Жданов, отвали! (СИ)

– Назойливая муха, – щелкает по носу, улыбаясь, – родители сами приедут, возьмут такси. А нам нужно их встретить с ужином. Сможем? Продуктами я затарился, так что не будешь меня гонять в ближайший магазин. А теперь давай, давай, собирай свои шмотки, трусов и лифчики не набирай херовую тучу, зачем они тебе дома. Для универа несколько штук возьми, – пошлит Ник.
– Да не вопрос, – ухмыляюсь игриво, – могла бы и голышом ходить, но боюсь твои родители не оценят, – смеюсь, снова забыв про то, что это больно отзывается в брюшной полости.
Сборы прошли быстро, как только мы разлиплись. Ник пил кофе, а я быстро скидывала в свою небольшую дорожную сумку необходимые вещи.
По пути уточнила что из продуктов он купил и прикинула, что можно приготовить.
Всю дорогу штурмовала вопросами, есть ли тот/иной продукт/техника, необходимая для приготовления пищи. Я с детства люблю готовить, особенно для кого–то. Какое–то время после развода родителей я жила с отцом и отвечала за его питание, и в то время неплохо набила руку. Надеюсь, его родителям понравится моя стряпня. Почему–то непременно хотелось им понравиться.
Никита помогал на кухне как мог, хотя будь у нас больше времени, я предпочла бы, чтоб он не путался под ногами и просто сидел с бокалом вина и травил байки из универа.
Я могла весь вечер травить байки про то, как мне понравилась его квартира.
– Ладно, – пошутила, как только вошли и дошли до его спальни, чтобы поставить мою сумку и переодеться. – Я беру свои слова обратно, торопись, я согласна жить с тобой, предложение действует ровно минуту, – смеюсь, облачаясь в халат для готовки.
Кухня понравилась мне ещё больше и всё там прошло на лёгкой ноте. Хотя Жданова все же пришлось отправить в магазин за сметаной.
Пока он бегал, я переоделась, надев ещё одно платье, купленное летом и ни разу не выгулянное. Никита замер у порога, когда вернулся и увидел меня.
– Я приму твою заторможенность за комплимент, Ник, только дай скорее сметану. Время поджимает.
Звонок в дверь прозвенел ровно в тот момент, как мы положили последнюю вилку на стол.
– Только в обморок не хлопайся, ты же не неженка, правда? – опять подшучивает надо мной, целует в шею и подталкивает к двери. – Открывай.
Кручу замок, он щелкает, тяну дверь на себя.
– А вот и мы! Что, глазастики, упарились родню ждать? Мм, как вкусно пахнет. Даю сто фунтов на спор, что это не мой сын готовил! Наденька, ты такая красивая, жаль, что так случилось с аппендицитом.
– Жена, я как бы войти не могу, ваше величество крутит аппетитный задком. Дай–ка я нашей девочке цветы презентую!
– Отец, ты стервец, – смеётся Эмма Эдуардовна, а Владимир Петрович наконец то вваливается в прихожую и протягивает мне цветы.
– Никита помогал, – улыбаюсь, рассматривая родителей, и пытаясь понять, на кого мой дорогой похож. Есть что–то от матери, но больше похож на отца.
– Оу, – растрогалась я, когда появился букет, – не стоило себя утруждать, – улыбаюсь, поднося розы к лицу и вдыхая их нежный тонкий аромат, – они прекрасны, спасибо.
Я сразу отмечаю, как легко общается между собой пара, и радуюсь. Живые, не чопорные, не строгие, открытые и добродушные. Сразу как–то расслабилась, выдохнула.
– Надеюсь, вам понравится наша стряпня. Если что–то пересолила, простите, – стрельнула взглядом в Никиту, намекая на то, что если пересолил что–то, значит влюбился в кого–то, как в народе говорят.
– Ой по глазам вижу, что любишь Ника, – Эмма неожиданно щёлкнула меня по носу.
Я молча стрельнула взглядом в стоящего за моей спиной мужчину и протянула ему букет.
– Нужно поставить цветы в вазу, дорогой.
Вручила букет ему, а сама неожиданно взяла свою гипотетическую свекровь под руку и повела к ванной, расспрашивая о полёте, чтобы отец смог спокойно раздеться, а то они заполнили всю прихожую.
Она мне сразу понравилась, и я болтала больше, чем обычно, рассказывая кучу каких–то глупостей, сама того не замечая.
35 глава
Мои родители в своем репертуаре. Я специально не рассказывал Наде о специфических отношениях моих родителей. Когда–то давно именно моя совершенно нескромная мама, по словам отца, совратила прилежного мальчика Вову, который только и думал о том как бы получить престижное образование. Ещё на втором курсе университета у молодой пары появился я. Мама никогда не унывала, души не чаяла в муже и сыне, а поддерживая любое начинание мужа, возвела вторую половинку в надёжного м ответственного главу семьи. Пять лет назад родители уехали в Лондон. Отец не смог отказаться от своей мечты и практиковать за границей. Он много лет изучал законы, грыз знания, смог доказать всем, что талантлив.
 
Мама преодаватель музыки, даже на дому по доброте душевной даёт уроки соседским детишкам.
 – Хороша девка, Ник, ой хороша, не смотри на посторонних. Загребай себе, ставь клеймо и строй крепкие отношения. Если человек с тобой на одной волне, то поверь, ничего не страшно в жизни.
– Пап, ты это говорил три дня назад.
– А повторение...
– Мать учения. Давайте руки мыть с дороги и ужинать. Я хочу попробовать тот салат, который меня пыталась научить готовить Надя.
– Как красиво. Ой, Вовка, смотри, они открыли наши свадебные бокалы.
– Где? О, это те, что нам твои родные прикупили.
– Кстати, глазастики, что смотрите. Этим бокалам скоро стукнет 31 год.
– Мам, садись, вино или шампанское?
– И водку на посошок!
– А пиво у вас есть? – это отец командует.
И как я забыл, что когда приезжают мои родители, нужно быть в полном всеоружии.
– А пива нет.
– Тогда коньячок?
Я вновь в ступоре.
– Попался. По глазам вижу, что облажался. Эмма, где наша большая алкогольная сумка?
Мама звонко смеётся и ее ветром уносит во влед за отцом.
 – Прости, но они такие и есть. Ты теперь понимаешь, что мне было в кого отхватить самое лучшее.
– Ни слова больше, – смеется Надя, – я их уже обожаю.
Девушка прижимается ко мне и задумчиво произносит.
– Раз уж ты бойкотируешь, – играет бровью, – всякое, – намекает, – я пожалуй выпью с твоей мамой вина или шампанского. Мешать с таблетками нельзя, эффекта не будет, но раз мы не собираемся, то я утоплю своё горе в бокале вина.
– Кто сказал вино?! – Влетает мама обратно в кухню, а в каждой руке по бутылке, вино, коньяк.
– Водка и шампанское, – добавляет отец.
– Наденька, не переживай, мы запоями не страдаем, но выпить в хорошей компании никогда не грех.
– Наде только шампанское и не больше.
– Отличненько, – отец шарахает пробкой в потолок,а потом разливает в бокалы игристое.
– Надюша, а Никуша замуж уже предлагал? – прилетает от мамы
– Хорошо, что не успела пригубить, а то наверное подавилась бы, – рассеяно отвечает и широко улыбается, переводя взгляд на Никиту, – Никуша, – повторяет за мамой уменьшительно–ласкательное прозвище, – как порядочный джентльмен сначала решил познакомить меня с вами. Вдруг я бы вам не понравилась, – улыбается, прижимаясь ко мне.
– Так ты здесь только в гостях? – мама осуждающе хлопает в ладоши.
Надя переводит растерянный взгляд на меня, не сразу находясь что на это ответить.
– У вас здесь так здорово, что я готова работать над тем, чтоб задержаться, – находится девушка, делая комплимент жилищу.
– А Ник делал тебе экскурсию по дому? Квартирка у нас огромная , будет место и гостям, и детишкам.
– Он показал мне спальню, – ляпнула и залилась румянцем, поняв, как двояко это прозвучало.
– Мам, дичь стынет, – я уже повышаю голос, чтобы отрезвить обстановку.
– Дичь жареная, в лес не убежит, – салютует отец.
– Окей, май фемели, я с Надюшей потрещу.
И если бы это работало. Нас всячески пытались раскрутить на свадьбу, но я ловко парировал каждый вброс. А в особо неприличный момент в сердцах сказал родителям:
– Мы в близких отношениях всего несколько недель.