Не случайно (СИ)

– Я не… не подумала, что ты будешь волноваться, – виновато бормочет она.
Я смотрю на нее как на идиотку.
– Извини. – Харпер кладет ладони на голову и прерывисто дышит. В ее глазах появляется влажный блеск.
Ну, отлично!
– Я просто… Я не знаю, что со мной. Так тяжело… иногда справляться со всеми этими эмоциями и мыслями. Хочется… ничего не чувствовать. – Она кусает губы, волнительно вздыхая. – Я не стану тебя осуждать, если после этого ты больше не захочешь меня видеть. Тебе нужен кто-то… надежный и без всякого дерьма в голове. Я пойму, если ты… – Харпер замолкает, беспомощно уставившись на меня.
Несколько мгновений я смотрю на нее без всякого выражения. Дальше злиться на нее я не могу.
– Пойдем.
Я делаю ей знак головой следовать за мной. Открыв дверь ванной на первом этаже, я жду, пока она войдет внутрь, затем захожу следом.
Харпер замирает посреди небольшой комнаты, настороженно глядя на меня. Встав перед ней, я берусь за ее толстовку.
– Подними руки, – тихо велю я, и она тут же слушается.
Мы молчим, пока я раздеваю ее. В последнюю очередь я снимаю с нее трусики и поднимаюсь, собрав всю ее одежду со стойки раковины.
Харпер, абсолютно голая, стоит на холодном полу в моей ванной и смотрит на меня, ожидая моих дальнейших действий.
Шагнув в душевую, я включаю воду.
– Прими душ, а я пока отнесу твою одежду в стирку. Чистые полотенца в шкафчике.
После этого, не глядя на нее, я выхожу из комнаты. Забросив грязную одежду Харпер в стиральную машину и добавив средство для стирки, отправляюсь в свою комнату, чтобы взять ей что-нибудь из своей одежды. Прихватив футболку – она как раз должна доходить ей до бедер, возвращаюсь вниз и предварительно стучусь в дверь, прежде чем войти в ванную.
Хорошо, что у душевой кабинки матовое стекло, и я вижу только ее силуэт, хотя и этого достаточно, чтобы мой член дернулся и стал твердеть.
Надо поскорее убираться отсюда.
– Я принес тебе футболку. Можешь надеть после душа.
– Спасибо, – негромко благодарит Харпер.
Я торопливо сообщаю, что буду в кухне и выметаюсь в коридор, пока могу бороться с желанием присоединиться к ней в душе.
Чтобы занять чем-то руки и не представлять голую и мокрую Харпер под струями воды, я начинаю разгружать посудомойку, которую включил еще перед тем, как утром уехал в университет.
Преподавателем я стал совсем недавно и у меня пока что сумасшедший график: порой у меня стоят лекции с утра, а затем и вечером и тогда мне приходится приезжать в университет дважды за день. Сегодня, когда Харпер не появилась, как мы договаривались, чтобы она присмотрела за Джули, я был вынужден взять племянницу с собой на работу, что не сделало счастливым ни ее, ни меня.
Мои руки заняты, но это не мешает мне думать о Харпер и представлять ее прекрасное тело без одежды. Затем я думаю о тех парнях, с которыми она пила в баре и хмурюсь. Она сказала, что ничего не было, и я ей верю. Наверное. Мысли о ней и другом парне…
Черт! Мне это не нравится. Мне хочется, чтобы она была только моя. Чтобы принадлежала только мне.
Это довольно необычное чувство. Не припомню, чтобы раньше был таким собственником.
Я успеваю разобрать всю посуду и приготовить сэндвич для Джули, который она завтра возьмет в школу, когда появляется Харпер. На ней моя футболка, а светлые волосы потемнели от воды.
В нерешительности остановившись в дверях, она смотрит на меня, нервно сцепив палицы вместе.
Прислонившись бедром к стойке, я тоже смотрю на нее, не пытаясь заговорить. Босиком, в моей футболке и без косметики она выглядит совсем юной и ранимой.
Я напоминаю себе, что ей не так давно исполнилось девятнадцать и пройдет еще много времени, прежде чем ее душевные раны затянутся, превратившись в шрамы.
Душа заживает дольше, чем тело.
– Когда… когда прошло три месяца, как мы с Дэнни расстались, – негромко начинает Харпер, – я встретила одного парня в баре. Я была пьяна, а он показался мне похожим на Дэнни, и я… – Она замолкает, пожав плечом. Помедлив, быстро вздыхает и продолжает: – Я пошла с ним и у нас был секс. – Ее взгляд скользит по комнате, избегая меня. – Это был плохой опыт, и я потом ужасно себя чувствовала, поэтому больше такого не повторяла. Я спала с Шоном, тут тоже нечем гордиться, но я не сплю со всеми подряд, Майк. – Она наконец-то останавливает свой взгляд на мне. – И у меня ничего не было с теми парнями сегодня вечером. Но я знаю, что все равно отвратительная. – Ее лицо искажается. – Я пытаюсь стать лучше с тех пор, как ты поселился напротив. Я вроде как хочу нравиться тебе, – слабо улыбается она.
 
