Семья напрокат (СИ)
– Я думаю, он боялся тебя обидеть, – заглянув мне в глаза, произнес Клим.
Я слабо улыбнулась. «Кем б ни был тот кто грезит счастьем… нас оскорбляют безучастьем»…
Но вслух ничего не сказала.
– Я поехала, малыш. Позвоню.
Я быстро ушла от сына и спустя несколько минут уже ехала на такси.
Снежные пустыни зимних полей с извилистыми «рогами» сухостоя очень отражали мое настроение и состояние. Какую-то безысходность непременной гибели побегов надежд и веры в лучшее. Серость новых дней на бесцветном листе будущего…
Я как-то вся ушла в свои переживания. В мысли о том, что мы с Сашей могли бы… вполне могли бы сойтись. Так же, как эти полтора месяца разговаривать за завтраком – о том, как у него на работе, как у меня, о том, как можно провести выходные и вообще обо всем подряд, включая последние политические дрязги. И чтобы Клим непременно вставлял свое мнение. Вечером за ужином собираться опять вместе, шутить и смеяться, планировать день и неделю…
А потом… когда Клим заснет… Вспоминалась наша страсть с Тамилиным, которая так и не пришла к логическому завершению. Меня даже в жар бросило. Сердце вдруг забилось быстрее и перед глазами встала наша сцена с Сашей…
Саша… Не знаю почему я так его даже мысленно теперь называла. Не Тамилин, не Александр Вячеславович, а Саша… Словно он за считанные недели вдруг умудрился пробраться под кожу и стать частью моей жизни, как бы усиленно я ни пыталась этого избежать.
Ну правда! Где я и где Тамилин! Да он через неделю найдет мне замену. Молодую, красивую и готовую на любые подвиги.
На глаза навернулись слезы, я всхлипнула и постаралась себя успокоить. Так, Ярина! Что за слюнтяйство?! Чего ты, собственно, вдруг расквасилась? У вас с Тамилиным был договор! Вы оба честно его выполняли! В чем проблема? Ты надеялась на большее? Романов женских начиталась на ночь? Где богатый, красивый и умный женится на женщине не своего круга, потому что у них неземная любовь?
Я тряхнула головой, со злостью вытерла глаза и посмотрела в окно.
Неожиданно машина затормозила, я даже не сразу поняла, что происходит. Лишь, когда открылась моя дверца и водитель, на которого наставили пушку, поднял руки, стало все ясно. Ну вот, повезло так повезло. Константин Георгиевич соберет все лавры редактора газеты-изобличителя. А я тоже соберу… все шишки.
Сердце больно стукнулось о грудную клетку и окаменело в то же мгновение. Мордоворот со сломанным носом заглянул ко мне в салон и рыкнул:
– Чего расселась, дура! Выходи!
Я на неверных ногах вышла наружу. Снег повалил сильнее, и мокрыми хлопьями ложился на лицо. Машину окружили черные внедорожники – прямо в оцепление взяли. Несколько почти одинаковых мордоворотов ждали меня. Тот, что «галантно» предложил выйти из машины, не менее «вежливо» схватил под руку и фактически впихнул в один из внедорожников.
С переднего сиденья машины ко мне обернулся чуть расплывшийся амбал с проседью в волосах.
– Ну, что сука? Подставила меня перед Лютым? Ты в курсе, что такие дела не остаются безнаказанными?
Я не стала возражать, а ведь очень хотелось.
Я? Подставила? Да он сам подставил. Причем, подставил и себя и Лютого! Да еще так ли подставил…
Я промолчала. Машина резко сорвалась с места. Единственное, о чем я сейчас думала – слава богу, что Клим у Саши. Тамилин о нем позаботится…
* * *
Тамилин
– Александр. Вашу женщину похитили. Думаю, это люди, которые работали на Лютого в том самом ресторане. Насколько мне известно он их жестко наказал и половину уволил. Не соответствуют ребятки новому имиджу руководителя. Вот парни и взбесились. Я ехал за Яриной – она на такси отправилась, думаю, домой, с вещами. Однако там было минимум шесть машин, так что мы с помощником, вряд ли, справились бы. Это же не боевик, где один герой укладывает сотню. И внедорожники размером с танк тормозит ударом кулака по капоту.
