Проклятый кузнец (СИ)

– Значит, благодаря тебе наши люди выжили, – медленно проговорил Ченглей. Он протянул руку. – В таком случае, я благодарен тебе вдвойне.
Фрей ответил на рукопожатие. Кисть Ченглея оказалась тонкой, сухой и неожиданно сильной.
– Не всем удалось помочь, – с сожалением ответил Фрей. – Многие погибли.
– Многие, – Ченглей серьёзно кивнул, отпуская ладонь Фрея, – но не все. Я скорблю о каждой несправедливой смерти, однако часть людей жива и вернулась в лагерь. Вернулась, убив группу воинов из клана Хван! Земин! Что с добычей?
– Не так много, как хотелось бы, – с готовностью ответил бородач. – Чуть-чуть провизии, несколько кошелей с золотом, оружие… И почти два десятка человек, захваченных в одной из соседних деревень.
Ченглей задумчиво помял бесцветными губами. Фрей мысленно прикинул, сколько ему лет: из-за безупречно прямой спины, подтянутой фигуры и энергичных движений трудно было определить это в точности, но, скорее всего, Ченглею было около пятидесяти.
– Двадцать человек, – эхом отозвался Ченглей. Его голос был так же сух, как и всё в облике предводителя разбойников. Или, как его называл Земин, лидера повстанческого движения. – Чего ты хочешь, Фрей?
Неожиданный вопрос выбил Фрея из колеи:
– Что?
– Ты не задумываясь убил воинов из клана Хван. Поддержал моих людей, рискуя собственной жизнью. Поэтому я спрашиваю тебя: Чего. Ты. Хочешь? – по слогам повторил Ченглей.
Фрей ответил не сразу. От того, что он скажет, зависел результат разговора с Ченглеем, поэтому Фрей тщательно взвешивал слова. До тех пор, пока не осталось всего одно:
– Отомстить.
Ченглей кивнул с таким видом, будто ответ Фрея всё объяснял:
– Значит, у нас одна цель, Фрей, потому что каждый из людей в лагере желает того же. Подойди сюда.
Седая голова Ченглея склонилась над картой. Фрей сделал шаг к столу и проследил за его взглядом.
– Мы находимся здесь, – узловатый палец Ченглея ткнул в камень, располагающийся поверх нарисованного на карте леса. – А вот тут находятся наши враги.
Палец переместился, указав на другой камень. На том месте, где он лежал, дороги сходились в одну точку, по всей видимости, обозначающую крупный населённый пункт.
– Город Фули, – пояснил Ченглей. – Место, где обитает клан Хван.
Фрей примерно сопоставил масштабы карты с реальными размерами леса.
– Далеко.
– Не далеко. Безопасно, – поправил Ченглей. – У нас нет сил, чтобы противостоять клану Хван в открытую. Редкие набеги на отдельные отряды – предел наших возможностей. И, если они вдруг узнают, где мы находимся… – рука Ченглея подняла камень, обозначающий лагерь повстанцев, и сжала его так, что пальцы мужчины побелели. До ушей Фрея донёсся отчётливый сухой хруст, говорящий о возможном итоге лучше любых слов. На карту осыпалась каменная крошка.
– Нас сомнут, – всё же счёл нужным пояснить Ченглей. – Сомнут – и даже не заметят этого.
В шатре повисла тишина. Земин не проронил ни слова, не решаясь вмешиваться в диалог лидера повстанцев с гостем. Фрей нарушил молчание первым:
– Тогда что вы собираетесь делать?
– Выживать, – отрезал Ченглей. – И доставлять клану Хван так много неудобств, как только сможем. Каждая смерть их воинов – это маленькая победа для нас.
– Не самый оптимистичный план, – Фрей покачал головой. Когда он пошёл за Земином и увидел обширный лагерь, он ожидал большего, чем простое выживание и редкие набеги на отдельных бойцов клана Хван. – Особенно – для тех, кто называет себя повстанцами.
Ченглей поджал и без того тонкие губы до состояния ниточки. Резкая оценка явно не пришлась ему по душе.
– У тебя есть идеи получше? Поделись, я с радостью послушаю.
– Есть, – Фрей уверенно кивнул и принялся загибать пальцы. – Надо разжиться оружием. Подготовить воинов. А затем – напасть на клан Хван и уничтожить его до основания.
Седые брови Ченглея насмешливо изогнулись.
