"Фантастика 2024-13". Компиляция. Книги 1-19 (СИ)

К счастью, он выжил, напичканный транквилизаторами по самое не могу, и потом ещё хвалился новенькими биопротезами.
— Вот они, — сверху хлопнула дверь.
Соболеву я узнал сразу, а вот двоих мужчин рядом с ней до этого не видел. Судя по их белым одеяниям и крестам на карманах, явно из медслужбы. Одежды старомодны, но всё равно они мне очень напоминали санитаров из нашего госпиталя.
— Оракулы были здесь? — строго спросила Соболева, потом показала помощникам на нас, — Или вы опять подрались?
— Да, госпожа целитель, оракулы, — подал голос Фёдор, победоносно поднявшись на одну ступень, — Иного искали…
— Да чтоб их Пробоина сожрала, — выругалась Соболева.
Удивлённый взгляд целительницы тоже подтвердил мои опасения. «Пустой» явно не должен вот так ползать после проверки мозгов, и поэтому я просто лёг на пол.
Не должен, так не должен…
— Совсем оборзели эти оракулы, — проворчал молодой санитар, оглядывающий меня, — По всей академии собираем студентов.
Я только кивал, гадая, как себя дальше вести. Ясно одно — раз я безлунь, то должен страдать больше остальных. Очень слабое существо.
Так, интересно, а память я мог потерять? Ведь был у нас в корпусе случай, когда часовой заработал амнезию после шутки псионика.
— Вы кто? — задал я наводящий вопрос, когда Соболева спускалась мимо меня к Громову.
— Да чтоб тебя, — она всплеснула руками, — Пустых-то зачем проверять, они вообще рехнулись?
Опустилась, схватила меня за седую шевелюру, и стала заглядывать в глаза.
— Так и знала. С телом-то мы поможем, а вот с душой гораздо сложнее, это надо из города духоправа ждать. И угораздило тебя, сударь, за полгода до инициации-то…
Я едва сдержал улыбку. Ну, духоправа я точно ждать не буду, мне одного оракула хватило.
Госпиталь, значит. Или они это лазаретом называют?
В любом случае, прекрасное место для уединения и изучения своих способностей. Под видом амнезии можно узнать подробности, если не о мире, то обо мне самом.
— У нас там и так магов полно, Арина Бадиевна, ещё и пустого брать?
Соболева, которая уже почти спустилась до Фёдора, замерла. Да, наделила же её природа точёной фигурой.
Она повернулась, демонстрируя прекрасное лицо, искажённое гневом.
— В стенах Восточной академии до инициации все равны! — отчеканила она, — Или вы хотите обсудить это с магистром Гранным?
Санитар покачал головой, а потом безропотно подхватил меня под мышки, и поднял, закидывая мою руку себе на плечо.
— Вы кто? — спросил я, внутренне забавляясь удаче.
Судя по всему, этот медик моё веселье не разделял. Я бросил взгляд назад — там Соболева лично осматривала Фёдора, и тот страдальчески морщился, будто его самое малое катком переехали.
— Господин оракул говорил о чае крепеньком, — протянул Фёдор, — И под свою луну надо, к вертуну…
— Он эту луну себе в задницу засунуть может, — выругалась Соболева, — С крепким чаем! Ты сколько её ждать собрался, месяц, два?
— Ну, я… это…
Тут санитар вывел меня в коридор, и больше я уже их не слышал.
  
Глава 5. Белая
 
Лазарет здесь представлял собой отдельное здание, и дойти можно было только через улицу. Приличное расстояние, но, к счастью, в этот раз вся моя болезнь была симуляцией, а нога чудесным образом была залечена.
Мощёный аккуратной брусчаткой двор, богатый скамейками и декоративными кустарниками, среди которых шныряли, насколько я теперь понимал, студенты.
Здесь были не только парни, но и девушки. В брюках и такой же форме, правда, более приталенной. Судя по взглядам, которые парни бросали на них, не один я находил женскую форму в академии удачной.
Попадались люди и постарше: в военных кителях, они вели под руку женщин в длинных платьях, и те обмахивали веером лицо, со скукой глядя на нашу процессию. И навряд ли это были студенты, слишком велика была разница в возрасте. Да и на поясах у многих военных висели не только шпаги, у некоторых были даже мечи.
 
