Попаданкам не изменяют, дорогой дракон, или Замуж за истинного (СИ)

Иначе нас свергнут.
Солнце и Луна — так про нас говорили.
Луной людей пожирают фэйри, луной призывают самых могущественных демонов, луной эльфы готовят восстания…
А под солнцем вся жизнь простых людей.
Какого же принца они бы предпочли?
Скайлер никогда не считался с этим. Подумаешь, простые люди — что с них взять? Я всегда полагал, что это его и погубит.
А теперь мне всё равно.
— Чего ты хочешь? — спрашиваю через силу.
Он удивляет меня ответом:
— Я знаю о том, что ты умираешь.
Что-то в его тоне меня настораживает.
Знает? И чего же хочет? И почему здесь тогда нет Аквинтии? Мать решила, что так будет лучше? Что ж… она права в таком случае.
— Аквинтия сейчас выясняет, как ты разорвал истинную связь с этой твоей попаданкой. И была ли она вообще. Связь. Решение нужно принимать быстро. Но у неё недостаточно информации. Смешно, да?
— К чему ты клонишь, Скай? Если пришёл просто почесать языком — это не ко мне.
Он усмехается и садится в кресло рядом.
На долю мгновения мы сталкиваемся взглядами. Мою грудь будто бы прорезают изнутри тонким лезвием. Тревога.
Что-то не так.
— К тому, что женщины не могут управлять государством… Даже у матери слишком нежная рука. Она медлит, когда нужно действовать.
— Действовать? — выгибаю бровь.
— Ты прекрасно знаешь, о чём я говорю, братик. Сила демоницы крепчает с каждым днём. Если мы не хотим, чтобы эти твари захватили мир, нужно действовать.
Его глаза наполняются кровожадным блеском.
Меня передёргивает.
— Что за бред? Никто не собирается ничего захватывать. Их цель — свободная торговля, а не власть. Хочешь убить Тоню?
— А что, ты — нет? Она же тебя подставила. Бросила. Унизила.
Он с огромным удовольствием произносит каждое слово.
— Она — та, кто держит демонов в узде и не позволяет им буйствовать. Она хочет мира. Ты сам сказал, что женщины недостаточно воинственны, так чего опасаешься?
— Они недостаточно, а их орда парнокопытных — вполне, — Скай морщится. — К тому же знаешь ещё какие качества присущи женщинам? Импульсивность и ветреность. Сегодня она хочет одного, завтра другого… Сам знаешь.
Я медленно закипаю. Представляю, как размазываю его по стенке. И уже бы это сделал, если бы не нужно было понять, насколько он серьёзен в своих высказываниях и намерениях.
— Убьёшь её, что будешь делать с разъярённой толпой её приспешников?
— Лишь часть из них боевые демоны. И драконы способным с ними справится, если объединят усилия.
— Ты, верно, хочешь, чтобы я помог тебе?
— Отомстишь ей заодно. И хорошо, если биться будешь насмерть. Тебе всё равно терять нечего. Умереть на поле боя лучше, чем в кресле. Верно?
— Разумеется, — отзываюсь я.
— Как ты узнал, что со мной?
— Я наблюдал за тобой куда пристальнее нашей матери. Видел текст ритуала. Не понимаю, зачем ты это сделал… С другой стороны и не хочу понимать. Назад уже ничего не вернёшь.
— И ты никому не говорил?
— Чтобы ещё больше отвлекать корону? Нет. Никто не питает к тебе нежных чувств, так что прощание ни к чему. Твоя жизнь, Ри, цепочка ошибок. Не больше — не меньше. Так сделай уже хоть что-нибудь полезное. Что скажешь?
— А ты собрал остальных? Или мы вдвоём будем против целого легиона?
— Собираю. Я подумал, что ты мог бы взорваться до того, как они скроются в Аду. Знаешь, как феникс…
— Фениксы возраждаются… — протягиваю и поднимаю. На удивление чувствуя, как сила наполняет меня. — Драконы — нет.
— Разумеется, нет, — ухмыляется Скайлер. — А для чего тебе жить? Ведь ты уже точно не станешь королём. Это у меня есть наследники. И это меня не бросала истинная. И уж точно не моя истинная становилась врагом номер один в королевстве. Умереть в бою до позора — лучшее, что я могу тебе предложить, как заботливый брат.
Это правда хороший вариант.
И я прежний бы согласился.
Ведь для меня не было ничего важнее единственной цели — стать королём.
Влачить жизнь неудачника, который так навсегда и остался всего лишь принцем… это был мой самый страшный кошмар с детства.
 
Отчасти внушаемый матерью, разумеется.
Я бы так помешан на мыслях о троне, потому что не знал, что такое любовь.
А теперь знаю.
Когда ты это чувствуешь… всё остальное неважно.
Я подаю брату руку вместо того, чтобы его ударить.
— Идём. Ты не хочешь навестить её прежде, чем нанесёшь удар? Нужно сообразить какой-нибудь праздник, чтобы все демоны вышли на поверхность. И тогда уже…
Скайлер смотрит на меня с недоверием.
Он всё-таки не последний тупица в этой стране.
Но в итоге кивает.
Ему интересно, что будет.
Мне тоже.
  
Глава 30
 
Последний рывок чернокрылого
 
Ричард.
Проблема Скайлера в том, что он совершенно не понимает, что я чувствую. Подумал, что убит из-за отказа? Из-за того, что после него не стану королём? Из-за того, что неминуемо погибну?
Всё это волнует мало.
Точно не так сильно, как она. Её руки, её голос, её волосы, её взгляд. Всё это не моё. Никогда не будет принадлежать мне.
И это исток бессилия.
А вовсе не досада проигравшего в бесконечной гонке. И уж точно не жажда мести.
Но Скай ничего другого не знает. Поэтому делает обо мне неверные выводы. Поэтому плохо продумывает ходы.
В большой политике это даже не плохо.
Но в интригах в рамках собственной страны, где нужно стоят к врагу близко… стратегия провальная.
Тоня принимает нас. Как всегда весёлая и уверенная в себе. Мне трудно оторвать от неё взгляд. И радует то, что Ская она не очень-то рада видеть. Из-за неприязни к нему не замечает моего состояния. Это очень-очень хорошо.
Она приглашает нас на ужин. Брату не нравится есть в присутствии тварей различных мастей, но он смиряется. До поры до времени я разыгрываю его карты. Но к концу пиршества достаю свою.
Отхожу от стола и сообщаю несколько важных вещей одному из демонов. Конечно же, мне попадается тот, с кем я не так давно дрался. Знаю, что Тоня должна уметь общаться со своими подопечными вербально.
— И что ты хочешь, чтобы мы сделали с твоим братом? Это вообще не ловушка? — он глядит на меня, враждебно почёсывая затылок.
— Несколько его сильных магов и, может быть, парочка драконов, следит со стороны. Их нужно нейтрализовать.
— Это понятно, — ухмыляется рогатый. — Мы всё контролируем. Тоня говорила, что это возможно просто подстраховка.
— Пока — разумеется… А что делать с моим братом — это решать не мне и не тебе.
— Ну ладно. Не верю я тебе всё равно. Вдруг подставишь нас?
— Я верю ей и в неё. Верит ли она мне? Это решит исход событий.
Тоня.
Я так сильно удивилась, когда Ричард решил заявиться без особого повода. Тем более со своим братом. Он знает нашу со Скайлером историю. Раньше ему не было всё равно, но разрыв истинности расставил всё на свои места.
Этот человек пытался отобрать у него жену только ради того, чтобы унизить.
И Ричард сидит с ним за одним столом, чувствуя себя при этом вполне вольготно.
Что ж… ладно.
Меня напрягла внезапность визита и королевская подраховка. Но я точно знала, что мы сможем отразить любой удар. А ещё надеялась на благоразумность Аквинтии.
Страх порождает ненависть, делает людей глупыми и жестокими. Но драконица ничего не боялась. И это обнадёживало.
До определённого момента.
Нет, я понимаю, её не столько волнуют демоны, сколько эльфы.
Почти уверена, что она выдвинет условие мирного союза. Мирного союза не «за», а «против». Против ушастых, конечно же.
Это разумно.
Но я откажу ей.
И уже тогда можно было бы послать своих сыновей в качестве грубой силы или как-то ещё…
Пока же ничего не обсужено. И мне не хочется делать выводы раньше времени.