Нелюбезный Шут (СИ)

Начали мы свой путь с центральной площади. Мимо нас неторопливо проходили мужчины и дамы в ярких и красивых платьях, в сопровождении хорошо одетых слуг, но под их мимолётными удивлёнными взглядами я не чувствовала себя деревенской простушкой, потому что была уверена: мой наряд смотрится ничуть не хуже.
Джастер же в своей чёрной шутовской одежде и с мечом без ножен вызывал куда больше заинтересованных взглядов и шепотков, но его это не волновало.
За порядком в Кронтуше следили стражники как с гербом города, так и с королевской Розой. На нас они обращали внимания не больше, чем все остальные.
Подражая дамам в богатых платьях, я не спешила, но и не медлила, успевая любоваться широкими улицами и площадями, украшенными фонтанами и цветами. Про себя изумлялась настоящим дворцам, в которых жили знатные и богатые горожане, искусно выкованным решёткам оград и пышным цветущим садам за ними.
Улицы и площади были полны народа. Слуги, ученики, торговцы, поверенные, уличные артисты и музыканты, наставницы и учителя со своими подопечными, ремесленники и замужние дамы — кого тут только не было! Часто приходилось уступать дорогу всадникам, повозкам и даже богато украшенным каретам, чьи владельцы тоже желали посетить ярмарку.
Чем дольше мы шли, тем больше я сожалела, что отказалась от предложения Саризулы. Кто ж знал, что идти так далеко! Доехала бы в карете, а не маялась в такой толпе по жаре… 
В городе было множество ремесленных улиц, на одной из которых мы и побывали вчера, и я думала, что для торговых рядов отвели какую-нибудь площадь на окраине города, но я ошибалась. Дорога и людская река вывели нас из широко распахнутых восточных ворот на берег реки, где и раскинулось знаменитое торжище. Мы зашли в Кронтуш с запада, потому я не представляла, насколько велика ярмарка.
К самой реке спускались сараи и склады для корабельщиков, рыбаков и лодочников, дальше шли ряды, где торговали рыбой, деревом, доспехами и оружием, тканями, пряностями, посудой, готовой одеждой, обувью, снаряжением, украшениями, овощами и зеленью, шкурами…  На отдельном поле продавали коней и домашнюю скотину. Звон кузнечных молотов и стук плотницких топоров мешался с мычанием коров и ржанием коней, лаем собак, блеянием коз и овец, боевым кукареканием и многоголосием толпы.
А уж сколько ворья там промышляет… 
Это был настоящий город со своей жизнью.
От вида бесчисленных торговых рядов, уходящих вдаль и кишащим там людском море, мне стало немного не по себе. Желания погулять тоже заметно убавилось. Как я буду там продавать свои зелья? Да я же там потеряюсь сразу!
— Госпожа, — Джастер едва заметно взял меня под локоть, выводя на обочину тракта, где было меньше народа.
— Нам обязательно туда идти? — Я нервно вздрогнула, обхватив себя руками. — Может, вернёмся? Я не думала, что она такая большая… 
— Не волнуйся, — Шут остановился передо мной. — Я пойду впереди, а ты следом. Держись в двух шагах за мной и постарайся не отставать. Если что-то понадобится — просто скажи, и я подожду. Поняла?
Я кивнула, стараясь унять внутренний страх. Я — госпожа ведьма, а это — просто ярмарка.
Подумаешь, никогда раньше столько народа не видела… 
Но как продавать зелья в этой толпе — я совершенно не представляла.
Идти за Шутом оказалось удобно: он шагал так уверенно и непоколебимо, что люди сами расступались перед ним. Я только старалась не отставать и гадала, куда же именно он идёт.
Наш путь лежал мимо самых разных товаров, выставленных на прилавках. Зазывалы всех мастей наперебой нахваливали ковры, пряности, сладости, украшения для девиц и дам, ткани и ленты, гребни и зеркальца, туфли и платья. Разносчики продавали с лотков пирожки, булочки, простоквашу, воду и разные напитки. Я уж совсем хотела попросить Шута задержаться, чтобы купить хотя бы воды, но он сам махнул рукой одному из разносчиков. Напившись, мы продолжили путь, пока Шут не свернул в ряд, после большой толпы показавшийся мне едва ли не пустым.
