Открывашка и пробой (СИ)

— Они выходят из кладовки. Очень умно не подставлять всех, но им не хватило мозгов надеть маски!
— Чего еще ждать от поддавшихся Сатане чудовищ? — поддакнул аббат.
— Что на третьем? — спросил инквизитор.
— Запись сделана в японской провинции Камбоджа, на арбузной ферме барона Икеда. Мне удалось перехватить запрос его личного помощника Казуи Акиры — он сильно пострадал во время инцидента. За два дня до того, как была сделана запись, эта ферма подверглась необъяснимому ограблению, и Казуя, следуя древней истине о том, что преступник всегда возвращается на место преступления, выставил засаду с видеофиксацией.
Инквизитор запустил видео: из пустоты появился тот самый мессия, втащивший за собой за руку еще двух людей. На этом видео обрывалось.
— Один из тех, кто пытается использовать Мессию в греховных целях — Иванов Тимофей Валерьевич, майор КГБ. Обладает навыками пироманта — он поджег самураев Икеды и камеры. Нам сильно повезло, что часть пленки уцелела.
— Снова эти русские, — вздохнул Диего. — Мальчик?
— Андрей Иванович Сульянов, семнадцать лет, Красноярский край, поселок «Липки», улица Речная, 23. Документы новые, ничего о его прошлом нам найти не удалось.
— КГБ! — на секунду потеряв самоконтроль, инквизитор бахнул по столу кулаком. — Ты понимаешь, что это значит⁈
— У русских появилось оружие, потенциал которого невозможно переоценить, — продемонстрировал понимание аббат.
— Наши действия?
— Через три дня в Красноярске пройдет экономический форум. Я взял на себя смелость добавить в делегацию троих наших людей. На месте им поможет высокопоставленный предатель из местных. Андрея аккуратно похитят и тайно вывезут из страны по сложному маршруту. Операция потребует дополнительного финансирования, Ваше Святейшество.
— Само собой, — кивнул Диего и подписал поданный аббатом запрос.
Семьдесят три миллиона Имперских Реалов! Эти русские предатели совсем зажрались!
— Наши конкуренты?
— Американцы не поняли, с чем столкнулись, — пренебрежительно развел руками Фердинанд. — Японцы тоже собираются на Форум, но их шансы невелики — на этих фашистов даже русские не хотят работать. Их делегация все время будет под присмотром, и они нам не помешают. Но у Казуи и его свиты приказ на ликвидацию Андрея — барон считает, что украденные арбузы нанесли его чести урон.
— Какие же идиоты эти язычники! — всей душой пожалел соседей по карте инквизитор. — Ты хорошо поработал, Фердинанд. Продолжай, и на тебя снизойдет милость Господа.
В виде кучи денег и нового сана.
  
Глава 23
 
В свете новых обстоятельств, губернатор Лебедь решил отправить нас с моей сестрой — такая вот легенда — Гришей в деревню: там, по его мнению, мне все-таки безопаснее, чем на военной базе. Что это за мир вообще такой? Ай, плевать, я с этим решением спорить не собираюсь — деревня всяко лучше, чем ВИП-камера в казарме.
Вертолет высадил нас на поляне — армейское оцепление вокруг пробоя в наличии — где нас встретил Геннадий Петрович.
— Геннадий Петрович, это моя сестра Гриша, — представил я ему ксено-сестру, одетую за неимением лучшего в армейскую рубаху — висит до колен, рукава пришлось закатать — и камуфлированные шорты, к которым прилагается сильно затянутый ремень. А вот резиновые тапочки почти по размеру нашлись.
— Это… — пожевал он губами.
— Жук-дипломат, — шепнул я ему. — Не удивляйтесь. Можно нам домой?
— Конечно можно, — смирился физрук и повел нас домой. — Я вопросов задавать не буду. Понимаю — секретность. Но народ волнуется, а Тимофей вернется только под вечер.
— Все хорошо, — понял я его толстый намек. — С нами большие люди, а проход в Скандинавию — высший приоритет. Ничего глобально не изменилось, Геннадий Петрович. Но про Гришу…
— Имя-то мужское, — заметил оборотень.
— Гриша — она моя, — развел я руками.
— Ладно, — принял он отмазку.
Рассказывать добровольно я ничего не стал — и губернатор Лебедь просил, и вообще теперь буду стараться говорить как можно меньше. Особенно — о моем инопланетном козыре.
 
Калитку нам открыла успевшая проснуться и немного подвести глаза — чисто ради удовольствия, надо полагать — Марина.
— Сестру Андрею прислали, — кратко ввел ее в курс дела физрук. — Гришей зовут.
— Григория? — удивилась хозяйка. — А чего это она одета так странно? Привет, меня Марина зовут, — опустившись на корточки, улыбнулась жуку-дипломату.
— Марина. Запомню, — безэмоционально откликнулась та.
— У меня на нее вещей нет — разве что Лёшкины старые подойдут, — поднявшись на ноги, поделилась сложностью решившая не удивляться хозяйка.
— Найдем, — пообещал Геннадий Петрович. — Идите, отсыпайтесь, — выдал нам наказ и свалил.
— Придется матрас достать, — решила Марина по пути в дом. — Ничего, он мягкий. А Лёшка уже в школу убежал. Вы голодные?
— Нет, спасибо, — покачал я головой.
— Гриша, у тебя все хорошо? — заботливо спросила хозяйка. — Какая-то ты молчаливая. Грустно, что переехать пришлось?
— Спасибо, Гриша в порядке, — безэмоционально заверила ее жук-дипломат.
— Сестренка немножко болеет, — шепотом соврал я. — У нее эмоциональные проблемы. Не переживайте, это не заразно, но и не лечится. Но Гриша — хорошая, послушная девочка, и проблем с ней не будет.
— И в мыслях не было! — всплеснула руками Марина и сочувственно посмотрела на жука-дипломата. — Бедный ребенок. Правда не лечится?
— Правда, — подтвердил я.
Потому что это не баг (ха!), а фича!
В доме Марина отыскала в шкафу большой комнаты два полосатых, набитых ватой матраса, выдала к ним комплект постельного белья, и мы с «сестренкой» пошли в комнату. Кинув на пол рядом с кроватью матрасы, ощутил острый приступ лени и бессмысленности происходящего — Грише сон не нужен. Вся моя нынешняя жизнь — сплошной обман. Укрыв матрасы простыней и бросив сверху подушку, выдал жуку-дипломату инструкции:
— Пока я сплю, тебе нужно притворяться спящей.
— Принято, — кивнула Гриша.
Я начал раздеваться, ксено-девочка тоже. Я забрался в кровать, Гриша… проигнорировала матрас и залезла ко мне. На мое невысказанное, но считанное легкой телепатической связью между мной и жуком-дипломатом удивление она пояснила:
— Приказ защищать. Лучшая позиция.
Твою мать, как же это сейчас было мило!
Что ж, люди спят с собаками и кошками, почему я не могу спать с питомцем-жуком? Обняв Гришу — пахнет чем-то слегка похожим на чернику, приятно — я закрыл глаза.
* * *
— А у тебя еще и сестра есть⁈ — восхитился вернувшийся со школы Лёха, застав нас с Гришей на кухне.
Завтракообедаем, на жуке-дипломате — слегка великоватое белое летнее платье «секонд-хенд», на голове — хвостики, которые я сам с огромным удовольствием ей собрал к умилению Марины: вон как брат о больной сестренке заботится.
Сама хозяйка сейчас в огороде, командует наемными односелянками — финальная прополка перед сбором урожая.
— Сам не знал, — развел я руками. — Свалилась как гром с неба. Гриша, Лёша.
— Запомню, — пробубнила мастерски разделывающая ножом и вилкой кусочек курицы Гриша.
Она же «дипломат», а значит владеет всеми столовыми приборами.
— Она болеет немножко, — добавил я. — Разговаривает странно, но ты не переживай — это не заразно.
— «Странно» — это как? — удивился маленький оборотень, сковырнул кеды и подошел к нам.
Принюхивается!
— Гриша, как тебе наш новый дом? — спросил я.
— Дерево, — аккуратно отложив нож с вилкой, она посмотрела на Лёху. — Хороший материал для углеродных форм жизни. Марина, — указала за окошко. — Вкусно готовит. Вежливая.
— Вот так, — развел я руками. — Спасибо, — поблагодарил жука-дипломата.
Та вернулась к еде.
— Странная болезнь, — с жалостью в глазах вздохнул Лёха, подошел ближе и стал обнюхивать Гришу уже без стеснения.
— Что ты делаешь? — с трудом подавив смех, спросил я.