Самый-самый (СИ)

Поняла. Примерно, такое же количество вновь стало красным на схеме. Может, чуть меньше.
Аналогичный запрос по воровству, обогащению и собственной выгоде покрасил почти все зелёные точки на схеме в красный цвет. Три, хотя нет, четыре точки остались зелёными. Из трех сотен только четыре человека не соответствовали параметрам, которые я указал. Печально…
–Вы кто такой? Кто вам разрешил здесь находиться? Покиньте помещение! – Раздался противный окрик справа от меня.
Тихо посидеть мне не дали. Как же, тут же собрались хозяева жизни. А кто я такой? И так я просидел здесь незамеченным достаточно долго, целых двадцать минут. На нас стали оборачиваться люди. Некоторые перешёптывались, кивали и показывали в мою сторону, что-то усердно рассказывали друг другу.
– Я – народ. А ты – слуга народа. Значит, ты мой слуга. Правильно? – Я откинулся на спинку кресла и посмотрел на него. – Я, может, даже голосовал за тебя. Хотя нет, за тебя – точно нет. Такой жирный, тупой и мерзкий! Как вообще за тебя мог кто-то проголосовать? А раз я – народ, значит, могу заходить сюда, когда захочу, и как захожу, не спрашивая у тебя разрешения.
Он немножко растерялся в начале. Опешил от того, что кто-то может грубить ему. Но быстро взял себя в руки, и противным голосом заверещал.
– Я вызову охрану! Немедленно покиньте помещение! – И через некоторое время, видя, что его слова не имеют никакого эффекта, продолжил. – Охрана! Охрана! Выведите этого господина.
Тут же появилась пара человек в камуфляже и с автоматами. Толстяк принялся раздавать им указания и тыкать в меня своим пальцем-сарделькой, с огромным золотым перстнем и таким же большим камнем.
«Разве такое ещё в моде? Девяностые давно прошли» – мельком успел подумать я, прежде чем ко мне подскочили два человека в форме, один справа, другой слева. Да, я успел немножко струхнуть. За все годы жизни, ко мне так ни разу не подходили люди с оружием, ещё и с определёнными намерениями, с нехорошими для меня намерениями. Один держал руку на автомате, видимо, готовясь его использовать в любой момент. А вот во втором я почувствовал неуверенность. Я не спеша встал. По моей левой руке заструились маленькие электрические разряды.
– Служивый, отойди, пожалуйста. Я пройду к трибуне, мне нужно обратиться к «слугам народа». – Обратился я к тому, от которого я почувствовал неуверенность. Видимо, он узнал меня. А «молнии» на руке, укрепили его узнавание, и он отошёл в сторону. Это хорошо. Я не хотел применять к нему свой «шокер».
«Служивый?» – Спросил я сам у себя. Откуда я постоянно беру эти устаревшие слова. Раньше я за собой такого не замечал. Как будто мой дед говорит, а не я.
До трибуны я дошел без препятствий. Как мне такое позволили, я не знаю, если честно. Ведь по большому счету, я ничего такого не сделал, чтобы меня боялись и позволили так спокойно разгуливать по такому закрытому и защищенному месту. Наверное, они все были в шоке, или просто осторожничали. А может просто я слишком быстро и нагло действовал, и никто не успевал ничего придумать. Только толстяк, который верещал на меня, что-то продолжал доказывать службе охраны, и по-прежнему тыкал в меня своим пальцем. В остальном, все в зале притихли, а я не спеша дошел до трибуны. Какой-то депутат стоял там, и мне пришлось вежливо попросить освободить мне место.
– Ребята! – Обратился я в зал. Ну не «товарищи» или «господа» мне к ним обращаться. – И девчата! – Добавил, увидев несколько представителей слабого пола.
«А также их родители! Веселые истории
Послушать, не хотите ли?»
Пропел я про себя и хмыкнул. Нервы.
– Не знаю, нужно ли представляться. Но представлюсь. Перун. – Я помолчал. Оглядел всех. В ответ, все тоже молчали. Ну и хорошо, продолжу. – Я тут послушал, как вы пытаетесь принять поправки, законы… Скажу честно, я в этом не разбираюсь, но хочу помочь. Предлагаю уменьшить расходы на армию, и направить эти деньги на мирные цели. А взамен, я обязуюсь защитить границы страны от всех захватчиков, врагов. Как вам такое предложение?
 
Тишина. Они что, все в шоке? Или это выбивается из их мировоззрения, или ждут, что кто-то другой ответит?
– Как Вы собираетесь это обеспечить? – Наконец раздался один здравый голос.
– Очень просто. «Кто к нам с мечом придет – от меча и погибнет». Слышали такую фразу? Вот так и сделаю, только чуть по другому, я же не Александр Невский, которому эта фраза приписывается. Я назвал этот способ «Эффект ящерицы». Сейчас продемонстрирую. Мне нужен доброволец.
Я обвел взглядом людей передо мной. Желающих не было.
– Сергей Анатольевич, может быть Вы? Подходите ко мне.
Сергей Анатольевич был у власти уже не один срок. Он «пересидел» одного президента, планировал «пересидеть» второго, а если будет возможность, и третьего, и четвёртого. Ему нравилась Власть. Мало того, что нахождение у власти приносило огромный доход, так ещё и статус, неприкосновенность, защищенность и чувство собственной значимости. Текущий президент попил немножко кровушки, конечно. Подпортил нервишки в первое время. Но и к его правлению и изменениям удалось приспособиться, и наверстать упущенную выгоду, и даже, получить больше, чем потерял Сергей Анатольевич в начале. Он называл это «моральная компенсация». У власти было хорошо. Ведь даже когда он был достаточно обеспеченным человеком, имел свой бизнес и банк, он не был так защищён, как сейчас. Да, у него были деньги, но он ходил на поклон к власть имущим. Он зависел от их настроения и от их хотелок.
Когда-то давно, был такой случай в его жизни… К нему, только недавно ставшему долларовым миллионером, в офис пришла проверка. Налоговая милиция. Три каких-то гоблина, один с папочкой, второй в очках, третий – просто неприятный тип. Двое важно развалились в его креслах, и спросили «Будем проверять, или порешаем?». Порешаем, решил он. Для таких случаев у него в столе лежало три конверта. Белый – с тысячей долларов, бежевый – с пятью, и горчичный – с десятью. Если не хватит этих конвертов, был ещё сейф. Но до сейфа, обычно дело не доходило. В этот раз он сомневался, какой доставать конверт. Вроде, бежевый должен подойти, но их трое, а это намёк, что нужно больше.
«Эх, была не была. Пусть забирают.» – Подумал он, достал из ящика горчичный конверт и положил на стол. Человек с папкой, привстал с кресла, взял конверт и заглянул в него. Нагло пересчитав деньги, он слегка поморщился.
– Маловато аргументов для того, чтобы не проводить проверку. – Сказал тот тип, и посмотрел на Сергея Анатольевича.
– Маловато? Да я вам предоставил десять тысяч аргументов! Этого должно быть больше чем достаточно.
– У нас внизу машина стоит, большая машина. И в ней группа ребят, которые готовы приступить к тщательной проверке. И если у Вас нет больше аргументов, мы не сможем им помешать. – Подал голос тип в очках.
Сергей Анатольевич достал из ящика бежевый конверт и бросил его на стол. Он проскользил по столу и упал на пол. Третий проверяющий, который стоял у двери, подошёл и поднял конверт. Не пересчитывая и не смотря в него, он положил конверт во внутренний карман.
– Вы должны быть благодарны нам. И не делайте такое недовольное лицо. Мы сэкономили Вам время. А время – деньги. Так ведь принято говорить в ваших кругах? – Человек в очках вопросительно поднял одну бровь. – У вас есть ещё вопросы к уважаемому господину, коллеги? – Обратился он к своим товарищам.
– Да, у меня есть просьба. – Подал голос от двери тот неприятный тип. – Мне пришлось тут кланяться. Теперь ваша очередь. Станцуйте нам, как будто провожаете дорогих гостей.
 
Станцевать? Он в своём уме? Сергей Анатольевич был растерян. Он уже давно не мелкий торгаш, и не какой-то лоточник с рынка. Он серьёзный деловой человек. Что они себе позволяют?
Неприятный тип достал сотовый телефон из кармана, и включил модную мелодию из фильма «Бумер».
– Танцуй!
Все трое уставились на него. Не было похоже, что они шутят, и они не собирались уходить.