Темные Фейри (ЛП)

— Когда моя семья узнает, что ты сделала, они уничтожат тебя на хрен. Они изуродуют тебя перед смертью и ты будешь умолять их покончить с тобой за несколько дней до того, как они это сделают! — заорал он, прежде чем начал так смеяться, что я с отвращением повалила его обратно на землю.
Да, такая мысль посещала и меня, но по большому счету я все-таки решила рискнуть. Ради Гарета я рискнула, ради его глупой улыбки и объятий, которые продолжались слишком долго. Ради тех телефонных звонков посреди ночи, потому что он забывал позвонить в разумное время и не хотел просыпаться и чувствовать себя дерьмом из-за того, что забыл обо мне. За то, что он всегда клялся, что вытащит нас из этого места и построит нам лучшую жизнь, как только закончит университет. За то, что один из мудаков в той школе забрал его у нас с мамой. А теперь она просто лежала, свернувшись калачиком под простынями, слишком убитая горем, чтобы смотреть на мир, пока счета накапливались, а дни ползли мимо.
— Я не боюсь клана Оскура, — прорычала я, дрожь по позвоночнику была единственным признаком того, что это ложь, но он этого не видел. — Я в десять раз страшнее их.
Лоренцо кашлянул сквозь полный рот крови в том месте, где его лицо ударилось о землю, она окрасила его зубы в ржавый цвет в лунном свете и железный привкус ее на ветру позвал меня.
— Убьешь меня один раз — и я исчезну, убьешь два раза — будет мило, убьешь три раза — ты уже будешь близка, но больше всего меня убьет Клан Оскура.
Лоренцо поднялся на руки и колени, продолжая нести какую-то чушь, а я двинулась вперед, целясь ногой ему в ребра.
Моя ярость придала силу моим конечностям и я услышала треск костей под силой, которую я приложила, когда он откатился от меня. От этого звука по моим конечностям пробежала дрожь силы. Мне не должно было это нравиться. Но мне понравилось. Сейчас я была жестоким, извращенным существом. И это было приятно.
Прежде чем он смог подняться, я надавила сапогом на высоком каблуке на его горло, шпилька только проткнула кожу и он затрепыхался подо мной.
— Я взломала его электронную почту, — шипела я, наклоняясь ближе, продолжая давить своим весом. — Я знаю, что ты встречался с ним той ночью, я знаю, что ты пытался заставить его присоединиться к клану Оскура.
Кучка психопатов — оборотней, которых этот мудак называл семьей, управляла половиной центра Алестрии и была так глубоко погружена в криминальную подноготную этого города, что я сомневалась, что есть преступление, к которому они как-то не причастны. Если бы не Лунное Братство, которое встречало их на каждом шагу и держало их в напряжении войнами банд и соперничеством, то я была бы уверена, что весь город и за его пределами уже был бы под их властью.
Фейри претендовали на любую власть, если только были достаточно сильны для этого и банды захватили большую часть власти в этом забытом городе Солярии. Конечно, технически королевством управлял Небесный Совет и именно он устанавливал законы, которые банды постоянно нарушали. Но если бы Лайонел Акрукс или любой другой претенциозный придурок, которого я часто вижу в новостях, приехал сюда, чтобы лично разобраться с этим местом, я не ожидала, что ситуация изменится в ближайшее время. Люди с такой силой просто не тратили время в таких местах, как это.
— Я встречаюсь со многими людьми. Все знают меня… все знают мою семью, — прорычал Лоренцо, в нем наконец-то проявился волк. Да, связываться с Оскура — даже с такой амебой, как он — было, наверное, плохой идеей, но я, черт возьми, скорбела и мне нужно было получить ответы. Мне нужно было знать, что произошло и кто за это заплатит. Это разрывало меня на части, рвало мою душу в клочья и уничтожало все хорошее, что во мне было.
Кроме того, Лоренцо был в отключке из-за Киллблейза и есть шанс, что завтра он решит, что весь этот разговор был плодом его воображения — если, конечно, я позволю ему прожить так долго. Я все еще не была уверена, что он непосредственно причастен к смерти Гарета, но если бы я поняла, что это так, то месть пришла бы на быстрых крыльях. Возможно, у меня не осталось огромного запаса сил, но моя магия была достаточно сильна, чтобы украсть кислород из его легких, пока он не задохнется, если это потребуется. Хотя, возможно, у меня было бы искушение пойти на что-то более жестокое.
 
— Твоей семьи сейчас здесь нет. Но Гарет здесь. И я не позволю тебе уйти отсюда, не дав мне ответов на мои вопросы.
Лоренцо закричал, вскочив на ноги и бросился на меня. Я едва не застонала от облегчения, получив повод выплеснуть на него свою ярость.
Мои костяшки пальцев врезались в его лицо, раз, два, три раза. Хлынула кровь, с его губ посыпались проклятия, сильный удар больно врезался в мое нутро, а за ним последовал всплеск извращенного удовольствия. Да, боль была одной из единственных вещей, которые я сейчас ощущала и я начинала чувствовать ее вкус — но этого было недостаточно.
Я снова впечатала кулак ему в лицо, костяшки пальцев вкусно хрустнули, он упал назад, но я поймала его, удержав на ногах, схватив за запястье.
Он вновь попытался замахнутся на меня и я метнулась за ним, используя свою вампирскую скорость, ударив по задней части его коленей так, что он рухнул на них, когда я обогнула его, чтобы снова встретиться с ним лицом к лицу.
Горе почти раскололо меня на части, когда я представила своего брата на полу, его тело ужасно холодное, а конечности вывернуты. Я зарычала от ярости, откинув голову назад и схватила его за воротник, ударив лбом в переносицу.
Лоренцо закричал в агонии и рухнул на землю подо мной, так как я не хотела его отпускать. Вампирская сила была как нельзя кстати для моего нового призвания в жизни.
Его кровь забрызгала мне лицо, но я сопротивлялась желанию облизать губы, запустив руки в его черный балахон.
— Скажи мне, что с ним случилось! — прорычала я, теряя спокойствие и чувствуя, как зверь внутри меня напрягает свои мышцы, пока я копалась в резервах силы моего Ордена.
Лоренцо начал маниакально смеяться: — Он убьет меня сильнее, чем ты! Он Король… Король Академии. Ты не можешь сравниться…
Я влепила ему пощечину, чтобы остановить смех, обнажив клыки, когда его кровь стекала с моего лица на его.
— Ты думаешь, что тебе знакомы кошмары? — прорычала я, тихо и низко. — Ты еще даже не познакомился со мной. За пять минут в моей компании ты истекаешь кровью в луже мочи, подумай, как плохо ты будешь чувствовать себя через пять часов? Мне нужны ответы, псина и ты дашь их мне так или иначе. Если тебе очень повезет, ты можешь выйти из этого допроса с сохраненной жизнью, но не рассчитывай сохранить все свои конечности.
Лоренцо перестал смеяться, уставившись на меня налитыми кровью глазами, которые дико вращались. Он начал подергиваться подо мной и мне пришлось задуматься, сколько же этого поганого наркотика он принял перед этим разговором.
— По сравнению с ним ты — просто прогулка по парку, — вздохнул он. — И если я скажу тебе хоть что-нибудь, я заплачу не только кровью и плотью.
— Ты расскажешь, — заверила я его. — У каждого есть точка надлома.
— Я знаю, — ответил он, пузырь смеха снова вырвался из него, когда он прижал руку к груди над сердцем. — Именно поэтому я не позволю тебе найти мою.
— Что? — огрызнулась я.
Лоренцо смеялся и смеялся, его спина выгнулась дугой подо мной, когда он приложил небольшое усилие, чтобы оттолкнуть меня от себя. Но я никуда не собиралась уходить.
— Если ты знаешь, что для тебя хорошо, ты не будешь дергать за эту ниточку, — прошептал он, его глаза на мгновение сверкнули отчаянной ясностью. — Я бы хотел, чтобы я никогда этого не делал.
— Что это значит? — потребовала я.
Улыбка Лоренцо расширилась на мгновение, затем его глаза внезапно закатились обратно в глазницы, а рука упала с груди.
— Черт! — ругнулась я, увидев ледяной кинжал, вонзившийся прямо в его сердце.
Резко вскочив на ноги, я смотрела вниз на его неподвижное тело, под которым застыла кровь, со смесью шока, возмущения и кипящего разочарования. Он использовал свою магию элементаля воды, чтобы создать осколок льда и убить себя, вместо того чтобы рискнуть рассказать мне то, что я хотела знать.