Воскресный папа (СИ)

Но Ариша все равно чуть было меня не поймала. Своими странными вопросами о нашем будущем. Нет, наверное, они были понятны, но… Господи, да мне просто некогда было об этом думать! Я как дурак носился из одного отделения в другое, отвечал на бесконечные звонки всех высокопоставленных и озабоченных здоровьем Арины Германовны друзей, а ко всему прочему продолжал работать. Почти на две, мать его, ставки.
А тут еще нервы. Как она… Как Машка? Текущих задач столько, что хоть бы с ними справиться, до будущего банально не дошел черед. И вовсе не потому, что я живу одним днем, или потому, что для меня самого это будущее неважно!
А пеленка? Что не так с той пеленкой? Цвет? Чем ей не угодил голубой? Не знаю… Действовать нужно было так быстро, что мне пришлось подключать братьев. Те купили в магазине кое-какие вещи по списку (те, что приготовила Ариша, не были рассчитаны на недоношенного малыша, и были велики), мама их быстренько перестирала-перегладила и примчалась в больницу с целой сумкой барахла, а мне уж было не до ревизии, как вы понимаете.
Может, Арина считала, что я все должен был сделать сам? Может, по-настоящему хорошие отцы так и делают?
Я на автомате вернулся к себе в кабинет, заварил чая – от кофе уже тошнило, и, устроившись за столом, принялся перебирать истории, до которых все никак не доходили руки. Под потолком гудел старенький кондиционер, и в принципе он довольно неплохо спасал от царящей за окном жары, а вот с бушующим внутри пожаром вообще никак не справлялся.
- К черту! – пробормотал я. Подошел к шкафу, сдернул халат, переобулся. Предупредил постовую, что уезжаю. А на стоянке заколебался –  не лучше ли вызвать такси? Но прислушавшись к себе, понял, что вполне доеду и сам. В крови бурлило непривычное возбуждение, и я мог не опасаться, что усну за рулем.
 Пока добрался до ближайшего торгового центра, тот уже и открылся. Следуя указателям, я поднялся на лифте на четвертый этаж, прошел мимо фуд-корта и налево - прямиком к Детскому миру. Решительно вошел внутрь, взял тележку и… обалдело замер. Это было ошибкой – думать, будто я сам здесь что-нибудь найду. Не знаю, что там со спросом, но обилие предложения буквально поражало. Я с опаской огляделся по сторонам. Увидел зевающую девочку-консультанта и направил тележку прямо к ней.
- Девушка, милая, у меня родилась дочь!
- Э-э-э… Поздравляю.
- Мне нужна кроватка. И все, что может понадобиться для обустройства детской на будущее.
Шах и мат, Ариша!
‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍ А спустя час я понял, что моей машины будет маловато, чтобы увезти все, что я купил. Вариант с доставкой меня тоже не устраивал. Те обещали приехать в лучшем случае вечером, а к тому времени я уже планировал собрать кроватку. Поэтому пришлось вызванивать Рината, у которого была не машина, а настоящий танк. В него бы манеж влез даже в собранном виде.
Пока брат приехал, я успел позавтракать. Да что там – обожраться. Все эти дни на грани аппетита у меня не было от слова совсем. А тут просто волчий голод проснулся. В топку летело все – чизбургеры, картошка, крылышки, от остроты которых слезились глаза. Словом, когда Ринат подъехал, я с трудом шевелил ногами. Сытый. С закрывающимися на ходу глазами.
- Ничего себе, – присвистнул брат. – Это что?
- Машкино барахло. Надо ей комнату подготовить. На будущее.
Ринат открыл багажник, и мы начали в четыре руки заталкивать в него вытянутые коробки с комплектующими к кроватке, матрас, огромные упаковки с постельным. И чуть поменьше. Со стерилизатором, бутылочками и погремушками.
- Значит, Машка будет жить с тобой?
- А где ж ей еще жить?
Наши взгляды с Ринатом встретились. Аккурат над стульчиком для кормления, который я тоже купил.
- И правда, - пожал он плечами. И я повторил его жест. Потому как никаких других вариантов тут быть не могло. В этом я не сомневался.
Уже в дороге меня окончательно одолел сон. Ринат растолкал меня лишь у подъезда. Пока все подняли, пока сгрузили в огромную кучу у стены в небольшой комнате, которую я раньше использовал под кабинет.
 
- Ну, что? Тебе помощь нужна, или я могу быть свободен?
- Конечно. Дальше я справлюсь сам. Спасибо, что подбросил, – с абсолютной уверенностью заявил я, но когда дело дошло до сборки кроватки, от этой уверенности не осталось и следа. Я пялился то на приготовленный инструмент, то на инструкцию. Бестолково прикладывал одну перекладину к другой, но, провозившись несколько часов, не продвинулся ни на шаг. Недолго думая, решил, что на свежую голову дела пойдут лучше. Завалился спать. Но когда ближе к ночи проснулся и по новой засел за сборку, чуда, как вы понимаете, не случилось. Зато препятствия не на шутку распалили мой азарт. Поэтому, когда Ринат отправил ко мне на подмогу Тёму, я мужественно отказался от его помощи. И пусть это было глупо, я понимал, что брат-краснодеревщик соберет эту кровать в два счета, но… Мне было важно это сделать самому. Для будущего. И не спрашивайте, почему это значило для меня так много.
Ситуация сдвинулась с мертвой точки, когда я, с подсказки того же Тёмы, нашел на Ютьюбе ролик, в котором профессиональный плотник собирал точно такой же, как у меня, манеж. Ролик впечатлил меня тем, что длился всего семь минут. Тогда как я уже семь часов бился над тем, что и в какой паз вставить.
К утру кроватка была готова. Я растолкал спящего на диване брата, чтобы с гордостью продемонстрировать ему результат:
- Неплохо, - зевнул тот, - только вот этот бортик, по-моему, задом наперед прикручен. Иначе с чего бы этой планке торчать?
- Ай, ну тебя! – насупился я, дотошно изучая косяк. - Завтра переделаю.
- А сейчас что?
- А сейчас на работу. Подбросишь? А то я машину у ТЦ оставил.
- Подброшу. Чего не подбросить? Может, ты мне и племянницу покажешь, а?
Я лишь пожал плечами. Машке очень повезло с дядьками – это факт.
- Слушай, Тём, - я остановился у двери. - А ты-то сам, как? Я с этими событиями в такой запаре, что давно у тебя не спрашивал.
- Я в норме. Наслаждаюсь холостяцкой жизнью.
- И как оно?
- Отпад! – излишне весело улыбнулся младший. - Ты мне еще завидовать будешь, – кивнул в сторону кроватки. - Когда тебя семейная жизнь засосет.
Тёма, конечно, шутил, но я почему-то задумался… А буду ли я завидовать? И вдруг с удивлением, граничащим с шоком, понял – нет. Не буду.
За исключением некоторых деталей – как то нахождение Ариши и Машки в больнице, мне нравилась моя новая жизнь. Нравилось собирать кроватку, нравилось бродить среди рядов с куклами в Детском мире, держать Машку на руках. Нравилось то, что я чувствую в те редкие моменты, когда дочь открывает свои глазки и сосредоточенно, как будто потусторонним взглядом, изучает мое лицо. Но еще больше мне нравится представлять… Как я возвращаюсь домой, а там Ариша. Играет с дочкой на диване, или топчется у плиты, что-то напевая под нос. И я ей рассказываю, как отработал. А она понимающе качает головой. Или соглашается со мной, или спорит... Или советует что-то. Или, может, даже перебивает меня, чтобы рассказать какой-то забавный случай из своей африканской практики. Если там, в том аду, было хоть что-то забавное.
И моя самая любимая мечта – как я реабилитируюсь за тот первый раз. Как люблю её. Нежно, тягуче, пока её удовольствием не вытолкнет за грань. А потом, не сдерживаясь, в полную силу – уже для себя.
Ринат был прав. Ариша идеально мне подходила. А я – дурак, что позволил собственным комплексам встать между нами. Нужно было ее за шкирку взять еще тогда, затолкать… да куда угодно, хоть в подсобку для хранения швабр, и на пальцах ей объяснить, что не дело это - смеяться над промахами больших дядей. Что угодно, лишь бы все сложилось иначе, ну а теперь что остается? Небо благодарить, что отделались малой кровью. Что все живы. И почти здоровы. А в остальном – выхожу, вынянчу. Обеих.
 
До места домчали быстро. Успели заскочить к Машке, пока не набежал персонал. Она, как всегда, спала. Я осторожно вынул ее из инкубатора, чтобы Тёма мог разглядеть племяшку получше. Поцеловал в лобик – там, где шапочка. Касаться кожи боялся – она такая нежная у Машки, а у меня даже после недавнего бритья – щетина.