Новенькая для мажора (СИ)

Несколько секунд Руслан ничего мне не отвечал.
― Как легко ты делаешь выводы! ― в его голосе был скрытый гнев, но он говорил спокойно. ― Твой Захар залил мою машину и трусливо смылся. Наверное, это была случайность, но знаешь, у меня немало врагов ‒ с тем же успехом это мог быть намеренный вандализм, просто так спустить я этого не мог. Мои люди спрашивали, кто это сделал ‒ он так и не признался. Если бы принял все как мужчина, я бы никогда с ним так не поступил. В итоге пришлось искать свидетелей, и они нашлись. А вместо него мог пострадать невиновный, и вот это было бы действительно несправедливо ‒ один из восьмиклассников оговорил другого, и выяснилось все в последний момент! Твой Захар не сознался и тогда, предпочел отсидеться в стороне. Я наказал его не за коктейль, а за слабость, трусость и подлость. Да и наказанием это не назовешь ‒ просто потребовал извинений.
Я могла бы на это возразить, что уж сегодня-то Захар точно ни в чем виноват не был, и со стороны Руслана это было простой ревностью. И все же если Орлов сказал правду, и все именно так и было…
Довольно неприятная история, с какой стороны ни взгляни, и в ней мой друг представал в невыгодном свете. Я вспомнила, как не хотел он рассказывать мне о том, что произошло, как мялся, смущался. Я думала, этот стыд был вызван воспоминаниями о наказании, но возможно…
Возможно, ему было совестно вспоминать о своем поступке. О том, как он чуть не подставил другого ученика.
«Все равно во всем виноват этот так называемый король! Он всех запугал, конечно, Захар побоялся рассказать ему правду!», попыталась я в чем-то себя убедить.
― Я не такой плохой, как ты думаешь, ― сказал Руслан.
― Сомневаюсь, ― поежившись, сжала плечи руками.
― Не сомневайся. У меня есть совесть, понятия о правильном и ошибочном. Я знаю, ты выросла совсем в другом мире, тебе все видится в черно-белом цвете. Ты налепила на меня ярлык «злодей» и теперь ничего не хочешь слышать.
Я знала, что с какой-то стороны он совершенно точно был прав. Внезапно в мою душу вкралась новая надежда. Возможно, Руслан и правда… был небезнадежен? Я и хотела бы снова вцепиться в свою ненависть, как в спасательный круг ‒ ведь из моей жизни снова исчезали все ориентиры…
Но каким искушением было поверить ему!
Что, если мы и правда, просто придаем разные значения понятию «справедливость»? Что, если благодаря мне он сможет стать немного добрее к людям?
― Давай заключим договор. Сегодня ты по своей воле сходишь со мной на свидание, на настоящее свидание, а я на целую неделю стану шелковым. Клянусь, за эти дни и мухи не обижу! ― усмехнулся он. ― И если по его окончании ты не изменишь своего мнения обо мне и больше встречаться не захочешь ‒ так тому и быть.
На целую неделю прекратит унижать и задирать людей? Интересное предложение. Да вот только можно ли ему верить? Руслану и раньше уже случалось обманывать меня! С другой стороны, мне все равно так и так придется идти на это свидание, но в этом случае я могу что-то получить взамен.
― Если откажешься, мои жертвы на этой неделе будут на твоей совести!
Я поняла, что он просто шутит, но это был действительно сильный аргумент. Сколько же коварных мыслей у него в голове! Всего-то добавил один небольшой пункт в договор с дьяволом, и вот я уже всерьез размышляю о том, не дать ли ему реальный шанс меня завоевать! А ведь обещала себе, что этого никогда не будет ‒ ведь я знала, как для меня был опасен этот парень. Знала, что должна была держаться от него так далеко, как это возможно.
― Соглашайся, Птичка! ― улыбнулся Руслан по-мальчишески беспечно.
Мое сердце пропустило удар, а потом забилось как ненормальное.
Этот человек, и правда, сам дьявол во плоти!
Глава 24. Договор
Орлов остановил свой «Астон Мартин» на одной из улиц, чтобы мы могли подробнее обсудить условия нашего договора. Я решила не то чтобы дать ему шанс. Скорее рискнуть. Всего одно свидание, вряд ли оно может всерьез на что-то повлиять?
― Итак, правила такие. Ты идешь со мной туда, куда я тебя позову, позволяешь мне платить за себя, разговариваешь со мной так, словно пошла на свидание по доброй воле. Словно мне не пришлось тащить тебя силой! Никаких игр в ледяную принцессу и злую кошку ‒ это главное условие. В общем, не отмалчиваешься и во всем меня слушаешься!
 
― То есть, во всем тебя слушаться? Даже если ты снова руки начнешь распускать? Ну, уж нет!
― Ладно, почти во всем! ― Руслан усмехнулся с таким видом, словно я раскрыла его тайный замысел.
Хм… На минуту я задумалась над его словами.
― Хорошо. А вот мои условия: ты не только всю следующую неделю будешь вежлив с людьми, но и извинишься перед всеми, с кем в последнее время ужасно обошелся!
Его глаза сначала пораженно расширились, затем сузились ‒ парень явно не пришел в восторг от моей просьбы.
― Иначе никакого договора не получится! У тебя будет свидание с ледяной принцессой и злой кошкой в одном лице. А может, и вообще никакого свидания не будет ‒ может, у меня получится от тебя сбежать!
Орлов по-прежнему продолжал гневно молчать.
― Передо мной-то ты извинился!
― Извинился, потому что мне действительно не все равно, что ты чувствуешь. Мне было жаль, что я тебя напугал, и очень жаль, что воспользовался твоим состоянием. Но перед другими я извиниться не смогу. По крайней мере, искренне.
От его слов у меня на сердце стало тепло, как никогда ‒ значит, он и правда сожалеет, ему и правда не все равно!
Но в следующую секунду я снова испугалась. Лед в моем сердце уже начал таять, растает окончательно… и что тогда?
― Ну, извинись неискренне!
― Не хочу.
― Отыщи в своей душе хоть кроху доброты, сочувствия и сострадания, попробуй представить, через что из-за тебя прошли все эти люди, и тогда, может быть, сможешь попросить прощения от чистого сердца. Ты ведь не одну меня напугал до полусмерти! Видел бы ты себя со стороны ‒ просто сам Люцифер в человечьем обличье!
Руслан усмехнулся:
― Что мне сделать, чтобы ты вычеркнула этот пункт из нашего договора?
― Ничего! ― фыркнула я.
― Извиниться даже перед этим слюнтяем и слабаком, заслужившим худшего наказания? Или перед Фирсовой, накачавшей тебя наркотиками? Перед Яровой, этой низкой тварью?
― А Карине ты что сделал? ― немного растерялась.
― А ты думаешь, я просто попросил ее оставить тебя в покое, поговорил с ней? Я и правда, поговорил. В своей манере.
Боже мой! Он словно этим гордится!
Ему явно нравится наводить ужас на людей. Чувствует себя альфа самцом, королем, самым крутым?
― Да, Руслан, и перед ними тоже извинись!
Орлов с раздражением выдохнул воздух из легких.
― Тогда добавлю еще один пункт со своей стороны, ― взгляд его черных глаз остановился на моих губах. ― С тебя поцелуй! Настоящий поцелуй, Птичка, не чмок в щечку!
Мое сердце забилось как сумасшедшее. Покраснев, я сжала руки у груди.
― У меня все еще есть парень, я не могу ни с кем целоваться…
― А что твой парень думает о том, что ты со мной переспала?
― Я же была не в себе! И не контролировала своих действий!
― То есть, ты ему об этом не рассказала, я так понимаю? Ну, и о поцелуе не говори.
Я вздохнула.
― Ладно, ты победил, можешь ни перед кем не извиняться.
― Нет уж! Мне понравился этот пункт договора. С тебя поцелуй, а я, так уж и быть, пошлю своим жертвам по корзине с фруктами! ― засмеялся Руслан.
Взглянув на его чувственные, красиво изогнутые губы, вспомнив их вкус, я ощутила приближение знакомой огненной волны, готовой накрыть меня за секунду.
― Я не буду обманывать своего парня! ― встряхнула головой, пытаясь избавиться от этого наваждения.
― Поцелуй ‒ это не измена.
― У меня другое мнение на этот счет.
― Как же с тобой тяжело! ― раздраженно вздохнул Орлов. ― Неужели обязательно быть такой правильной?
― Это называется порядочность. А еще честность. Если бы я была твоей девушкой, ты тоже был бы не против, чтобы я целовалась с другими парнями? Приму к сведенью!