Слишком много (ЛП)

На нем бордовый пиджак, который хорошо сочетается с седыми волосами, но навевает мысли о посыльном.
— К кому вы пришли? — спрашивает он, поднимая взгляд от экземпляра какой-то книги.
— Компания по организации мероприятий.
Он берет телефон и набирает короткий номер.
— К вам пришли. — Он барабанит пальцами по столу, пока я раскачиваюсь взад-вперед на каблуках своих кроссовок. — Да, без проблем. Я пришлю ее. — Он показывает на дверь слева от меня, положив телефон на место. — Проходите туда, затем третья дверь справа. Просто постучите и войдите.
— Спасибо.
Я толкаю дверь обеими руками, шаг упругий, когда я выхожу в длинный, узкий коридор. Раз, два… тук-тук-тук, я вхожу, как было велено.
— Здравствуйте, я… — Конец фразы повисает над краем обрыва и падает вниз, когда мой взгляд останавливается на знакомом лице. — О… — Я откидываюсь назад, проверяя название компании на серебряной табличке, приклеенной к двери. — Простите, ошиблась дверью.
Офис окружен рядами полок, на которых хранятся, как мне кажется, сотни DVD-дисков. Тео сидит за длинным столом, оснащенным пятью мониторами — тремя в линию и двумя выше. На его губах играет улыбка, заставляя мое сердце трепетать на месте. Он вызывает у меня идиотское головокружение. Я нахожусь под кайфом от гормонов, когда наши глаза встречаются.
Он скрещивает свои мускулистые руки, слегка наклоняет голову вверх и в сторону, обнажая фарфоровую колонну своего горла. Я не могу отвести взгляд от его адамова яблока, которое смещается, когда он сглатывает, а любопытные глаза блуждают по моему телу в медленном, немигающем взгляде. Я снова оказываюсь в центре внимания, управляемая им и его присутствием.
Мои колени превращаются в желе, а неоспоримый магнетизм возвращается в полную силу. Я представляю себе лассо, туго обмотанное вокруг моей талии, и веревку в руках Тео. Он медленно тянет, обматывая веревку вокруг запястья, притягивая меня ближе.
Он как мелкий моросящий дождь — худший вид дождя. Он брызжет отовсюду сразу, мочит волосы, одежду и лицо, колет глаза и оседает на ресницах.
Тео отталкивается от стола, откидывается вместе со стулом и встает во весь рост. Я любуюсь его видом: все шесть футов один дюйм его широкой груди, налитой мускулами, одетые в черные брюки и рубашку-поло, которая с трудом сдерживает эту мускулистую грудь. Ту самую грудь, к которой я прижималась в субботу вечером, когда мы танцевали в Q.
— Привет, незнакомка. — Тембр его голоса звучит глубоко и отдается в моем теле. — К кому ты пришла?
— Компания по организации мероприятий. Портье сказал, что третья дверь справа. — Я снова отклоняюсь назад, считая двери по коридору, пользуясь возможностью не смотреть ему в глаза, чтобы взять себя в руки. — Это она, но…
— Технически это третья дверь, но первая дверь, мимо которой ты прошла, выходит на лестницу. Тебе нужна следующая дверь.
Я поправляю сумку, когда он подходит ближе, оставляя между нами всего два фута пространства. Его запах — богатая, мужественная смесь древесины, дыма и цитрусового наслаждения — настолько сложен, что я едва не стону. Кажется, лайм или бергамот. И намек на мяту.
— Ты так хорошо пахнешь… — Мои глаза прикованы к его шее, где он, должно быть, распылил одеколон сегодня утром.
Мне вдруг захотелось уткнуться в него носом и вдохнуть. Может, в этом аромате есть что-то еще? Подтон, который я пропустила.
Мои трусики увлажняются, как по команде. Ничто так не возбуждает, как хорошо пахнущий мужчина. Я поднимаю взгляд и ловлю его почти жестокую улыбку, которая делает болезненно очевидным, что я высказала свои мысли вслух. Я нахожусь на уровне его шеи, а он такой большой и широкий, сложенный как хищник, что я чувствую себя крошечной, хотя при росте пять футов семь футов я не маленькая. Однако я беззащитна перед мужской энергией, бурлящей вокруг него. Но сегодня мне легче контролировать свои порывы, чем в субботу, когда четыре напитка пронеслись через мой организм, а его хорошо пахнущее тело прижалось к моему на танцполе, и наши пальцы почти все время сплетались на моем животе.
