев. Хм-м, оперативно работают….
— Это, Вася, тут опасненько же, — взгляд Громова так и норовил уйти в сторону.
— В глаза, толчковый ты пёс!
Сейчас я мог не бояться Стражей Душ. Одержимый, который крушил лазарет, растрясёт все Пульсары в округе так, как не один Иной.
* * *Есть.
Вот же капитская твоя морда, какой серьёзный-то стал, Василий! И всё такой же дрищ…
Прямо на меня смотрел, нахмурив брови, сам наследник. Красные волосы, шрам на щеке, и блёклые, почти прозрачные глаза. Он заметно возмужал за эти пару месяцев, но щёки всё равно натягивались на скулах, как вакуумная упаковка на рёбрышках.
Впрочем, из головы огромного Фёдора тут любой бы выглядел дрищом. Сознание Громова испуганно шарахнулось, ощутив незваного подселенца, но я весомо ударил по нему успокоительным астральным щелбаном.
«Фёдор! Фё-о-одор! Сиди спокойно, пока я тут порядок навожу».
К счастью, он меня услышал, хотя спокойствия это ему не прибавило. Тем более, из-за занавески выскочил Влад и, схватив растерянного Василия за плечо, поволок его за боковую штору.
— Ща, Васёк, — махнул я напоследок, — Пару сек!
Его изумлённый взгляд скрыла ткань перегородки, а я сразу же ринулся взглядом внутрь организма, просветив разом все чакры.
На хрен, как же поясница болит. И в ноги отдаёт… И ты терпел такую боль, Фёдор? Ну что ж, уважаю.
Но это потом. Терпели столько, потерпим ещё. Сейчас дело.
Это была непонятная мне стихия, такая непривычная магия. Едва я распустил свою ауру псионика, как всё моё нутро налилось непонятными сигналами, зазвенело на все лады, аж черепушка зазудела.
И попробуй разберись, что происходит… Словно ненастроенное пианино с отсутствующими клавишами.
Через пару мгновений до меня дошло, что под кроватью что-то неведомое хотело поговорить со мной. Я привык к магии огня — она всегда горела тихой яростью у сердца, текла по венам горячей кровью, грела кожу тёплым солнцем, сияла на небосводе Красной Луной и Красными Вертунами вокруг…
А здесь сила расплылась по всем мышцам и будто пропитала кости. Я не мог понять, сгибаю я руку просто командой мозга, или это применение магии земли. А ещё сила была под ногами…
Да что же меня так зовёт из-под кровати? Я, свесив ноги, прижал голые ступни к холодному полу…
И хлынула информация! Мутная, размытая, словно в воде без очков пытаюсь что-то рассмотреть, но так много всего, аж зарябило в мозгу. Даже боль немного утихла.
Звуки в ушах слились с вибрацией в черепе, смешиваясь в непонятные, утробные шумы. Мир стучал, дребезжал, звенел, грохотал — и всё будто через вату. Не хватает чёткости, да и теперь я стал осознавать, что энергии не так уж и много вокруг.
Чего-то не хватает… Наверняка Жёлтой Луны. Да и Вертунов поблизости вообще будто нет, ничего не чувствую. Тоска-то какая.
Не сразу до меня дошло, что я пытаюсь прослушать весь зал через ноги и каменный пол. Твою псину, Фёдор, да это ж охренеть какая способность! И ты так умел и не сказал?
От хозяина тела прилетела эмоция удивления: «А что, я так умел?!»
Но магия есть магия. Свободная Федерация тратит миллиарды рублей на псионика не для того, чтобы он тупил, оказавшись в нестандартной ситуации. А значит, займёмся выправкой чакр.
Сорвав занавеску, в меня кто-то влетел… Я успел выставить руку и поправить полёт тела, но меня самого чуть не снесло с кровати. Кое-как поймав равновесие, я снова принял ровную позу — ноги прижаты к полу для лучшей связи со стихией, позвоночник прямой… И прозваниваем все чакры и контуры, пробиваем чёткими потоками энергии.
Даже окровавленный труп совсем юного целителя, свалившийся возле кровати, не смутил меня. Да, вокруг смерть, и у меня тоже есть шанс получить смертельный удар. Но на войне всегда так.
Фёдор вдруг дёрнул рукой, каким-то чудом захватив над ней контроль, и хлопнул по тумбочке рядом. Я уловил его эмоцию, а потом почуял, что ящик в тумбочке зовёт меня.