Харпер смотрит на меня, очевидно ожидая моей реакции, но я не тороплюсь. Когда дело касается этой девушки, я не знаю, что будет правильно, а что нет.
– Ты голодная?
Вот что я в итоге у нее спрашиваю. Кто-то должен о ней позаботиться, потому что она, похоже, не всегда это делает.
Пусть это буду я.
В глазах Харпер мелькает растерянность, но она кивает.
– Сэндвич? – предлагаю я.
– Конечно.
Я принимаюсь готовить ей сэндвич, а Харпер садится на табурет за стойку и молча наблюдает за мной.
Когда ее еда готова, я ставлю тарелку перед ней и только тогда нарушаю длительное молчание:
– Ты не отвратительная. Я тебя никогда такой не считал. Ты просто запуталась, это со всеми случается, Харпер. – Я пожимаю плечами, а затем добавляю: – Ешь свой сэндвич, а я пойду, положу твою одежду в сушилку. И еще, Харпер – ты мне нравишься. Ты очень мне нравишься, если вдруг это не очевидно.
  
Глава 16
 
ХАРПЕР
– Кем работает твоя подруга? – заинтересованно спрашивает Майкл, когда мы входим в комплекс, в который переехала Мона.
Это модное, сверкающее высотное здание в дорогом районе. Арендная плата здесь как две мои месячные зарплаты.
Я откровенно завидую Моне, ведь следующие два года она будет жить в этом раю.
– Кассиром в Food lion. – Я бросаю ухмыляющийся взгляд на Майкла. Он вскидывает темно-русую бровь: у него в голове не сходится, как такое возможно.
– В общем, история такая: – Я понижаю голос, и пока лифт доставляет нас на четырнадцатый этаж, ввожу его в курс дела. – Три года назад отец Моны ушел от ее матери… к другому мужчине.
Брови Майкла взлетают вверх, а я наслаждаюсь произведенным эффектом.
– Этот мужик какой-то крутой искусствовед и недавно его пригласили поработать в Париж. Контракт продлится два года, а в это время Мона будет жить в квартире…
– Любовника своего отца, – заканчивает Майкл.
Я киваю.
– Какая везучая, – с оттенком зависти комментирует он.
Я выпучиваю глаза:
– Правда же?
Мы с ним начинаем смеяться. Настроение у обоих хорошее. Ни Майк, ни тем более я не вспоминаем о недавнем инциденте, когда у меня был небольшой срыв. Я боялась, что он станет упрекать меня, но он этого не делает и я благодарна ему за это.
Я почти перестала нервничать из-за того, что это наш первый выход как пары. Люди увидят нас вместе и поймут, что он мой бойфренд, а я его девушка, но меня это не напрягает. Хотя мы еще не обсуждали этот момент. Ну, что у нас все официально и все такое.
Сейчас вообще кто-нибудь так делает?
– Я твоя девушка? – вырывается из меня, когда мы выходим из лифта.
Майкл моргает:
– Что?!
«Ох, кажется, я его напугала!»
– Я твоя девушка, Майк? – Велю себе быть храброй, хотя и страшно до чертиков. – А ты мой парень? – Совсем теряю страх я. – Просто я не знаю, что все это значит – я имею в виду нас, и если кто-то сегодня спросит… Что я должна отвечать?
 
Я знаю, откуда во мне такая въедливость и почему мне обязательно надо дать обозначение всему происходящему между нами.
Все дело в Дэнни. Ну, не совсем в нем, а тем, кем он был для меня; кем мы были друг для друга. Мы были парой, он принадлежал мне, а я – ему. Наши отношения были серьезными и мне это нравилось.