 
Оглядевшись, я поняла почему. Здесь расположились со своим товаром травники, лекари, аптекари и книжники. Не слишком ходовой товар, за таким идут только по необходимости. Посетителей тут было намного меньше, чем в соседних рядах, и потому на нас сразу обратили внимание.
Под молчаливыми пристальными взглядами Шут невозмутимо шёл между прилавков, не реагируя на попытки торговцев привлечь «госпожу ведьму», и, по-моему, даже не покосился на предлагаемый «мусор». Я недоумевала, зачем он сюда пришёл, если зелья были восстановлены, а к предлагаемому товару он относился с откровенным презрением. Тем неожиданней было, когда он внезапно свернул к одному ничем не примечательному прилавку.
— Чем могу служить, почтенные? — из-за пустого прилавка, на котором стояла только табличка «мастер Авир, аптекарь», поднялся сухонький белобородый старичок в белой одежде, до нашего появления дремавший в теньке навеса.
— Госпоже Яниге нужно это, — неведомо откуда Джастер достал свиток и положил перед аптекарем.
Мастер Авир взял пергамент, развернул и подслеповато прищурился, вчитываясь в целый список. Белые брови то взлетали вверх, то сходились к переносице, пока мне оставалось только гадать, что же такого там понаписал Джастер.
— И когда госпоже нужны эти ингредиенты? — Аптекарь вынырнул из свитка и посмотрел на меня.
— Всё, что возможно, сегодня к вечеру, — невозмутимо ответил Шут. — Остальное — завтра.
Мастер Авир положил свиток на прилавок и задумчиво пощипывал бородку тонкими сухими пальцами.
— Это будет дорого стоить, госпожа. — Аптекарь снова глянул на свиток. — Это редкие ингредиенты, и, признаться, я не понимаю, к чему они вам в вашем ремесле и к тому же в таком количестве… 
Вот ни капли не сомневалась, хотя даже не знаю, что там написано.
— Сколько? — только вздохнула я, готовясь услышать очередную сумму золотом. С Джастером по-другому не получалось.
— Три «розы» и четыре «лепестка», госпожа.
Признаться, я ожидала очередного торга, но Шут молча достал кошелёк и положил требуемую плату на прилавок.
— Доставить нужно в… 
— «Праздничного гуся», — в ответ на моё удивление аптекарь лукаво улыбнулся, сгребая монеты. — Я наслышан о вас, госпожа. Всё будет доставлено в срок.
Мне оставалось только кивнуть и последовать за Шутом, думая, насколько же быстро разлетелась по Кронтушу молва о «госпоже Яниге» и её охраннике. Что при этом в слухах было правдой, а что придумали сами сплетники — я даже представлять не пыталась.
Конец торгового ряда занимал большой прилавок с книгами и свитками. Здесь продавали пергаментные листы, «Житие его величества Магмуса Первого и его рыцарей», «Обретение Огненной Розы», «Нравоучения», «Наставления», «Сказания королевства для детей» и прочие истории, которые обычно читали простые люди.
Пухлый торговец в ярко-синем кафтане о чём-то негромко беседовал с худым мужчиной в скромной, но опрятной одежде. Чёрные волосы и борода книжника были тщательно уложены, а лицо и пухлые пальцы темнели от загара, словно он целыми днями сидел здесь. Бледная кожа его собеседника с въевшимися чернильными пятнами на пальцах выдавала домашнего учителя или писаря из канцелярии магистрата. В руках он держал завёрнутую в ткань книгу.
Шут сбавил шаг, оглядывая товар. Наверно, хочет купить листы пергамента в запас, а то моя книга почти закончилась… 
— Чем могу помочь, госпожа ведьма? — Книжник заметил нас, но не встал, как другие торговцы при виде покупателей. — Желаете… 
— «Сказки и легенды», полный список, — Шут невозмутимо оборвал торговца. — Желательно, с картинками.
Что? Сказки? С картинками? Джастер, ты что, ребёнок?!
Только вот глаза продавца округлились по иной причине.
— Полный список? — подался он вперёд. — Вы в своём уме, юноша?
— Да уж не в вашем точно, — тут же нагрубил Шут. — Есть или нет?
С лица продавца сползла улыбка; притихший учитель, даже не попрощавшись, растворился в толпе, а книжник нахмурился и с вызовом сложил руки на груди. Точнее — на животе, выше у него просто не получилось.