Потянул ящик, и там в маленьком колпачке одиноко качнулась жёлтая таблетка. Ох, жжёный псарь, какой силой она фонит, у меня аж астральные слюнки потекли.
Что это? Если для магов огня таблетки называются «пириум», для ветряшей — «эфириум», то как для магов земли? «Хомиум»?
Где-то всплакнул, наверное, мой учитель по космо-инглишу…
Я заграбастал таблетку и закинул в рот. Внутри будто ядерный взрыв, до того ярко расцвёл пучок энергии.
И он ушёл бы впустую, если бы я вовремя не перехватил и не направил в первую чакру. Так, теперь выше… Во второй чакре я потратил часть воли на то, чтобы попробовать её задержать, закрутил вихрем.
Теперь самое сложное. Энергия от таблетки шла не только снизу, но и сверху, поэтому я попытался ухватить хоть одну невидимую чакру у головы, не оставляя без внимания нижнюю вторую. Нет, не вижу, твою псину!
Небесные чакры… Первая, вторая… А, грёбаный насрать! Третья… Ну же, нет! Сейчас энергия уйдёт впустую.
Есть! Я всё-таки зацепился за золотой отблеск четвёртой, оракульной, а потом крепко перехватил третью. Ух, в последний момент схватил жжёного пса за яйца, аж мысленная рука горит от потока энергии.
Не теряя времени, я выпустил вихрящуюся энергию из второй вверх, и так же из третьей вниз. И всю свою волю, все силы я потратил, чтобы оно всё пошло по тем самым тонким повреждённым нитям, чтобы выгнулись контуры навстречу друг другу…
Да твою же псину-у-у-у! Ну, дава-а-ай!
Затрещали ниточки, соединяясь, и «канат» между чакрами сросся десятками волокон. Не все, конечно, но теперь было гораздо лучше. А главное, отпустило поясницу, и Фёдор впервые за долгое время облегчённо вздохнул.
Занавеска с другой стороны разорвалась, впуская к нам горящую пламенем руку. Одно движение, и я перехватываю окровавленные пальцы, от которых несёт горелой плотью, прямо у своего лица.
Меня снесло с кровати, но я успел выкинуть вниз ноги — и затормозил, раскалывая пятками кафельную плитку. Моё тело словно намертво срослось с полом, застыв столбом, и гвардеец с перекошенным от злости лицом мотнулся передо мной, как мешок.
Моя рука, которой я держал ладонь напавшего, обросла внушительными каменными наростами…
— МЫ — ЛЕГИО-О-ОН! — брызгая слюной, заорал мне лицо в Одержимый, — Нас много!!! Нас не остановить!
— А нас — рать, — улыбнулся я.
Сражаться в мои планы не входило, но раз уж пошла такая пляска…
Глава 15. Подкормленный
Чтобы перехватить и удержать руку Одержимого, у меня ушло много сил. Да и резкое сращивание с камнем здания, когда твоё тело становится практически столбом в полу, тоже было энергоёмким.
К счастью, навыки псионика позволяли вливать силу точечно в разные участки тела, и будь я чуть неопытнее, растратил бы сразу все силы. Несколько мгновений, пока охрипший от безумия Одержимый-огняш дышал мне в лицо потусторонней гарью — и я понял, что схватка с ним будет стоить мне всей накопленной энергии.
Одержимый слишком силён. При этом Жёлтой Луны нет, Вертунов поблизости тоже… А запас таблетки улетучивается с печальной скоростью.
Значит, надо думать дальше. Федя, не ссы, прорвёмся.
От хозяина тела прилетела эмоция… Что-то вроде: «Чушка сраная, опасненькие мысли!» Да-а-а, к такому я не привык.
С Фёдором было немного иначе, не так, как с Василием. Если у родного седого дрища я всё время боролся с дрожащими от страха коленками и стучащими зубами, лишь изредка удивляясь его робким порывам злости, то у Фёдора страх проявлялся совсем по-другому.
Здесь мне пришлось противиться желанию «прописать в табло», сломать уроду челюсть, вырвать ноги-руки. Нет, я бы с удовольствием это сделал, но, если я ввяжусь в ближний бой, могу получить союзный огонь в спину.
От Грома приплыла мысль о том, что надо бы ещё разобраться, кто из нас двоих трус. По его мнению, мы могли бы сломать этого хмыря за пару секунд.