Попаданкам не изменяют, дорогой дракон, или Замуж за истинного (СИ)

А я, признаться, уже начала беспокоиться о нём. Что-то неладное с ним было. Должен был ступить прямо за мной, а в итоге остался в комнате на пару минут. Вроде недолго, но как только заколдованные браслеты не сломались?
Я бросила на него взгляд. И вдруг увидела, как он закашливается кровью, чертыхается наречием Файрэ-Лиры, страны, где мы находимся, моей новой страны, спускается по стенке на пол и сидит так, пока ему не становится лучше. Тогда он об штору вытирает испачканную ладонь — ну вот не свинья ли? — и ступает в портал.
Это видение прокрутилось в моей голове всего за долю секунды.
Истинность. Наверное, дело в ней.
Едва ли я смогу так видеть всё, что без меня делает дракон, но кое-что кое-как и иногда — да. А ещё, возможно, усилителем связи послужили чёртовы браслеты.
Ричард, конечно, ничего не понял. Ну, кроме того, что местные забавляются с интимками его жены. Мне уже стало не до смеха, но я пересилила себя и ухмыльнулась, предвкушая то, что будет дальше. Дракону плохо, но нужно было думать, а не тащиться ко мне и вновь тратить магию неизвестно на что. Понадеявшись, что он не поймёт и, прикусив от волнения нижнюю губу, я заставила себя вернуться в солнечный денёк с двумя обалдуями и художествами эльфа.
Может, поганец появится на зов искусства?
Вообще, как тут с авторским правом? Это его работу растиражировали и растащили на всю Файрэ-Лиру. И нет бы хвалить после этого его очумелые ручки, куда там! Все только и делают, что не умолкают и трещат о моём бесчестии.
Ну, все трещали, пока не пришёл Ричард. А как только его заметили — о, моего дракона сложно не заметить! — попадали на колени и зароптали: «Выше Высочество, принц Ричард…».
Толстый с тонким тоже упали, но непонятно, по своей ли воле или по приказу вина.
И что сделал дракон? Нет, не догадался в очередной раз найти удобную стену, чтобы припереть меня к ней и накричать. Он рассмеялся с угрозой (не знала, что такое возможно, а такое возможно!) и сказал:
— Не думал, что мои подданные такие глупые. Где же тут принцесса? — он поднял с земли рисунок, на который мы вдвоём уже давно вдоволь насмотрелись (ну хотя как давно — вчера!). — Это просто кто-то что-то начиркал карандашом. Какое-то тело. И сказали, что это принцесса. Чтобы что? Опорочить её? Или проверить вас?
— Ваше Высочество… — начал кто-то.
— Тихо! — Ричард не изменил себе. А никому тут не кажется, что он нарцисс? Хотя с кем это я говорю… — Почему же вы обвиняете жертву, а не того, кто распускает слухи? И это так у вас принято любить корону, что вас кормит? Вы должны стоять горой за своих принцесс и королев. А вы что? Кучка сплетников… Плохая для вас принцесса, а, может, тогда пойдёте гоблинам служить?
На этом моменте поперхнулся местный гоблин Ор’ан, а Ричард скривился.
Все стали оправдываться, плакать или пытаться закопаться в землю. А я просто не знала, как реагировать. Хотел показать мне, что изменился? Что теперь он на моей стороне? Или что? В то же время в его словах правда был смысл, но так не бывает. Людям нужны новости, многие будут сплетничать даже про тех, кого любят. А тут какой казус — голая принцесса.
Я б может тоже похихикала, если бы работала ради этой принцессы сутки напролёт.
Стало даже как-то жалко этих людей. Тем более праздник.
Но приятно… за Викторию. Или за себя…
Я уже ничего не понимала к тому моменту.
— Принцесса Виктория, моя истинная, — разумеется, паршивец сделал на этом акцент, — даже решила посетить вас в этот светлый праздник. И так вы ей отплатили?
Изумление на лицах людей трудно описать словами. Их так Ричард не поразил, как-то, что эта девушка с остриженными волосами — та самая принцесса Виктория. Истинная того, кто однажды может стать королём. В их деревне, в Файв-Улле! Да заставшая всю эту ситуацию с рисунками, будь они неладны.
— Дорогая, что мы будем с ними делать? — Ричард улыбался. Он хотел быть моим героем. И будто не понимал, что некоторые особенно впечатлительные могут покинуть этот праздник, словив сердечный приступ. Значит, истинность делает его добрым только ко мне. Если бы я хотела быть его женой, мне бы это не понравилось. Но я же не хочу, правда?
 
Так вот, один сплошной изумлённый вздох застыл в воздухе, все ждали моего слова, словно приказа свыше.
Я ухмыльнулась. Подняла ладонь и перебрала в воздухе тонкими королевскими пальчиками.
— Привет! — улыбнулась. — Мы с Ричардом здесь, чтобы отметить сход Ночи Золотого Рога и поблагодарить фэйри за благосклонность. Не обращайте на нас внимание. Веселитесь. Пока можете, — всё-таки не удержалась, чтобы не добавить загадочную фразу в духе принцессы Виктории.
Да, кто-то, наконец, выпустил воздух из лёгких, кто-то был всё ещё встревожен, но постепенно все оттаяли и принялись заниматься своими обычными праздничными делами. Я не знала, дело ли в том, что они приняли мои слова за настоятельный приказ, или в чём-то ещё. Но нас с драконом правда старались не глазеть.
Только толстый и тонкий куда-то уползли, лбом едва не касаясь земли.
Листки, что они притащили из своей деревни, сгрёб здоровой пятернёй орк Ор’ан и кинул в костёр с таким видом, будто сжигает заклятого врага. Мне было очень приятно.
Вообще, симпатичный очень мужчина. Высокий, мускулистый. Крупнее, чем Ричард, но оно и немудрено. Слегка выступают желтоватые, острые клыки. Тёмные раскосые глаза как будто добрые. Кожа тёмно-зелёная, почти что чёрная. Если не присматриваться, не слишком-то он выбивается среди людей — просто темнокожий, высокий и импозантный мужчина.
Виктория только краем уха слышала что-то о нём. Он взбудоражил деревню, когда просто пришёл и поселился в Файв-Улле. Поначалу Йоханн, управляющий, был сильно против него и едва не собрал хиленькое ополчение, но затем выяснилось, что Ор’ан отличный столяр. Это всех успокоило, лишние умелые руки всегда нужны. Ему дали испытательный срок. Он его не провалил и теперь живёт здесь спокойно.
Говорят, его страна жестока не только к врагам, но и к собственным детям, так что нет ничего удивительного в том, что он забрёл в такую глушь.
Ну или он шпион. Но его взгляд, когда мимо проходила рыжая бестия в розовом платье, местная лекарка, которую за глаза кличут ведьмой, заставил бы любого расслабиться. Ой, не дворцовые интриги в голове у мужчины, далеко не дворцовые…
Вместе с Ричардом я просто бродила по деревне, ловила отголоски историй, которые долетали на хвосте Магды до Виктории, вслушивалась в разговоры, наслаждалась уютом этого маленького праздника.
Ричард поначалу был просто молчаливым охранником. Я догадалась, что он пытался восстановиться на ходу, и это делало его довольно угрюмым. А меня такой вариант вполне устраивал.
Но потом мы начали говорить, сначала о том, как странно быть одним из местных. Они много трудятся, но головы их беззаботны. Их мысли тянутся от деревни до замка и к другой деревне. У кого прохудилась лодка, чем завтракала принцесса, почему до сих пор не вернулся из Лорельского моря старший рыбак, хорош ли урожай цветов и сколько Ночей Золотого Рога будет в следующем году.
Я, человек, который почти всё время прожил в большом городе в бесконечной беготне, наверное, не отказалась бы от такой жизни сейчас.
Размеренной, тихой, спокойной.
Любопытно увидеть столицу, величественный город Донкор, любопытно поездить по стране и посетить другие страны. Не знаю, понравится ли мне или нет, но в Файв-Улл, его атмосферу, я уже почти влюблена.
— Конечно, ты бы не смог здесь жить, — ответила Ричарду, — на кого бы ты тут постоянно гаркал? С этими людьми так нельзя всё-таки. Ты либо один из них здесь, либо нет, но тогда живёшь в каком-нибудь замке и носа из него не кажешь.
— Слуг нужно держать в строгости, — отчеканил он. — Виктория, зачем мы здесь? Пляски, цветочное вино и варено, это понятно. Они даже на инструментах вон играют. Но всё же… Разве по тебе всё это?
Я взглянула в его глаза. Дракону действительно было любопытно. Тот редкий момент, когда вопрос прозвучал не возмущения ради. Не для того, чтобы свести его к высказыванию своего несомненно наиценнейшего мнения. Ричард хотел понять свою супругу.