Тамилин слушал и ярость, страх, злость закипали в крови. Аж в голове шумело и кулаки сами собой сжимались. Он как раз ехал к себе в коттедж, чтобы окончательно поговорить с Яриной. Прямо сказать, что любит ее и что она нужна ему по-настоящему. Как жена, как его женщина. Да, собственно, в любом виде, с любыми оговорками и на любых условиях. Прокручивал в голове признания, предложения, возможные ответы и аргументы для убеждения.
Про то, что они отлично нашли общий язык и Ярина чувствовала себя у Александра почти как дома. Про то, что Климу было хорошо с Тамилиным. Ведь даже сегодня Ярина явно оставила сына, чтобы тот мог поиграть в бассейне с Александром. Ну вот где еще он сможет это сделать? Где?
Плюс Тамилин нашел парнишке лучших учителей. А если домашнее обучение не нравится Ярине вполне мог устроить Клима в местную школу. Между прочим, с тремя иностранными языками! И лучшими результатами по олимпиадам. Начиная от математических и заканчивая литературными.
Александр уже заранее все выяснил, даже нашел Климу хороший класс – достаточно дружный и не особо проблемный в плане драк и внутренних конфликтов.
К тому же, классный руководитель Тамилину очень понравился. Он ездил в школу тайно, ничего не сказав Ярине, но почему-то в эти минуты, действительно, чувствовал себя отцом. Улыбался, думая, как мальчуган оценит спортзал с множеством канатных дорожек для лазанья. Воображал, как будет по утрам отвозить Клима в школу, а потом забирать, пока Ярина работает дома.
Он прямо планы строил, хотя тысячу раз обещал себе этого не делать.
Представлял, как станет заботиться о писательнице, как будет регулярно водить ее с сыном на каток, на горку. А потом… когда Ярина оттает, покажет, насколько он хорош в постели. Ну он правда хорош, и этого было не отнять.
И вот сейчас его женщину похитили какие-то мрази! Тамилин сразу забыл о том, что Ярина уже от него уехала и направлялась домой. То есть она и не была «его женщиной», а теперь так вовсе – все между ними закончилось. Отъезд Ярины поставил жирную точку под ее историей с Александром.
Но сейчас он больше не думал, не размышлял и не рефлексировал. Он чувствовал. А чувствовал Тамилин, что Ярина его. Его! Как рука или нога, как нечто очень важное в теле и в жизни.
– Быстро мне номера всех машин и фотографии в вотсап! – скомандовал Тамилин. Он потом убьет Алексея. Хотя, конечно, тот вряд ли мог что-то сделать с толпой вооруженных бандитов. Но все равно убьет. – Ждите моих указаний. Подними всех своих лучших бойцов! – был следующий приказ.
– Уже сделано! – отчеканил Алексей – сам понимал, что случилось изрядное и отчасти произошло все по его вине. Это же он проворонил момент, что на Ярину открыли охоту.
Тамилин сбросил вызов и позвонил Лютому. Вот так запросто. Без обиняков.
– Да? – как ни удивительно, но Филип Прокопьевич сразу взял трубку.
– Ваши люди похитили журналистку – Ярину Солнцеву, которая делала материал…
– Я понял, – прервал Лютый объяснения Александра. – Есть какие-то данные?
– Я сброшу в вотсап фотографии машин и тех ублюдков.
Тамилин не церемонился, но Лютый и не возражал.
– Понял. Жду.
– И у меня условие! Я поеду с вами, ну или с вашими людьми, если вы не лично отправитесь по этому делу.
– Лично. Я им лично жопы на зенки натяну! – хорошие манеры слетели с Лютого, как побелка с плохо заштукатуренной стены. Открыв взгляду и каверны в бетоне и неровности самой постройки. Но Тамилин понимал – Лютый еще сдерживается, не забывает с кем общается по телефону. С равными себе, бывшими подельниками, он разговаривал бы совсем иначе.
– Хорошо! Я заеду за тобой через полчаса. Ты где?
– Я скину адрес.
– Лады.
Тамилина прямо потряхивало. Он дважды проехал на красный свет, едва не вылетел на встречную полосу, и в самом поселке чуть-чуть разминулся со встречной машиной на общей дороге.
Тамилин пытался себя успокоить. Он нужен Климу. Он нужен Ярине. И чем больше нервозности у Александра, тем хуже он сделает нужное дело. Однако аутотренинг «мне сейчас нужны холодная голова, спокойствие и рассудительность» не сработал. Агония самоконтроля Тамилина закончилась тем, что он едва не врезался в собственную входную группу и заорал из прихожей домохозяйке: