Темные Фейри (ЛП)

— Ладно, маленький монстр, я буду действовать потихоньку…
Она выстрелила в меня струей воздуха, которая отправила меня в полет по полю и я снес трех наших одноклассников. Я начал смеяться, когда две Минди подбежали, чтобы помочь мне подняться и я прижал колено к груди парня под собой, заставив его пискнуть от боли.
— О, привет, Юджин, — сказал я ярко и он застонал, когда я спрыгнул с него.
Я бросился прочь, разжигая огонь в руках и создавая перед ней огромную стену, чтобы отвлечь внимание.
Пока она пыталась втянуть воздух из пламени, пылающего на земле, я обошел ее сбоку и обхватил ее за талию. Она засмеялась, когда я притянул ее к себе, прижав к огненной стене, чтобы ей некуда было бежать.
— Я победил, — прорычал я.
— Мы в середине игры, Лео, — она ударила меня локтем в живот и я захрипел, когда она отпрыгнула от меня со своей вампирской скоростью. Она пнула меня в задницу и я устремился к собственному огню, потушив его, прежде чем сжег свои брови.
Я обернулся к ней с широкой улыбкой, раскрыв руки и изображая капитуляцию. — Давай назовем это перемирием. Мы можем скрепить его поцелуем?
Она подошла ближе, хлопая ресницами и я улыбнулся, когда она приблизилась, ее бедра покачивались, а волосы развевались на ветру. Она выглядела как результат спаривания ассасина с кроликом. Это было чертовски сексуально.
Она потянулась вверх, запутавшись рукой в моих волосах, но я просто приманивал ее, ожидая своего шанса нанести удар. Я был слишком неотразим для себя самого и Элис наконец-то поддалась моей ауре льва.
Я схватил ее за запястье и зацепил ее ногу сзади, чтобы повалить ее на землю, но ее колено оказалось между моих ног так быстро, что я не успел среагировать.
— Мон-стер, — прохрипел я, опускаясь на землю и обхватывая свое мужское достоинство, так как слезы застилали мне глаза.
— Очень хорошо, мисс Каллисто, — обратился к ней Марс, когда смех Данте обрушился на мои уши. — Десять баллов вам.
Элис опустилась передо мной на колени, ее рука скользнула под мою, чтобы погладить мой член. Это было самое горькое и самое сладкое, что я когда-либо испытывал и я подавился собственным языком.
— Бедный малыш, — промурлыкала она с озорством в глазах. Поскольку мы находились под углом друг к другу, я не думал, что кто-то мог видеть, что она делала, но мне было все равно.
Она нахально рассмеялась и встала, а я уставился ей вслед, теряясь в догадках. Что, блядь, только что произошло? Мне только что понравилось получать по яйцам?
Между нами все так и было. Конечно, возможно, эта цыпочка собиралась избить меня до полусмерти, но я полагал, что и меня скоро оттрахают. Так что я определенно был готов.
Я не мог дождаться ночи бала. Я и она. Один на один. Без Данте и Райдера, которые пытаются заставить мою голову взорваться от их взглядов. Да. Это будет лучшая ночь по нескольким причинам. Потому что у меня было кое-что запланировано, что Элис никак не могла предвидеть. 
  
31. Элис
 
Выйдя из общежития, я направилась к Дьявольскому Холму, думая о Черной Карте. Это выводило из себя. Я не могла приблизиться ни к одному из них и мне пришлось прекратить попытки, потому что было очевидно, что мои попытки не оставались незамеченными.
Я вернулась обратно вниз, чтобы проверить комнату с алтарем, где я наблюдала за инициацией Дэниела и тщательно обыскала ее, но там ничего не было. Просто пустая каменная камера с пылью в углах. Похоже, в ней не было ничего особенного, когда она не использовалась. Никакой скрытой магии я не обнаружила, как и никаких знаков, нацарапанных на стенах. Ничего, что имело бы отношение к дневнику Гарета. Это был еще один тупик.
Сам Дэниел был еще одной загадкой. Он полностью замкнулся в себе, практически ничего не говорил, если я видела его в школе и не проявлял никакого интереса к продолжению той небольшой дружбы, которую мы начали завязывать. Он даже больше не общался с Лейни. Это было чертовски странно. Как будто у него теперь не было времени ни на кого за пределами секты.
 
