Новенькая для мажора (СИ)

― Неделя уже прошла, ― хищно улыбнулся парень.
― На школьную неделю! А ты уехал в Гонконг, вернулся только в пятницу…
― Календарная неделя прошла.
― Значит все? Теперь можно издеваться над людьми? ― от обиды в моем животе что-то дрогнуло.
Руслан отставил в сторону свой бутерброд.
― Ты не говоришь мне, что любишь, но при этом требуешь примерного поведения. Как-то нечестно выходит.
― А может, потому и не говорю, что твое поведение далеко не примерное?
Прищурив глаза, мрачно скрестил руки на груди.
― Значит, чтобы быть с тобой, мне нужно яиц своих лишиться? Начать по струнке ходить? Неужели тебе такой парень нужен? Евнух без собственного мнения?
Покраснев от злости, я опустила голову. Ничего ему не ответила. Взялась за свой йогурт с черничным вареньем.
― Что? Нечего сказать?
― Мне нужен человек, которому не плевать, что чувствуют другие люди! ― наконец, не выдержала я. ― Парень с сердцем и совестью! Тот, который не станет швырять в фонтан очки другого ученика, не станет угрожать ничьей жизни и не будет никого ставить перед собой на колени! Ты знаешь, что происходило в твоей школе всю эту неделю? ― на мои глаза навернулись слезы. ― Знаешь, что Карина сделала с Катей по твоей указке? Она превратила ее в парию! Нет, хуже, она опубликовала их тайную переписку, выставила на всеобщее обозрение все ее секреты! Вся школа считала своим долгом унижать и обзывать ее! В том, что она так отчаялась, что решила покончить с собой ты, ты тоже виноват, как и в том, что чуть не произошло со мной! ― голос дрогнул и чуть не сорвался.
На его лицо нашла грозовая туча, глаза стали двумя черными дырами. Он с такой силой сжал челюсть, что у него побелели жевательные мышцы. Какую-то минуту он молчал.
― Значит, для того, чтобы ты стала моей, мне нужно изменить свою суть. Так, Арина? ― наконец, произнес.
― Можешь не менять, ― прошептала я, ― но тогда не жалуйся, что я не говорю тебе того, что ты хочешь услышать.
Я снова принялась за свой йогурт. Какое-то время мы ничего друг другу не говорили.
― Ладно, Птичка, ― в конце концов, вздохнул парень, ― ничего не обещаю, но постараюсь вести себя немного сдержаннее. Только ради тебя!
Подняв голову и встретившись с ним взглядом, я увидела улыбку на его лице. Едва заметную, усталую, но все-таки настоящую.
Я несмело улыбнулась ему в ответ. Возможно, вот так по чуть-чуть, постепенно, он сможет стать лучше, добрее к другим людям? Конечно, это только самое начало, и все же это прогресс! В моем сердце проснулась робкая трепетная надежда на то, что мы с Русланом, и правда, сможем быть вместе. Не временно, а именно как настоящая пара.
Ведь я прыгнула в эту пропасть, не зная, что ждет меня впереди, но возможно…
Возможно, у нас с ним могло быть общее будущее?
* * *
Вещей с собой у меня было немного, но кое-что мне уже успел купить и подарить Руслан (по крайней мере, самое необходимое). Парень подвез меня до школы, и первым делом я, как и собиралась, отправилась в административный корпус за ключами от новой комнаты.
Дойдя до женского общежития, поднялась на второй этаж и тут обнаружила, что в этот раз меня поселили в просторном, хорошо обустроенном «номере» с двуспальной кроватью. Без соседки.
Конечно же, за этим стоял Руслан. Вот они, первые последствия того, что я начала встречаться с сыном владельца школы, в которой училась.
― Ну, как тебе?
Обернувшись, я увидела, что в дверях, привалившись к косяку, стоял мой новый парень.
― Как-то слишком… привилегированно.
― Зато больше никаких сумасшедших соседок, да и я смогу заходить, когда захочу!
― Вот как? ― насмешливо приподняла брови. ― Наверное, это все-таки пока моя комната, а не наша общая? Впрочем, ты и в мою предыдущую заходил, когда хотел…
Руслан подождал, пока я переоденусь в форму, и мы отправились в сторону основного корпуса.
Остальные ребята явно не ожидали увидеть нас вместе. Уже на выходе из общежития я поймала на себе несколько удивленных взглядов, но чем ближе мы подходили к главному зданию, тем большее внимание привлекали.
 
И тут, на подходе к крыльцу, Орлов внезапно обнял меня за плечи и поцеловал в макушку. При виде этого несколько старшеклассниц, стоявших возле входа в школу, тут же принялись оживленно переговариваться между собой.
Наверное, ему было важно продемонстрировать, что строптивая девчонка, которая еще совсем недавно кричала, что никогда не пойдет с ним на свидание, наконец, сдалась? Почему-то эта мысль меня совсем не порадовала. А еще мне вдруг вспомнилась та его цитата: «Льва не должно интересовать мнение овец». И вот теперь у всех на глазах он обнимает и целует бледного сурка…
― Говоришь, ты можешь встречаться с кем пожелаешь, и тебе все равно, что об этом подумают?
― Это ты к чему?
― Ну… мы с тобой немного из разных лиг, разве нет?
Руслан только фыркнул:
― Ты о том, что не из самой богатой семьи? Зато дочь подполковника. Знаешь, мой отец до того, как податься в бизнес, тоже военное училище закончил, правда, дослужился только до майора. Мир тесен, ― хмыкнул. ― Не из таких уж мы и разных семей.
Как раз об этом я и не подумала ‒ о происхождении, да и о популярности, хотя тоже стоило бы… Интересно, как его отец умудрился, будучи военным, стать миллиардером, одним из царей Барвихи?
― Вообще-то я о том, что ты красавчик.
― Ну, а ты красотка.
Ну, да. Ладно, не буду спорить с влюбленным человеком. Как говорится, красота в глазах смотрящего.
― Разве тебе этого еще не говорили? ― Руслан посмотрел на меня. ― Тот твой… бывший парень, ― поморщился, словно от лимона, ― разве не говорил, что ты красавица?
― Красота ‒ понятие субъективное. Ему я нравилась, и тебе…
― Ариша, ― усмехнулся Орлов, ― думаешь, мне понадобилось бы запрещать другим парням подходить к тебе, если бы в тот самый первый день я не услышал разговоры, вроде «новенькая — красотка, спорим, будет моей?». Тут уж я вынужден был вмешаться.
― Правда? ― недоверчиво переспросила я.
― Ага. Чистая правда. А теперь забудь о том, что я сказал. Вообще забудь о том, что другие парни на свете существуют, ― снова с силой прижался губами к моим волосам.
Перед первым уроком мы зашли в библиотеку, затем занесли в класс свои вещи и только вышли из помещения, как Орлов поймал меня и прислонил к стене рядом с двойными дверьми.
Его мускулистые руки с силой сжали мою талию, дыхание запуталось в волосах. Ноги тут же отказались мне служить, я почувствовала, что таю, плавлюсь от его прикосновений, как льдинка на жарком солнце. Я обняла его за шею, провела ладонями по лицу. Но все-таки словно бы… отчасти продолжила свое сопротивление.
― Это ты так всем показываешь, что добился своего? ― прошептала, взглянув в его бездонные черные глаза.
― Нет, Ариша, ― негромко засмеялся, ― просто праздную исполнение желания. Не представляешь, как часто я смотрел на тебя и думал, мечтал, как прислоню к одной из этих стен и буду целовать, целовать, пока у меня дыхание не закончится!
Мое сердце остановилось, застыло, а потом куда-то понеслось со страшной скоростью. Я почувствовала себя мотыльком, попавшим в электрическую ловушку ‒ по моей коже, по нервам начали пробегать обжигающие искры, зарождавшиеся в глубине живота.
Краем сознания я понимала, что на нас все смотрят: и главные сплетницы нашего класса, и парни, которым он запретил ко мне приближаться, и даже учительница обществознания, которую Руслан променял на меня.
Но мне уже было все равно.
Ощутив его губы на своих губах, почувствовав их мягкость и нежность, их умопомрачительный вкус, я окончательно растаяла, утонула в океане непередаваемых ощущений. И этот парень, жестокий и своевольный, но сильный и заботливый, в одно мгновение стал мне в тысячу раз дороже. Ведь он совсем не такой, каким я раньше его считала.
В этот момент мы словно слились воедино. И вдруг я поняла, осознала…