За витиеватой кованной оградой виднелся город, где перемещались самые настоящие кареты, запряжённые в двойки. Правда, среди них передвигались и вполне самостоятельные автомобили очень старомодного вида, но их было очень мало, единицы.
Да что это за место?
— Здорово тебя Пробоина-то шибанула, — усмехнулся санитар, наблюдая за моей реакцией, — Ты как будто впервые всё увидел.
— Действительно, — кивнул я.
Яркое солнце заставляло жмуриться, но глаза всё-таки привыкли к свету, и я недовольно поднял взгляд. Если тут технологии на таком примитивном уровне, то самолётов или спутников я там точно не…
— Твою псину! — вырвалось у меня.
— Чего мою? — не понял санитар.
У меня закралось чувство, что если вокруг всё-таки виртуальная симуляция, то компьютер явно дал сбой. Серьёзный такой сбой…
Голубое небо, редкие облачка. Солнце почти в зените, и сейчас, вероятно день переваливает за вторую половину.
И это нормально…
Чуть ниже, над городом плывёт луна лимонно-жёлтого цвета. Сейчас видно толстый полумесяц, потому как солнце ярко освещает одну её сторону.
И, несмотря на кислотный цвет луны, это тоже нормально…
Пусть я на другой планете, или в другом измерении — я приму такую версию, чтобы сохранить рассудок.
Но, жжёный псарь, что за дыра в небе?! Что, твою-то псину, посреди голубого неба делает чёрное пятно, в которое проглядывают звёзды? Клякса размером с пять-шесть солнечных дисков, не меньше.
Я так и таращился, вывернув голову, на этот феномен. Дыра была справа, висела чуть выше трёхэтажного корпуса академии.
Просто дыра в небе — такую кляксу ребёнок может оставить на бумаге, да накидать блёсток, и сказать, что это звёзды. Да, там были звёзды, и они были видны, несмотря на солнечный день.
Это ведь нарушение оптической физики. Если только это не колоссальный транспарант, запущенный на каком-нибудь дирижабле.
Правда, небольшую часть этой дыры закрывало одинокое облако, и это подсказывало, что странное явление находится гораздо выше.
— Если долго смотреть в Пробоину, — меня чуть толкнул плечом санитар, — то Пробоина начинает смотреть на тебя.
Я повернулся ошарашенный:
— Пробоина?
— Ветров, да что с тобой оракул сделал? — высказалась Соболева, которая шла позади и оглядывала гуляющий народ. Она расслышала моё удивление.
— Я… не помню, — взяв себя в руки, я старался придерживаться новой легенды.
И всё так же ошарашенно смотрел на Пробоину. Она выше облаков, но не может быть в космосе, иначе бы солнечный свет в атмосфере глушил чёрный цвет.
— Белая луна скоро уйдёт, — вздохнув, сказал санитар, — Опять подолгу раны заживать будут.
— Энергию не экономь, и не будут.
— Так, а если надолго уйдёт, Арина Бадиевна? — санитар возмущённо повернулся, — А вдруг вообще…
Соболева догнала нас:
— Ты несёшь полную чушь, — прошептала она, — Опять к чернолунникам ходил?
Парень упрямо замолчал.
— Выкиньте эту ересь из головы. Магия и наука — вот что поднимает наше общество, а не всякие сказки про невидимую луну, — наседала Соболева.
— Вам, вечерникам, хорошо говорить, — вырвалось у него, — Лу́ны на вас не так влияют.
Арина поморщилась:
— Я не так давно была полуденным магом, Егор, что ты мне тут мелешь? Мы так же, как и вы, зависимы от лун.
Парень, названный Егором, теперь замолк, судя по всему, надолго.
Я, поджав губы, слушал их разговоры, так и оглядываясь на Пробоину. Мы прошли достаточное расстояние, обходя главный корпус, и я не сразу понял, что это там показалось на небе из-за края здания, недалеко от Пробоины. Ещё один серп, только кипенно-белый…
— Луна! — вырвалось у меня.
Все обернулись, посмотрели несколько секунд на небо. А потом снова на меня, и, судя по взгляду Егора, мой диагноз для него стал чуть более серьёзным.