Ярый. Становление (СИ)

— Алекс! Ты чего так поздно?! — подошел ко мне Василий, в строгом деловом костюме и папочкой подмышкой.
— Привет, — поздоровался я и мы обменялись рукопожатиями. — А для чего раньше приезжать? Что от этого изменится?
— Наверное ничего, не считая места на стоянке, — хмыкнул тот, кивнув на мой джип, наполовину припаркованный на газоне.
— Не критично, — отмахнулся я, но потом уточни: — А на штрафстоянку не заберут?
— Как повезет, — хмыкнул Василий, а потом осмотрелся по сторонам и сказал: — Вряд ли сюда эвакуатор подъедет, побоится поцарапать другие авто.
А вот если они отсюда разъедутся, то… следовательно, с экзаменами не следует тянуть, точнее, засиживаться над заданиями. Впрочем, совершенно не собирался такими вещами заниматься. Не получится поступить — не расстроюсь, глобального смысла в учебе не вижу. Даже допускаю, что для клана и меня лично это окажется выгоднее. Если же потребуется образование, то его всегда получу, в менее престижном вузе. Нет, на архитектора точно не пойду, как и в школу ликвидаторов, реклама которой набирает невиданные обороты. Боюсь представить какой там выделен бюджет.
— Пойду зарегистрируюсь, что прибыл, — сказал Василию, но тот меня придержал за рукав:
— Алекс, в этом нет необходимости, списки поступающих давно составлены. Нас начнут вызывать, — он посмотрел на часы, — через пару минут. Не пойму, куда Настя с Оксанкой подевались? О, вот это сюрприз! — он удивленно посмотрел мне за спину.
Оглянулся и согласился с ним, не ожидал тут увидеть Валерию, идущую к нам, а позади нее, в паре метрах выбирается из шикарной тачки Смолина, а рядом с ней стоит парень в костюме как у княжича.
— Ты о девушках или конкуренте? — хмыкнул я.
— Не понял, — перевел на меня взгляд княжич, а потом усмехнулся: — Не, с Игорем Матвеевичем Смирновым мы не враждуем. У него отец является министром транспорта, Матвей Васильевич пару раз выручал и наши с Настей штрафы аннулировал.
— А так разве можно? — подколол я своего приятеля.
— Если спорная ситуация и ты докажешь, что не виновен или обоснованно сомневаешься в правомерности, то граф идет навстречу.
На языке так и крутился вопрос, а не поэтому ли они все на спортивных тачках разъезжают? Промолчал, за превышение скорости, если их поймали, платят, Василий сам говорил, да и княжна об этом упоминала. Меня пока кара сия стороной обошла, но я стараюсь соблюдать знаки и не превышать скоростной режим.
— Привет! — поздоровалась с нами Валерия, опередив парочку, которую только что с княжичем обсуждали.
— Здравствуй, — улыбнулся младший Романов девушке. — Превосходно выглядишь.
Голицина так же, как и я, из толпы немного выбивается своим простым платьем. Хотя, нет, признаю, ошибся! Материал дорогой, пошито идеально, такое поди стоит дорого. Опять-таки, макияж и прическа сделана недавно, украшений немного, но они все не такие и дешевые. Тем не менее, Лера не похожа на бизнесвумен, обычная студентка из обеспеченной семьи.
— Старалась, — ответила Валерия, но голос чуточку дрогнул, выдавая ее волнение.
— Добрый день, — приветливо поздоровался с нами Смирнов и Виктория.
— Здравствуйте, — ответил я.
Валерия что-то неразборчиво буркнула, оценивающе осмотрев наряд Смолиной. Хм, девушки друг друга стоят! Обе красивы, но Виктория выбрала образ этакой знойной и умелой дамы. Не понимаю, как им это поможет на экзаменах? Или тут тоже встречают по одежке?
— Алекс Григорьевич, рад лично познакомиться, наслышан о ваших успехах, — огорошил меня Игорь Матвеевич, когда Василий нас представил.
— Надеюсь поступим вместе, — вежливо ответил я и взглянул на часы. — Гм, думаю, нам пора подобраться ближе к входу.
— Пошли, — кивнул Василий Иванович.
Наша пестрая компания стала пробираться между «групп поддержки». Младший Романов тут хорошо известен, перед ним расступаются, здороваются, а княжич не забывал вежливо кивать в ответ. Нашлись и Анастасия с Анной, Оксаной и пятерыми парнями, не устающими делать им комплименты. Я даже расслышал некий намек от долговязого и наглого парня, приглашающего кого-то из девушек после сегодняшнего экзамена к себе. Познакомиться со всеми не успел, из дверей универа вышла Маргарита Семеновна, с которой уже знаком.