На переменах и в кафетерии он начал сидеть с девушкой по имени Астрид, которую я давно пометила как члена Черной Карты и хотя я никогда не видела, чтобы они разговаривали друг с другом, они также не разговаривали ни с кем другим.
Мне хотелось знать, было ли это связано с правилами культа или скорее с той чертовой магией, которой он подвергся. Было ли это промывание мозгов магического типа? Или просто старое доброе безумие секты?
Я не могла представить, чтобы мой беззаботный брат вел себя так. Я не представляла, что он присоединился к секте. Но я знала, что он присоединился. И я просто не могла понять, почему. В них должно было быть что-то. Какой-то приворот, магия или обещание, которым они заманивали людей. Но пока что я ничего не смогла придумать и это меня хронически злило.
Зажав между губами кусочек вишневой жвачки, я начал ее активно жевать, как раз перед тем, как оказалась на подметенной лужайке Дьявольского Холма.
Весна сегодня вступала в свои права и небо было чистым, ярко-голубым, несмотря на прохладный воздух. Я на мгновение закрыла глаза, повернувшись лицом к солнцу и впитывая его лучи. Лето приближалось. И мне не терпелось насладиться теплой погодой. Я просто надеялась, что смогу разгадать некоторые секреты Гарета до того, как академия закончит курс обучения. Хотя у меня еще было много времени.
Выглянув во двор, я заметила, что Райдер разговаривает со Старшим Киплингом чуть поодаль от их магазина, где два других брата продолжали обслуживать народ. Старший кивал в знак согласия с чем-то и его взгляд переместился через плечо Райдера и остановился на мне, что казалось намеренным. Он наклонил голову в мою сторону и Райдер тоже перевел на меня свои темно-зеленые глаза.
Я выдержала его взгляд и надула пузырь, позволив ему лопнуть с громким треском. У меня сложилось впечатление, что это действие раздражало его до чертиков, но по какой-то причине это заставляло меня делать это чаще. Может быть, у меня было желание умереть. А может, что-то сломалось во мне, когда убили Гарета и в груди осталась пустота, где должен был жить страх.
Райдер отошел от Киплинга-Старшего и направился к своему обычному месту на трибунах. В руке у него была бутылка протеинового коктейля, которую он открыл и осушил одним махом, после чего раздавил банку в кулаке. Он выбросил банку в мусорное ведро в нескольких футах от себя, сделав это так легко, будто дышал. Я уже собиралась отвернуться от него, когда он поднял руку и пригласил меня подойти.
Я поджала губы, возражая против того, что меня подзывают, как собаку и уголок его рта дернулся от чего — то, что показалось мне чертовски похожим на забаву. Что не должно было быть возможным для Райдера Дракониса, если только кто-то не истекал кровью у его ног. Но это было так.
Я резко закатила глаза, чтобы дать ему понять, что я думаю о том, что меня подзывают и подошла ближе. Я не спешила; я точно не собиралась бежать.
Когда я дошла до центра ничейной земли, где разрешалось проходить несвязанным студентам, я остановилась, ожидая, пока он преодолеет оставшееся расстояние между нами.
Глаза Райдера сверкнули темными обещаниями и он снова поманил меня.
Я нахмурилась, оглянувшись через плечо туда, где на скамейках для пикника Данте вел беседу с Кланом Оскура. Он еще не заметил меня, его внимание было приковано к волчьей стае, которая возилась вокруг, но он наверняка заметит, если я переступлю порог Лунного Королевства.
Я оглянулась на Райдера, покачала головой и он поймал мой взгляд, увлекая меня в одно из своих видений.
Я лежала на трибунах, его пальцы вцепились в мою талию, когда он притянул меня ближе и я впилась в его шею, ощущая блаженство его крови, скользящей по моему языку и наполняющей мою магию его темной силой.
— Сейчас или никогда, новенькая, — его голос был приказом и вызовом одновременно.
Я моргнула и видение исчезло, но мои клыки оскалились, так как желание осталось.