Жданов, отвали! (СИ)

– Надь, у тебя есть последний шанс, поверь.
– Ты о чём? – хмурится недовольно. – Какой последний шанс? В чём я успела провиниться?
– Плохая девочка, которая сегодня останется без сладкого.
 Вижу Надино недовольство, упрямство, недальновидность. Если она решила таким способом меня оградить от нервов, то ее героический поступок провалился с треском.
Ставлю пакеты на пол, снимаю туфли, пальто. Беру Надю за бедра, прижимаю к себе спиной и в такой позе мы вместе идем к окну. Едва приблизившись к подоконнику, озвучиваю моей упертой девочке слова одной из самых язвительных соседок:
– Эта Надька вчера оргию устроила, слышали бы вы, что творилось в подъезде.
 Даю Наде возможность  выглянуть в окно и посмотреть на художества.
– Твою мать, – срывается с губ расстроенной девушки, когда она лицезрела художества на асфальте, – могла и не отмывать дверь.
Повернулась ко мне, грустная, недовольная, и сказала:
– Похоже, мне пора искать новые апартаменты. Жаль, эта квартира мне нравится. Скорость света долетела и вдарила нам по жопе, любовь моя.
– Почему сразу не сказала? И не нужно говорить о том, что не хотела меня тревожить. Это глупость. Мы с тобой эту вакханалию предвидели, так к чему сокрытие информации?
– Это мерзко. Я час ногтями и зубами отмывала дверь и правда думала, что у меня получится оградить тебя от этого, – прижимается ко мне в необходимом объятии. Отрывается, смотрит мне в глаза и говорит, – пошли они к чёрту. Жилья в городе хватает. А меня писюльками на асфальте не пронять. Если они думают, что так заставят меня отказаться от тебя – не на ту напали.
– Эй, Богатырева, что за бесстыжий взгляд? Я тебе говорил, что врать нехорошо? А ты не верила. Как думаешь, что тебе за это будет?
– А я тебе говорила, что не умею врать, дорогой, но ты не слушал. Ещё на первой паре. Я правда не умею, по мне всё сразу читают все.
Отодвигается и смотрит на меня.
– Ты говорил, что новости не очень? Какие?
– У тебя удивительная способность увиливать, – я раздражён, потому что она теряет связь со мной, а мне не нравится то, что подобные ситуации так негативно влияют на Надю, – к черту новости, лучше дай ответ на последний вопрос.
– Что мне за это будет? – скалится игриво.
Зараза мелкая! Смотрит так, что член шевелится. И так было постоянно до того, как мы вчера вновь пересеклись. Знала бы Надя, какой дискомфорт испытывал на парах, видя ее пухлые губы в тот момент, когда эта стерва незатейливо, но скорее всего, намерено водила кончиком ручки по ним.
– Ничего, кроме этого.
Иду к порогу, где оставил пакеты, протягиваю свой улов Наде. Пусть шарудит вкусностями.
– Я кофе сделаю, мне это необходимо.
– Знаешь, что мне необходимо? – спрашивает серьёзно, без ухмылок и прикрас. Подходит ко мне, притягивает к себе, и жадно целует. Прижимается всем телом, и я чувствую её тепло, – мой поход был удачным, пару дней потерпеть и можешь больше не переживать о защите.
Ого, меня аж шибануло в пах от удовольствия. Надя первая с кем я так неосмотрительно занимался сексом без презерватива, обычно мне хватало ума держать своего друга на привязи. То есть я часто шел у него на поводу, но мозги не отключал. А теперь попробовав малышку на вкус, скулил бы от менее чувствительного контакта. Черт, чувствую, что никакого нахрен кофе, увы, не будет.
– Давай в душ, мне нужно смыть этот бешеный день с себя, а ты мне спину потрешь?
Естественно мои блудливые руки уже давно задрали Наде короткое платьице, бессовестно шарили в трусиках, потирая набухший от желания клитор. Это уже похоже на манию – пальцами играть с ее складочками, чувствовать влагу собственной кожей.
– Давай, – соглашается. Прикрывает глаза и довольно улыбается, когда я касаюсь её. – Потру не только спинку, – обещает, схватив за руку и утянув в сторону душа.
– Эй, не так эротично дыши на ухо, или я превращусь в похотливого Халка, – хриплю Наде на ухо, когда она раздеает меня настолько быстро, что у меня не всегда получается поймать её губы, – да успокойся ты, – рычу едва не лопнув от желания.
 
Тру пальцами припухшие губы, долго смотрю девочке в огромные затуманенные страстью глаза и шепчу так, чтобы слышала: 
– Никому не отдам.
24 глава
– И я тебя, – шепчу в ответ.
Никита не торопится, а я чувствую физическую необходимость почувствовать его в себе, отдаться ему и убедиться, что всё произошедшее сегодня – дурной сон и уже в прошлом.
Из–за этих отношений мне, скорее всего, придется искать новое жильё, а оставшиеся годы в университете обещают быть максимально нерадужными. На всё наплевать. Я хочу его, и он будет моим, пусть я – эгоистка, но я готова поставить на кон свою спокойную и скучную университетскую жизнь ради этого.
– Я хочу тебя, – заверяю, втолкнув его в ванную и включая воду, – но мы не начнём, пока ты не расскажешь, что у тебя за новости.
– Я в универе больше не работаю
– Что?!
– Надя, это шутка.
– Уморительно, – упираю руки в бока и хмурюсь. – Подожди, задержатся у меня делишки, я над тобой тоже пошучу.
– Зараза мелкая, думаешь испугала? А может уже пора матушку осчастливить внуками, – скалится ехидно.
– Твою или мою? – приподнимаю бровь. – Твоя, может, и обрадуется, а вот моя едва ли, – хмыкнула, толкнула мужчину в душевую кабину и прижала к стенке. – Жданов, хорош нервировать! Что за новости?
– Иван Степанович был немного зол, но сильно не брыкался, менять в начале года расписание, увы, проблематично. Но он уладил некоторые формальности с моими младшими коллегами, те пошли на уступки. Но теперь я не уверен, что должен оставить тебя там одну. Все это как–то бесит.
Я внимательно выслушала его и кивнула.
– Бесит – это слабо сказано. Но не можешь же ты ходить со мной на пары, тигр, – улыбнулась, целуя его плечо, и включила воду, настраивая комфортную температуру. – Мы знали на что шли. И я ни о чём не жалею. Я хочу тебя.
– А тебя не интересует, почему декан мою душу дьяволу не продал из–за связи со студенткой?
– Почему? – спрашиваю тут же.
Как–то и не подумала. Опять же, все здесь совершеннолетние и по закону имеют все права, всё остальное – осуждение и порицание, личное фи каждого.
– А наши сплетницы разве новенькой не трепались о личной жизни нашего сорока пятилетнего героя–любовника?
– Нет, – недоуменно пожимаю плечами, а потом на лице отражается недовольство, – Геля трепалась только про тебя. А с другими сплетницами я не общалась. Декан любит помоложе?
– У нашей Ирины Петровны есть младшая сестра, в прошлом году она закончила наш университет. Он даже развелся из–за девчонки, бросил жену и сына, содержит их, но всё же. Конечно, связь они свою сумели тщательно скрывать, после нового года эта шустрячка ловко охомутала мужика. Сплетни расползлись ближе к концу года, когда она уже готовилась к выпуску. Нашего декана неплохо потрепало руководство свыше, но тот сумел заткнуть им всем рты.
– У той самой Ирины Петровны, которая сохнет по тебе? – уточняю.
Да, Геля болтала. И болтала много. Благодаря ей я знаю всех баб в университете, которые хоть раз бросали неправильный взгляд на моего мужчину. И к его несчастью, я в сто раз опаснее, ревнивее и серьёзнее Гели. И своё не отдам.
Ладонь ложится на его член и сжимает его, приводя в полную готовность.
– У той самой, но к херам все сплетни, – хрипит на ухо, прикрывая глаза от удовольствия, – не останавливайся.
– Ни за что, – шепчу в ответ и наш душ откладывается на неопределенный срок, а вода орашает наши тела, пока он делает меня своей, а я получаю награду за сегодняшний ужасный день.
Я смотрела как он снимает и выкидывает наполненный презерватив, и протянула мысли вслух:
– Я думала, эти таблетки действуют сразу, и эти штуки нам больше не понадобятся, но придётся немного потерпеть.
Никита смотрит на меня с вопросом, ведь вроде уже эту тема обсудили, и я беззаботно улыбаюсь: