Академия семи ветров. Добить дракона

Пойди, разбери, кому из нас хуже: мне, лишившейся всего, к чему привыкла, прячущейся от нежеланной участи, или ему, пусть и живущему под своим именем, но не имеющему возможности спрятаться от навязанного брака (и навязчивых невест) даже в знаменитой драконьей академии, которая, как известно, своих не выдает.
Так-с, в какой я группе? 1В? И что у нас сегодня в расписании? Введение в общую магию, обеденное время, основы химерологии, основы алхимии.
Пока я грифелем переписывала расписание в блокнот (вот и пригодился мой СОКНиД в дополнительном качестве!), стоящий рядом парень приложил лист бумаги к объявлению, сосредоточенно нахмурил брови – и расписание проявилось на его листе.
Я тихонько завистливо вздохнула. Вот уж на что я не могу себе позволить тратиться, так это на бытовую магию.
В этой части замка подземелья разительно отличались от тех, в которых размещены купальни – там было тепло, и, несмотря на близость источников, сухо. Здесь же было прохладно. Не из-за чар, используемых на ледниках в мертвецких, а просто потому, что эту часть подземелий намеренно не обогревали.
Я, если честно, очень опасалась, что к назначенному времени наша развеселая группа разрастется еще, но обошлось. Шли мы по прежнему впятером.
Тэва с Шедом, оказавшиеся в одной группу, с жаром обсуждали прошедшую лекцию по основам некромантии (и поэтому, видимо, не мерзли), Иллирия грызла бублик, уведенный с ужина, а я терзалась подозрениями.
Нас троих – меня, Иллирию и Дейва – распределили в одну группу.
И если Иллирия на меня особого внимания не обращала, то Дейв держался рядом, как приклеенный. И теперь меня снедали сомнения: зачем? Что ему от меня нужно? А вдруг, он на самом деле работает на моего отца? Усыпляет мою бдительность, чтобы выбрать удобный момент, спеленать, а потом доставить под венец, красиво упакованную и с бантиком?
Да ну, ерунда, я же сама выбрала место на вводной лекции, никто не мог предугадать, что я выберу именно третий ряд!
Как же, “никто”: папенька-то меня знает, если вычислил, куда я направилась – остальное ему спрогнозировать ничего не стоит. А дальше решил не поднимать шума, и так уже нерадивая дочь ужасно оскандалилась, а просто тихо выкрасть и вернуть меня домой.
Нет, это бред, у меня обострение мнительности на фоне переизбытка новых впечатлений.
Бред или не бред, а ведь Дейв действительно не случайно сел рядом, он сознательно старается держаться ко мне поближе! Это точно не спроста!
Так. Хватит.
– Дейв!
Я остановилась, и блондин, оглянувшись на мой оклик, остановился тоже.
– Зачем ты сел со мной рядом?
– М? Если ты не хочешь – я больше не буду.
– Не уходи от вопроса!
– Да с кем мне еще было садиться?! Не с Иллирией же – она бы меня заклевала!
И, видя, что я продолжаю сверлить его подозрительным и очень суровым взглядом, добавил:
– Милдрит, если ты боишься, что я буду у тебя списывать – даю слово: не буду!
И небрежно похлопал меня по плечу.
Я растерялась от такого панибратства, и от неожиданности уронила щиты.
От Дейва тянуло весельем, умилением и снисходительностью. От Шеда искренним интересом, направленным на Тэву, от Тэвы – нетерпеливым ожиданием чуда, от Иллирии безмятежным спокойствием и немного голодом (и куда в нее столько лезет?), от кого-то впереди по коридору – скукой, от…
Стоп-стоп-стоп!
“Поднять щиты!” – мысленно скомандовала я, и сама же безупречно выполнила собственный приказ.
Дверью в мертвецкую служила каменная плита. Возможно, снятая с какого-то склепа – уж больно заслуженный вид у нее был: вся в выбоинах, углы в сколах, наискось перечеркнутая тремя глубокими бороздами от чьих-то когтей…
Хорошо, если ее сюда притащили уже такую. А если это уже в академии в мертвецкую кто-то рвался? Если верно второе – то жажда знаний у адептов внушает уважение. И трепет.
Шед и Тэва, решительно шагавшие впереди, при виде это двери оробели и остановились.
Я подождала, пока они придут в себя и кто-нибудь постучится.
Подождала еще.
 
Потом фыркнула, распихала локтями нерешительных коллег, и уверенно постучала.
Звук получился невразумительный. Пока я злилась и думала, как постучать более убедительно, необходимость в этом отпала: нам открыли.
Сначала из-за двери проник холод и характерный сладковатый запах, едва ощутимый, но все равно неприятный. И только затем появился парень, никак не тянущий ни на наставника, ни на дракона.
Судя по возрасту – адепт старших витков. Одет, вроде бы, аккуратно, но вид все равно какой-то встрепанный. Волосы цвета пыльного шоколада взъерошены, смотрит выжидательно.
Изнутри, кстати, дверь была ободрана еще более живописно, чем снаружи: сколы глубже и борозд от когтей больше.
– Зра-а-авствуйте, старший адепт Норгис! – пропела Тэва.
Шед насупился, но тоже буркнул что-то приветственное.
Ага. Это, кажется, тот адепт-некромант, который теперь читает лекции первому витку. На приветствие ребят он лишь кивнул, обводя нас внимательным взглядом.
– И вам добрый вечер. Чего надо?
– Здравствуйте, мы хотим работать в мертвецкой! – рубанула я.
– Чего?.. – растерялся старший адепт Норгис.
Вот странный. По-моему, я предельно четко и внятно сформулировала – “чего”!
Он оглядел нас еще раз. Хмыкнул:
– Некроманты будущие, что ли?
– Не…
– Не важно, – перебила я Тэву с ее ненужными уточнениями. – Главное, что мы готовы работать бесплатно. Что нужно делать?
Старший адепт Норгис с нами снова заговорил, только когда отсмеялся:
– Так вы что, трупы таскать пришли?
Мы все закивали с таким энтузиазмом, будто у нас спрашивали, не желаем ли мы получить в дар по сундуку золота.
Или даже непосредственно самого Галена эль Таривола.
Старший адепт Норгис покачал головой, даже не пытаясь скрыть веселого изумления, написанного на физиономии.
– Так, ребятки. Ну-ка, живо говорите, что вам на самом деле нужно!
Я взглянула на него с некоторым удивлением: как будто мы собирались скрывать. И совершенно честно ответила:
– Мы хотим посмотреть на эльфа. Взамен готовы выполнять всю черную работу, что прикажут.
– Ах… Ах, как это неожиданно! – сказал старший Адепт Норгис. Только с прямолинейной грубостью. – Что, мелкая, и ты тоже тяжести таскать будешь?
Нет, а вот чего сразу я, ну, чего сразу я?! Вон, Иллирия тоже не бой-девица, а тыкают почему-то только в меня!
– Нет, – и ткнула в Дейва: – За меня вот он таскать будет!
– То есть, таскать будет он, а смотреть – ты…
Я кивнула.
Дейв, что характерно, тоже. Без особой уверенности, но кивнул.
– Ах… Ах как я удивлен! – пробормотал старший адепт Норгис себе под нос, но отчетливо.
И снова заржал.
Потом похлопал себя по груди, выгоняя остатки клокочущего там смеха.
– Идите отсюда, комбинаторы. Нет тут для вас работы. Честно говоря, даже жаль, я бы на это посмотрел… – и с этими словами закрыл монументальную дверь у нас перед носом.
– Вот же… гад! – свирепо раздула ноздри Иллирия (предусмотрительно дождавшись, чтобы каменная плита закрылась полностью).
И Шед охотно ей поддакнул:
– Сволочь неприятная!
– Мы же ничего плохого не хотим! Просто тянемся к знаниям! – негодовала Тэва.
Дейв молча покивал, мол, “как так-то?”.
Я задумчиво выпятила нижнюю губу. Потом вспомнила, что благородные девицы не гримасничают, и впятила. Потом вспомнила, что я маскируюсь, и поджала губы уже осознанно, с полным правом.
– Уходим.
И, развернувшись на каблуках, решительно зашагала… куда-то. Маршруты и планировку я еще не запомнила, но сейчас, в общем-то, и не важно куда, лишь бы подальше.
Нужно кое-что обсудить. И, желательно, не там, где так холодно.
Запись в СОкНИД стучала в моем сердце.
* * *
Несколько лет назад в светлом роду Рейон де Солей приключился скандал. Один из его благородных отпрысков рассорился с семьей, отказался от родовой стези и решил сам строить свою судьбу. Но скандальность заключалось не в этом: в конце концов, глава рода всегда поощрял в молодежи самостоятельность и разумную инициативу, если уж ты так желаешь быть артефактором, что готов пойти против семьи – что ж, будь. Не самый удачный для семейного курса путь, но грамотный глава рода и артефактору применение найдет. Но ведь он решил податься в Академию семи ветров!