  
Его теплое дыхание на моей шее.
Стук его сердца под ребрами.
Длинные пальцы, впивающиеся в мои бедра.
Меня лихорадило. Я была уязвима и в то же время в безопасности.
— Хорошо, да? — Улыбка Тео расширяется, вырывая меня из ярких воспоминаний.
Я оступаюсь на шаг назад.
— Прости. Спасибо, и извини, что ворвалась, мне нужно идти. — Как будто мой комментарий не был достаточно постыдным, но спотыкаться на словах — это точно.
— Тебя уволили из загородного клуба? — спрашивает он.
Я приостанавливаюсь, одна рука твердо лежит на ручке, крепко держась за нее, как будто это удержит меня на месте, заземлит, чертовски закрепит, чтобы я не уткнулась лицом в его шею. Боже, мне действительно нужно перестать пялиться на него, как будто он леденец, который хочется лизать и сосать.
— Нет, а что?
Он приподнимает одну скептическую бровь, снова складывая руки на груди.
— Так почему ты здесь?
— Я прохожу собеседование на работу.
— У тебя есть работа, Талия. Ты не заработаешь и половины того, что зарабатываешь на поле для гольфа, работая официанткой у Сандры. Что случилось? Гольфисты слишком много от тебя просят?
О, он думает, что я пытаюсь сменить одну работу на другую. Конечно. Работа на двух работах, должно быть, чужда Тео Хейсу. Я здесь всего неделю, но и недели более чем достаточно, чтобы узнать обо всех тонкостях этого города, если прислушиваться к тому, что говорят люди.
В Ньюпорт-Бич сплетни — это хлеб с маслом для элиты. Фамилия Хейс упоминается часто. Роберт Хейс — любимый мэр города, а его жена — бывшая обладательница титула Мисс Калифорния — активно занимается благотворительностью, организуя различные балы, аукционы и гала-концерты, чтобы собрать деньги на близкие ее сердцу цели.
Властная пара Ньюпорт-Бич.
Они подарили миру семерых сыновей — элитных буянов.
Титулованных.
Избалованных.
Высокомерных.
Горячих.
Сексуальных.
По крайней мере, так считают девушки из гольф-клуба. У персонала бара другое мнение о братьях Хейс. Да и у членов загородного клуба тоже. Большинство их очень уважает. Им также завидуют. Из того, что я узнала, каждое их описание в той или иной степени справедливо, но не все братья помещаются в один мешок с одинаковыми бирками.
Тео горяч, привлекателен и немного избалован. Но не высокомерный. По крайней мере, я еще не видела его с этой стороны.
— Ничего не случилось. Я не хочу бросать работу в клубе. Я хочу иметь вторую работу. Мои вечера свободны, и я не работаю по средам и четвергам. У меня есть время. — Я бросаю взгляд на наручные часы и поджимаю нижнюю губу сквозь зубы. — Только не сейчас. Извини, но мне нужно идти. Увидимся в воскресенье. Тебе как всегда воду, не так ли?
Он ухмыляется, придерживая дверь, когда я отхожу, пока моя спина не упирается в стену на другой стороне узкого коридора.
Так, так изящно.
— Если Нико не купит еще одну игрушку, которую я хочу испытать, это будет Bud Light. Врывайся сюда снова, когда закончишь с Сандрой. Я приглашу тебя на кофе.
— Кофе? — Я хмыкаю, сводя брови вместе.
— Да, — он полусерьезно усмехается. — Коричневый, горький, вкусный. У вас ведь есть такой в Греции?
— Да. Гораздо лучше, чем то, что я пробовала здесь до сих пор. — Я обдумываю приглашение в течение трех секунд. Кто в здравом уме откажется от него? — Кофе звучит неплохо.
Рациональная часть меня, та, которой не управляют гормоны и которую подталкивает к действию долгое воздержание, отметает это. У меня нет друзей, а замыкаться в себе — не в моем характере. До недавнего времени я была окружена толпами людей, и мне этого не хватает. Моя гормональная часть знает, что это чушь.
Мы с Тео не будем друзьями. Мы потрахаемся и будем жить дальше. У меня нет сил сопротивляться этому человеку, и есть одна общая черта всех братьев Хейс: они игроки.