Невеста (ЛП)

Дорогим Тао и Саре. Я бы не смогла сделать этого без вас, да и не захотела бы.
Пролог
Этот брак будет проблемой.
Она будет проблемой.
Наша война, война между вампирами и оборотнями, началась несколько столетий назад. Она стартовала с жестоких вспышек насилия, достигла апогея в проливающихся потоках разномастной крови и закончилась жалким писклявым аккордом — свадебным тортом со сливочным кремом в тот день, когда я впервые встретила своего мужа.
Что, по совпадению, также стало днём нашей свадьбы.
Не совсем то, о чём мечтают в детстве. Но и я не мечтательница. О замужестве я задумывалась лишь однажды, ещё в мрачные детские годы. После нескольких слишком суровых наказаний и неудачного покушения на убийство, мы с Сереной придумали план грандиозного побега. Он должен был включать дымовые завесы, угон машины нашего репетитора по математике и демонстрацию неприличного жеста нашим опекунам в зеркало заднего вида.
— Мы заедем в приют для животных и возьмём одну из тех лохматых собак. Купим мне замороженного льда, и немного крови тебе. И исчезнем навсегда на территории людей.
— А меня пустят, если я не человек? — спросила я, хотя это было далеко не самой слабой стороной нашего плана. Нам обеим было по одиннадцать. Никто из нас не умел водить. Мир между видами на Юго-Западе буквально зависел от того, чтобы я сидела тихо и не рыпалась.
— Я за тебя поручусь.
— Этого будет достаточно?
— Я выйду за тебя! Подумают, ты человек — моя человеческая жена.
Как для предложения, это звучало неплохо. Поэтому я торжественно кивнула и сказала: «Я согласна».
Однако это было четырнадцать лет назад, и Серена так за меня и не вышла. Вообще-то, её уже давно нет. Я сижу здесь одна, с огромной горой дорогих свадебных сувениров, которые, будем надеяться, заставят гостей не замечать отсутствия любви, генетической совместимости или даже предварительного знакомства между мной и женихом.
Я попыталась устроить встречу. Предложила своим людям, чтобы они предложили его людям вместе пообедать за неделю до церемонии. Выпить кофе накануне. Стакан воды из-под крана утром — что угодно, чтобы избежать неловкого приветствия в присутствии священника. Моя просьба была передана Совету вампиров и закончилась телефонным звонком от одного из помощников. Его тон был вежливым, но при этом явно намекая, что я чокнутая.
— Он оборотень. Очень сильный и опасный оборотень. Только логистика обеспечения безопасности на такой встрече будет…
— Я выйду замуж за этого опасного оборотня, — спокойно отметила я, и в трубке раздалось смущённое покашливание.
— Он Альфа, мисс Ларк. Слишком занят для встреч.
— Занят чем…?
— Своей стаей, мисс Ларк.
Я представила его в домашнем спортзале, неутомимо качающим пресс, и пожала плечами.
Прошло десять дней, а я до сих пор не познакомилась со своим женихом. Вместо этого я превратилась в проект требующий согласованных усилий со стороны междисциплинарной команды, чтобы выглядеть готовой к свадьбе. Маникюрша колдует над моими ногтями, придавая им форму овала. Косметолог с наслаждением шлёпает меня по щекам. Парикмахер волшебным образом прячет мои заострённые уши под паутиной русых косичек, а визажист рисует поверх моего лица другое, интересное, утончённое и со скулами.
— Это произведение искусства, — говорю я ему, изучая новые черты в зеркале. — Вам место в Гуггенхайме. (прим. пер.: музей искусства в США)
— Знаю. И я ещё не закончил, — отчитывает он меня, прежде чем окунуть большой палец в горшок с темно-зелёной мазью и провести им по внутренней стороне моих запястий. Основанию шеи с обеих сторон. Моему затылку.
— Что это?
— Просто немного цвета.
— Для чего?
Послышалось фырканье.
— Я потянул за ниточки и изучил обычаи оборотней. Вашему мужу это понравится. — Он уносится прочь, оставляя меня наедине с пятью странными метками и новой формой скул. Я втискиваюсь в свадебный комбинезон, который стилист умолял меня не называть «кигуруми», а затем за мной заходит мой брат-близнец.
  
— Ошеломляюще выглядишь, — произнёс Оуэн ровным, недоверчивым тоном, косясь на меня, будто я фальшивая десятидолларовая купюра.
— Это была командная работа.
Он жестом приказывает мне следовать за ним. — Надеюсь, они заодно сделали тебе прививку от бешенства.
Предполагалось, что церемония являлась символом мира. Именно поэтому, в трогательном проявлении доверия, отец потребовал присутствия вооружённой охраны, состоящей исключительно из вампиров. Оборотни отказались, что привело к неделям переговоров, затем к почти разорванной помолвке и, наконец, к единственному решению, которое могло бы сделать всех одинаково несчастными: пригласить людей.
Напряженная атмосфера, а тут ещё и это. Одно место, три вида, пять веков конфликта и ни капли добросовестности.
Люди в черных костюмах, сопровождающие нас с Оуэном, похоже, разрываются между тем, чтобы защитить нас и убить самим, лишь бы покончить с этим. В помещении они носят солнцезащитные очки и бормочут себе под нос забавные кодовые слова: «Летучая мышь летит к залу церемонии. Повторяю, с нами Летучая мышь».
Жених, без тени изобретательности, «Волк».
— Как думаешь, когда твой будущий муж попытается тебя убить? — спросил Оуэн, глядя прямо перед собой. — Завтра? На следующей неделе?
— Кто знает.
— В течение месяца, это точно.
— Точно.
— Остаётся только гадать, похоронят ли оборотни твоё тело или просто, ну знаешь, съедят его?
— Только и остаётся.
— Но если ты хочешь прожить чуть подольше, попробуй бросить палку, когда он начнёт тебя терзать. Говорят, они любят приносить…
Я резко останавливаюсь, вызвав небольшой переполох среди агентов.
— Оуэн, — говорю я, поворачиваясь к брату.
— Да, Мизери? — ответил он, удерживая мой взгляд. Внезапно с него сползает маска безразличного, обиженного комика, и он больше не легкомысленный наследник моего отца, а брат, который пробирался ко мне в кровать всякий раз, когда мне снились кошмары, который клялся защитить меня от жестокости людей и кровожадности оборотней.
Прошли десятилетия.
— Ты знаешь, что произошло в последний раз, когда вампиры и оборотни попробовали объединиться, — говорит он, переходя на Язык.
Конечно, знаю. Астра упоминается в каждом учебнике, хотя и с совершенно разными трактовками. День, когда пурпур нашей крови и зелень крови оборотней слились воедино, такие же яркие и прекрасные, как распустившийся цветок, в честь которого была названа резня.
— Кто, чёрт возьми, согласится вступить в политический брак после этого?
— Я, по всей видимости.
— Ты будешь жить среди волков. Одна.
— Верно. Вот как работает обмен заложниками. — Вокруг нас агенты спешно поглядывают на часы. — Нам пора идти…
— Где тебя одну растерзают, — Оуэн стиснул зубы. Это так не похоже на его обычную беспечность, что я хмурюсь.
— С каких это пор тебя это волнует?
— Зачем ты это делаешь?
— Затем что альянс с оборотнями необходим для выживания…
— Это слова отца. Не по этой причине ты согласилась на это.
Да, не по этой, но я не собираюсь этого признавать. — Возможно, ты недооцениваешь убедительность отца.
Он понижает голос до шёпота. — Не делай этого. Это смертный приговор. Скажи, что передумала — дай мне шесть недель.
— Что изменится за шесть недель?
Он колеблется. — Месяц. Я…
— Что-то не так? — мы оба вздрогнули от резкого тона отца. На долю секунды мы снова дети, которых ругают за само существование. Как всегда, Оуэн приходит в себя быстрее.
— Не-а, — на его губах снова появляется пустая улыбка. — Просто давал Мизери пару советов.