 
— Всем добрый день! — раздался усиленный магией или скрытым микрофоном голос заместителя ректора по работе со студентами. — Прошу внимания и тишины! — она обвела взглядом приличную толпу и продолжила: — Сегодня первый день вступительных экзаменов, поэтому беспорядок прощается. Однако, попрошу с завтрашнего дня, прибывать абитуриентов без друзей и родственников. Поверьте, вы только отвлекаете молодых людей. С этим вопросом закончим и переходим непосредственно к началу испытаний. Из-за большого количества желающих поступить в Княжеский Университет Прав и Свобод мы разбили соискателей на четыре потока. Девушки сдают свои экзамены отдельно от юношей из-за различных требований по физической подготовке, а не из-за дискриминации!
— Несправедливо, — буркнула Анастасия.
— Брось, — шепнула ей Анна, — нормы действительно разные, в том числе и дистанция кросса.
Что-то я ни у кого не вижу спортивной формы. И, насколько помню, физкультура не входила в перечень вступительных испытаний! Тем временем, госпожа Савина именно на этом пункте остановилась и все объяснила:
— В последний момент было принято решение о проверке физических способностей поступающих. Это все из-за новых требований к выпускникам, которые начнут предъявляться с этого набора. Дополнительную информацию узнаете позже, когда состоится зачисление и утвердится учебный план. А сейчас я желаю всем успехов! Мои помощники зачитают списки и каждой группе дадут пояснения, — заместитель ректора развернулась и под нарастающий ропот толпы удалилась.
Похоже, нововведения оказались для большинства полной неожиданностью. Стоящая чуть позади нас дородная девица стала возмущенно, что-то говорить своим родителям. Прислушиваться не стал, на крыльцо вышли две молодые дамы в строгих костюмах и двое мужчин, они начали попеременно зачитывать списки. Пока один абитуриент подходил, показывал свои документы, вызывался второй, а потом третий и четвертый. Молодые люди не задерживались, проходили в университет.
Мою фамилию назвали одну из последних. Василий с Настей и все остальные, даже Лера, уже давно ушли.
— Паспорт, пожалуйста, — скользнул по моему лицу взглядом преподаватель по истории, так на его бейджике гласит надпись.
— Пожалуйста, — отдал я документ.
— Хорошо, — кивнул историк. — Аудитория сто двадцать первая. Сегодня у вас письменная работа по русскому языку и физическая подготовка. Удачи.
Паспорт еще раз потребовался, когда раздавали бланки. Из знакомых увидел Куглина, сидящего в среднем ряду и Смирнова, о чем-то беседующего с долговязым, который у меня вызвал неприязнь своей наглостью.
Темы сочинений озадачили, две по каким-то художественным книгам, название которых впервые услышал, а последняя о том, для чего поступаю в университет. Так и подмывало написать две строчки, что высшее образование требуется для клана и не более того. Разумеется, пришлось импровизировать и высказывать мысли, с которыми не совсем согласен. За час управился, проверил ошибки, и первый отправился работу сдавать.
— Вы уверены? — озадаченно спросила престарелая преподавательница, являющаяся главой комиссии у нашей группы соискателей. — Еще полтора часа в вашем распоряжении.
— Я уже все свои мысли изложил, — пожал плечами.
— Хорошо, — поджала губы Журкина Е.В., такое имя перед ней на табличке. — Лично проверю и оценку выставлю.
— Как вам будет угодно, — вежливо ответил и направился на выход.
На стоянке переставил джип, благо свободные места появились. Сходил перекусил, а потом отправился на сдачу экзамена по физподготовке. Спортивную форму выдали новую, каждый поступающий сам подбирал себе футболку, штаны и кроссовки. Вещи качественные, дорогие, университет изрядно потратился. А вот отношение ко мне парней какое-то неоднозначное, общаться не желают, но на вопросы отвечают. Уже не раз ловил их взгляды на одежду, кто-то смотрел презрительно, другие осуждающе, меньшинство делало вид, что вовсе меня не замечает. Плевать и растереть! Смирнов и тот как-то стал сторониться, к нему пару раз подходил Куглин и что-то доказывал. Наверняка речь про меня, но Игоря останавливает то, что я общался с княжичем.