Воскресный папа (СИ)

- А можно? Я тут неподалеку.
- Как тут? Разве тебе не положен постельный режим?
- Боюсь, закончилась моя лафа. Я как раз закрываю больничный.
- А-а-а. Ну, все. Давай тогда. Жду.
Я вернулся к себе в отделение и даже успел проверить тяжелых, когда Ариша снова позвонила. Судя по тому, сколько времени ей понадобилось на дорогу, не так уж близко она и была. Небось специально ехала… Вышел ей навстречу.
- Халат есть?
- Нет, – искренне огорчилась, - и сменки нет. Я как-то не планировала к вам ехать.
Ну, что тут скажешь? Чудо африканское! За время болезни, кажется, она еще больше похудела. Осунулась вся. И даже въевшийся в кожу африканский загар как будто выцвел весь, побледнел… Нет, интересно, чем она все же думала, сидя на той остановке? Неужели ее мой выговор так расстроил? Орал я тогда будь здоров. Но, если так разобраться, ругался я сугубо по делу. И это самое дело могло для нее очень плохо закончиться. Наверное, на остановке это обстоятельство как раз до нее и дошло. Почему-то ж ее именно там накрыло?
- Ладно. Стой тут.
Вернулся в кабинет, взял свой халат, старые тапки. Очень удобные, носил их до последнего. Пока не порвались. И вот, все никак не выкину – жалко. Хотя, говорят, от старья нужно избавляться. Может, и решусь в честь Нового года. Время еще есть.
Ариша терпеливо дожидалась меня у входа. Чуть в стороне топталась огромная китообразная тетка. Вся напомаженная и в мехах.
- Вы к кому? – поинтересовался я, бросая тапки на пол перед Аришей.
- Не знаю. А вы кого бы мне порекомендовали? – оживилась дама. Глаза Ариши широко распахнулись, а с губ слетел тихий смешок.
- Здесь вам отделение множественной и сочетательной травмы, а не кастинг-агентство! – рявкнул я. – И посторонним вход воспрещен, вообще-то.
Мимо пробегал дежурный врач, я окликнул его:
- Данил Викторович, разберись, что здесь за проходной двор, – резко дернул головой в сторону тетки. Данил деловито кивнул. С интересом покосился на Аришу, что мне совсем не понравилось.
- Родственники Устиновой на месте? – холодно поинтересовался я.
- Мать вроде была с утра, - настороженно кивнул Сергеев.
- Тогда я здесь подожду… - пролепетала Ариша.
- Чего подождешь?
- Когда все уйдут, - как будто растерялась она. Я оглянулся. Неужели мне удалось ее смутить? Ну, дела. В моем развевающемся от быстрой ходьбы халате фигура Ариши казалась еще более хрупкой, чем обычно. Я уж молчу про штиблеты, которые на ней, что те сапоги-скороходы были.
- Вот еще.  Мне с тобой некогда возиться. Пойдем.
- Постойте…
Договорить не успела. Я толкнул дверь в палату. Четыре койки – все после ДТП. Самая тяжелая – та самая девочка. Девятнадцать лет. Кровать у окна. Подошел и замер. Ну, и что в таких ситуациях говорят? А бог его знает…
- Ой, а это вы тот фельдшер, что Настеньку спас, да?
Ну, вот. Даже говорить ничего не пришлось! Мать пациентки сама все вычислила. Знать бы еще, как. Кажется, кто-то говорил, будто она в городской администрации заправляет, может, по своим каналам пробила ситуацию? На сайте института размещены фото всех сотрудников. Я выругался про себя и в которой раз возблагодарил бога за то, что все сложилось удачно. Ведь если бы ситуация пошла под откос, а шансы на это были чертовски высокими, эта же самая дамочка, которая нынче, захлебываясь слезами и благодарностями, набросилась на Аришу с объятьями, с таким же азартом принялась бы эту самую Аришу уничтожать. И винить ее за это я не стал бы. Это заложено в человеческой природе – искать виновных.
- Ну, что вы! Не нужно… Я  просто делала свою работу…
На бледных щеках Ариши разлился румянец. Ну, надо же, она действительно смущалась. Я как дурак залип, наблюдая за её слабыми, но такими отчаянными попытками освободиться.
Она мне понравилась. По-настоящему. Так, что я даже взялся гадать, как нынче принято звать женщин на свидание. Хотите – верьте, хотите - нет, а я успел забыть, когда в последний раз этим занимался. В серьезных отношениях я заинтересован не был. А несерьезное… оно само в руки шло. Но я был уверен, что с Аришей так не получится. Не из того она теста была. И оттого медлил. Сам не очень-то понимая, что готов ей предложить.
 
- Михаил Ильич! – в палату заглянул Данил, - там нас срочно на пятый вызывают.
- Бегу! – бросил я и уже на ходу обернулся к Арише: - Сама дорогу найдешь?
- А как же.
- Давай.  Недолго тут.
И все. Работа закрутила. И стало уж не до личного. Только дома мысли об Арише вернулись. Хотел даже ей позвонить, но сразу не сообразил записать номер, а потом он затерялся среди других. Не трезвонить же всем без разбору, чтобы ее вычислить? Да и поздно уже, наверное. А ведь я так и не выяснил, что у них за дела с Ринатом. Не знаю, почему, но из двух братьев-погодок я почему-то всегда больше переживал за него.
Артём был… поспокойней, что ли. А этот – ураган. Но такой весь в себе ураган, знаете? Мне было двадцать, когда умер отец. Ринату с Артемом - четырнадцать и тринадцать. И разница в шесть лет, которая сейчас вообще не ощущалась, тогда казалась бездонной пропастью. Пропастью, которую я каждый божий день штурмовал, доказывая, что не зря встал во главе нашего дома. Может, тогда я и переел этой всей семейной жизни? Может, поэтому сейчас с таким азартом упивался своим одиночеством? Одному ведь так хорошо! Голова ни о чем не болит совершенно. То ли дело, когда ты в двадцать лет – единственная опора в семье! Когда только от тебя зависит будущее братьев, да и гораздо более банальные вещи зависят, например, что вы все будете есть?
Вообще не знаю, как тогда справился. Где нашел нужные слова, аргументы и силы, чтобы их всех поднять.
В дверь постучали, когда я уже прикорнул одним глазом. Ну, кого же там принесла нелегкая?
- Привет! Ты, никак, уже спишь?
- Поспишь тут с вами. Что-то случилось? – буркнул я, пропуская Рината в квартиру.
- Ну, простите. Раньше вырваться не мог. Работа.
- Жрать хочешь? – почесал живот и зевнул.
- Как волк.
- Ну, пойдем. Там мама плов сварила. Правда, уже остыл.
Я наложил Ринату поесть и сунул тарелку в микроволновку. Ничего не спрашивал. Ждал, когда он сам расскажет, зачем пришел. А то, что повод был – я не сомневался.
- Угадай, где я вчера был?
- И где же?
- В гостях у Арины.
- И что ты у неё забыл? – я отвернулся, чтобы достать тарелку. Сделал вид, что мне до этой информации дела нет. Не знаю, удалось ли. От Рината мало что ускользало.
- Мама попросила подбросить. Они там все задружились, ты знал? Ну, я подумал, почему бы и нет?
- И как погостил?
- А хорошо. Тётя Надя – неисчерпаемый поток информации. С Аришей сложней. Пришлось устроить ей небольшой допрос с пристрастием, – младший улыбнулся.
- Зачем оно тебе надо?
- Ну, привет! Думаешь, я не заметил твоего интереса? Так ты это брось. Он был таким очевидным, что мама смутилась почти до слез, – хмыкнул Ринат и, опустив взгляд на это самое очевидное, с намеком поиграл бровями.
- И ты поэтому решил, что…
- Что неплохо бы проверить девочку.
- Постой-постой. Ты что же, тоже взялся устраивать мою жизнь? Мало мне матери?
- Думаю, ты и без меня справишься. А если нет…
- То что?
- То я сам подумаю в эту сторону.
- Хочешь подкатить к Арише?
- Надеюсь, тебе хватит ума подкатить к ней самому. Как ни крути, тебе она больше подходит.
- А ты уже, как я погляжу, все просчитал, - хмыкнул я, не совсем понимая, как реагировать на вмешательство брата. Раньше он себе такого не позволял. Мне вообще казалось, ему и дела нет до моей личной жизни. Если только позубоскалить над ее отсутствием. Или отчаянными попытками матери в очередной раз мне кого-то впихнуть. Но сейчас… он как будто и впрямь был не на шутку заинтересован.
 
- Так, кое-что.
- Я подумаю над твоим предложением. Или угрозой. Даже не знаю, как воспринимать этот разговор.