– Вооружиться? Подготовиться? Напасть? А что, интересный план. Мне нравится. Только вот… – он подошёл к Фрею практически вплотную и прошипел ему прямо в лицо, – ты знаешь, какой силой обладает клан Хван? Нет? Что же, позволь я тебе поведаю.
 
Рука Ченглея поднялась в воздух и он принялся загибать пальцы так же, как это делал Фрей несколько секунд назад:
– Несколько сотен Призраков. С пятьдесят Духов. Десять Сущностей, так называемых Стражей клана. А во главе – воин на Шаге Хранителя. Не подскажешь, как именно горстка вчерашних плотников, – он взглядом указал на угрюмо помалкивающего Земина, – пекарей, рыбаков, земледельцев и кузнецов может их победить? Ну же, поделись своими мыслями!
– Не мыслями, – Фрей твёрдо посмотрел в прищуренные глаза Ченглея. – Я могу поделиться чем-то большим: своим опытом.
– Ах, опыт, – хмыкнул Ченглей. – Не сомневаюсь, его у тебя куда больше, чем у моих людей. Пожалуй, ты превосходишь в этом плане многих воинов, которых я встречал. Я вижу это по твоим движениям, повадкам, взгляду, и даже аура Призрака тут не при чём. Ты – прирождённый убийца. А мои люди – нет. У них другая судьба.
Фрей наклонил голову набок:
– Если это правда, то почему они здесь?
Ченглей окаменел. Он глубоко задышал, на выбритой до синевы челюсти заиграли желваки, и Фрею на секунду показалось, что сейчас предводитель повстанцев вспыхнет, взорвётся в яростном крике, разразится гневной отповедью и выгонит дерзкого гостя прочь. Фрей был к этому готов. Он практически надеялся, что Ченглей потребует, чтобы он ушёл, – ведь теперь, когда стало очевидно, что противостоять клану Хван обитатели лагеря не собираются, оставаться здесь Фрей не видел никакого смысла.
Но Ченглей этого не сделал. Застыв у стола неподвижной статуей, он мрачно молчал, и это насторожило Фрея куда сильнее.
– Послушай, Фрей, – впервые за долгое время заговорил Земин, – Мы все оказались здесь не потому, что хотели этого. Нам пришлось. Все, кого ты видел в лагере, пострадали от рук сильнейшего в префектуре клана. У кого-то убили близких, у иных – забрали в рабство детей, когда их родители не смогли заплатить чудовищных налогов. Дома разрушены, целые деревени порой – выжжены дотла. Мы здесь, потому что нам больше некуда идти.
– Я понимаю это, – Фрей кивнул. – Более того, я прекрасно знаю, что у каждого из вас за спиной собственная история, наверняка – совершенно неприятная. Я осознаю вашу боль, потому что столкнулся с ней и сам. И она наполняет меня силой идти дальше, чтобы отомстить. А что с ней делаете вы?
– Мы с ней живём, – безжизненно прошептал Ченглей. Его рука опустилась на рукоять меча, покоящуюся на поясе. – А ты, Фрей, говоришь слишком самонадеянные вещи. Пошли, проверим, стоишь ли ты своих речей.
Он развернулся на пятках и быстрым шагом покинул шатёр. Фрей вопросительно уставился на Земина: бородач с извинением пожал плечами:
– Похоже, ты не на шутку его задел. Именно он собрал вокруг себя всех людей, которые находятся в лагере. Но, в отличие от нас, Ченглей не был простым деревенским жителем. Он – воин. И его сын тоже был воином, – Земин глубоко вздохнул, – пока его не убили люди из Хван. Ченглей – единственный, кто остался жив из своего клана.
– Клана? Что за клан?
– Идём, – Земин двинулся к выходу, оставив вопрос Фрея без ответа. – Ченглей ждёт тебя.
Предводитель повстанцев обнаружился совсем недалеко. Прямо позади его шатра располагалась ровная круглая площадка, засыпанная тонким слоем песка. По периметру стояли деревянные чурбаки, судя по многочисленным зарубкам, – простейшие тренировочные манекены. Ченглей стоял точно в центре: меч, до этого находившийся на поясе, был обнажён и покоился в опущенной вниз жилистой руке.
– Нападай, – стоило Фрею показаться в поле видимости Ченглея, как клинок поднялся и указал ему точно в грудь. – Атакуй меня в полную силу.
Фрей не планировал сражаться с воином, достигшим Шага Духа, который к тому же вовсе не являлся его врагом, но поведение Ченглея не оставляло ему выбора. Он пожал плечами и одним движением выхватил топор: