Батарейка (СИ)

Между тем Лорик, которому надоела затянувшаяся интерлюдия, крикнул:
- Эй, немытые! Есть в вашей шайке главный? Так пусть скажет чего надо, а то мы торопимся.
Ответом ему был насмешливый гогот и ехидный вопрос:
- На тот свет спешишь, Волчок?
На «немытых», что характерно, никто не обиделся – видно на правду не обижаются.
- Да я-то нет, а вот вам, гляжу, не терпится, - ехидно ответствовал Лорик.
Гогот стал громче. Наконец, когда разбойники проржались, вперёд выступил здоровенный детина, комплекцией смахивающий на Конана-варвара, только вот физиономия у него была настолько гнусная, что по сравнению с ней каменное лицо Шварценеггера показалось бы образцом красоты и интеллекта. Одет был детина в лучших традициях боевого фэнтези в кожаную безрукавку с шипами и бляшками, кожаные же штаны и высокие мягкие сапоги. Причём убойный аромат донёсся даже до нашей повозки. Похоже, что свою одежду детина носил, не снимая, лет пять, а то все десять. Здоровяк был буквально увешан холодным оружием, в руке сжимал обнажённый клинок, а обе его руки от запястья до плеча покрывали браслеты-накопители, явно заряженные под завязку. Да и у других разбойничков нет-нет да виднеются похожие браслетики. Они что, Маги?
- Не думаю, - тихо сказал Скарелл, видно последняя фраза вырвалась у меня вслух, - Скорее всего, захватили какого-нибудь бедолагу вместе с его Источником, держат в плену и мучают, заставляя эти безделушки мастерить. Выучить пару-тройку простейших боевых заклинаний под силу даже простецам. Другое дело, что кто ж им даст. А вот в лесу – отрываются. Уроды…
Тем временем здоровяк изволил высказаться:
- Слышь, ты, Серый, вали отсюда и останешься жив. Я понимаю, ты парень подневольный, у тебя контракт, поэтому зла мы на тебя не держим. Этих же сволочей Благородных мы всё равно не отпустим, да и наложник имеется сладенький, веселее парням зимовать будет.
Ага. Кажись, у кого-то проснулось здоровое чувство классовой ненависти. Это чем же им Благородные так насолили? Хотя, если судить по братишкам … вполне могли.
Лорик же только злобно ухмыльнулся и заявил в ответ:
- Слушай, самоубийца, делай ноги подобру-поздорову! Серые Волки всегда контракт соблюдают честь по чести, и я тебе не исключение. Говорю же тебе – торопимся мы, так что быстренько дерево оттащили с дороги и в лес ломанулись – пока мы добрые!
- Ну, смотри, Волчок, сам напросился, - заявил главарь и поднял обе руки, шарахнув по нашей небольшой группе огненными шарами. Такие же шары полетели в нас и с боков, и даже сзади. Красивое зрелище. Только вот над нами моментально возник защитный купол, и шары разлетелись огненными брызгами, ударившись об него. И тут вся эта орава пошла на приступ.
Я почувствовал между лопатками знакомый холодок – из меня тянули Силу. Но и вожак был не лыком шит. Сконцентрировав Силу браслетов, он ударил в одну точку, и магический купол треснул. Воющая немытая орава радостно ломанулась к повозке. Не тут-то было.
Фехт взмахнул руками, и прямо из воздуха возникла целая туча острейших ножей с блестящими лезвиями. Они разлетелись веером, не задев никого из нас, зато разбойникам досталось. Почти все ножи нашли цель. Кому-то они вонзились в бедро, кому-то в незащищённое доспехом плечо, кто-то схлопотал полуметровый ножичек в живот, и сейчас истошно выл, свалившись на траву. Трое или четверо вообще получили ножи в горло, и сейчас валялись на траве бесформенными кусками мёртвой плоти. Я покосился на Лорика и увидел, как он, вытащив боевой топор, вращавшийся в его руках со скоростью хорошего пропеллера, буквально врубался в быстро редевшие ряды разбойников. Дальрин и Сканти тоже не сплоховали – оба сжимали в правой руке мечи, коротко щёлкая пальцами левой. С их пальцев срывались тяжёлые антрацитовые сгустки, каждый из сгустков находил цель, словно проваливаясь внутрь тела, а на этом месте начинала разрастаться огромная рана с пылающими краями. Тело разбойника начинало словно истаивать, а потом просто превращалось в ничто с противным хлюпающим звуком. Да, боевая магия штука неэстетичная – это не красивые, на публику, поединки в Круге.
 
Я же просто сидел в повозке, прижав к себе малыша, закрывая ему глаза ладонью – не хотел, чтобы он видел всё это безобразие, да он и не рыпался. Прижался ко мне и тихо скулил от страха. И ещё, я чувствовал, что он, кажется, тянет из меня… Силу? Совсем немного, но тянет. Зачем? Но гадать мне было некогда. Мою Силу тянули все трое – и Дальрин, и Фехт, и Скарелл. А вот Сканти, похоже, уже использовал резерв в браслетах-накопителях, больше ему Силы было взять неоткуда и он, отчаянно взмахнув мечом, начал отмахиваться от сразу двоих верховых разбойников, вылетевших на дорогу. Чёрт, сколько же их тут?
И вдруг мне отчаянно захотелось прекратить это побоище. И вспомнился мне не много не мало, старый фильм «Морозко», тот самый момент, когда на разбойников, напавших на героя с героиней, начинают падать их собственные дубинки. И только я так подумал…
В меня вдруг начало вливаться от малыша странное золотистое тепло – и его было так много… Но это была не Сила… Это была… Магия?
И в ту же секунду с неба на ещё не добитых разбойников стали падать здоровенные дубинки – всё точь-в -точь как в советском фильме. Только вот последствия были ещё более печальные. Через мгновение на дороге не осталось ни одного разбойника в здравом уме и трезвой памяти. Только раненые, качественно оглушённые и мёртвые.
Лица моих спутников превратились в сплошные вопросительные знаки.
- Это что было? – севшим голосом поинтересовался Сканти, - Гнев Небес, что ли?
Скарелл и Фехт переглянулись начали ржать.
- Гнев небес? – выдавил Фехт в перерыве между взрывами смеха, - Да это скорее гнев Экора! Я же говорил, что этот малыш - Ика, приносящий счастье! Поздравляю, теперь наш Источник ещё и стихийной магией владеет! Таких больше просто нет!
- Но этого же просто не может быть… - растерянно выдавил Лорик, - Источник не может быть Магом, это аксиома.
- А это – усмехнулся Фехт, - Ика, и ему плевать на все ваши аксиомы. Он почувствовал желание Экора прекратить побоище, вот и одарил его Магией, потребной для этого. А Ика своих подарков назад не забирает. Так что поздравляю, Экор. Теперь ты не просто уникален. Ты неповторим.
М-дааа… Ни хера себе танцы с бубнами… Может мне хоть кто-нибудь объяснить – кто такой этот Ика?
Что же касается малыша, то он повертел головой, убедился, что никто больше не дерётся и убойной магией не кидается, все нехорошие дяди лежат себе смирненько, и залез ко мне в карман, выловил неизвестно как оказавшийся там леденец, коготками развернул его, засунул в рот, положил голову мне на плечо и вновь задремал, время от времени причмокивая и похрустывая твердокаменным леденцом. Я гладил малыша по спинке, пока Дальрин запулил обратно в лес лежащее на дороге дерево, а Лорик пролевитировал разбойников в ближайшую канаву. Мы люди не злые. Кто очнётся – тот выживет, а нет – извините. Они нас тоже не пряниками кормить собирались.
А когда мы снова тронулись в путь, я осторожно пристроил малыша на подушку рядом с собой, и самым жалобным взглядом посмотрел на Скарелла. Тот улыбнулся, и начал рассказывать.
========== Глава 64. Легенда об Ике. ==========
А когда мы снова тронулись в путь, я осторожно пристроил малыша на подушку рядом с собой, и самым жалобным взглядом посмотрел на Скарелла. Тот улыбнулся, и начал рассказывать:
- Вообще-то эту легенду я знаю только со слов Фехта. Это его покойный родитель Дальвиний занимался столь неподходящим для Благородных делом, как давал себе труд слушать и записывать те легенды и сказки, что бродят среди простецов до сих пор. Кстати, Фехт, может ты её и расскажешь?
- Не-а! – отозвался Фехт через плечо, - Во-первых, я лошадьми правлю, так что при деле, а во-вторых – у тебя язык лучше подвешен.