Не случайно (СИ)

Я молча двигаюсь в сторону, чтобы Отис мог подойти ближе к капоту. Он надевает очки, что болтаются у него на шее, прикрепленные к цепочке.
– Так с чем, говоришь, у тебя тут проблемы?
ХАРПЕР
Выключив плиту, я подхожу к раковине и выглядываю в окно, чтобы проверить, как там папа и Майкл. Отец пошел посмотреть, не нужна ли соседу его помощь с машиной, и застрял там на два часа.
Уже время ланча и отцу пора принимать таблетки. Не хотелось бы идти туда, чтобы позвать папу домой, ведь в таком случае мне придется говорить с Майклом, а я вовсе не хочу этого.
Я резко выдыхаю, когда вдруг вижу, как папа в компании Майкла идут в сторону нашего дома. Что это еще папа задумал? Зачем Майкл идет сюда?
Я тянусь ближе к окну, склонившись над раковиной, пытаясь разглядеть крыльцо, на которое они поднялись. Блин, с этого угла плохой обзор!
– Харпер! – зовет папа из коридора, и я только успеваю отпрянуть от окна, как они с Майклом заходят в кухню. – Я пригласил Майкла на обед. Сказал, что ты будешь готовить тако, а они у тебя выходят отменно! – С довольным видом папа хлопает соседа по плечу.
Когда они успели подружиться?
– Не мог отказаться от тако, – пожимает плечами Майкл, глядя на меня с невинным видом.
Я же стою как замороженная, но быстро беру себя в руки. Если отец позвал Майкла на обед, я не могу взять и выставить его из дома. Хотя мне хочется.
Я выдавливаю из себя улыбку, и пока папа с Майклом болтают о чем-то своем, занимаюсь тако. Когда мужчины не видят, бросаю на отца недовольные взгляды и мысленно грожу, что позже с ним поговорю. Мне не нравится, что этот парень сидит у меня на кухне. И не нравится, что они с моим папой, похоже, нашли общий язык. Может, конечно, с моим отцом Майкл и не ведет себя так враждебно, как со мной, но пусть держится подальше от нас.
– Тебе надо принять лекарство, – говорю я папе, ставя еду на стол. – Я сейчас принесу.
– Нет, не принесешь! – возражает тот, поднимаясь из-за стола. – Я сам в состоянии сходить за своими таблетками.
Я лишь закатываю глаза из-за его упрямства, когда он выходит из кухни. Мне бы не составило труда сходить за его таблетками и у меня бы это получилось быстрей, но он очень ценит свою независимость.
Мы с Майклом остались одни, и я думаю, а не уйти ли мне тоже? Хотя, это будет совсем грубо. Я его, конечно, не приглашала, но…
– Твой отец настаивал, чтобы я пришел. Я не мог отказаться, – оправдывается парень.
А, значит, он почувствовал, что я не рада его присутствию.
– Нет, мог, у тебя это отлично получается, когда ты хочешь, – взглянув на него, возражаю я.
Брови Майкла ползут вверх, он хмыкает и не сразу находится с ответом. Он даже немного смущен, что меня радует.
– Извини. – Он со вздохом откидывается на спинку стула. – Я повел себя грубо, когда ты пригласила меня.
Я дергаю плечом, будто мне на это плевать.
– Это была идея отца – пригласить вас с Джули. Он знает, как это – одному воспитывать ребенка, к тому же девочку, поэтому просто хотел оказать вам поддержку. – Мой тон звучит сухо, но я уже жалею, что разоткровенничалась с ним.
Майкл запускает руку в волосы и на его лице отражается сожаление.
– Тогда я должен извиниться и перед Отисом.
– Отец не знает, что я тебя уже пригласила, а ты отказался. Можешь не извиняться.
– Ты ему не сказала? – недоверчиво хмурится Майкл. – Почему?
– Не ради тебя, – говорю я, чтобы он ничего себе не выдумывал. – Не хотела расстраивать папу.
Майкл хочет что-то сказать, но в этот момент заходит отец. Оставив их, я беру стакан лимонада и выхожу на крыльцо, любуясь своим свежескошенным газоном. Через три часа начинается моя смена в магазине, и я хочу провести свободное время, наслаждаясь остатками теплых дней.
Где-то через полчаса дверь открывается, и Майкл выходит на улицу. Я игнорирую его и жду, что он уйдет, но он прислоняется к деревянным перилам, и, сохраняя молчание, наблюдает за мной.
Я делаю вид, что не замечаю этого, потягивая свой лимонад.
– Спасибо за обед. Было очень вкусно.
 
Я поворачиваю голову в его сторону: кажется, он впервые говорит мне что-то приятное.
– Тебе вовсе не обязательно разговаривать со мной, – едко замечаю я. – Ты мне ничем не обязан.
– Ты не можешь просто принять мою благодарность?
Он пытается не улыбнуться. Я вскидываю брови и хочу сказать ему что-нибудь грубое, но лишь качаю головой, посмотрев в сторону.
Майкл продолжает пялиться на меня. Похоже, что уходить он не собирается.
– Кто нарисовал те рисунки у тебя в комнате? – внезапно спрашивает он.
– Тебе это зачем? – Я подозрительно кошусь на него.
– Мне они понравились, но ты другая на них, – признается он.
Я грустно усмехаюсь: да, та Харпер могла бы ему понравиться.
– Это просто старые рисунки, – угрюмо отвечаю я, заправив волосы за ухо.
С чего вдруг такой интерес?
– Но ты не сама их нарисовала? – допытывается парень.
Вот же пристал!
– Их нарисовал Дэнни, – нехотя говорю я.
– Кто такой Дэнни?
– Мой парень. Мой бывший парень, – быстро исправляюсь я. – Он их нарисовал. Не хочешь теперь рассказать что-нибудь о себе? – требую я. Мне не нравится говорить с Майклом о Дэнни. – Я о тебе ничего не знаю. Почему Джули живет с тобой, а не с бабушкой?
Я поднимаюсь и, скрестив руки на груди, настойчиво смотрю на парня.
– Потому что моя сестра и ее муж сделали меня опекуном Джули в случае их смерти, – без выражения отвечает Майкл.
Должно быть, он хороший человек, раз родители доверили ему заботу о девочке. Пусть он неприветлив со мной большую часть времени, но вынуждена признать, что Майкл неплохой. Просто я ему не нравлюсь.
– Что миссис Пирсон сказала обо мне, когда вы разговаривали сегодня утром? – прищурившись, спрашиваю я.
Майкл хмурится, как будто не хочет отвечать.
– Сказала, что мне надо лучше следить за тем, с кем общается Джули, – нехотя произносит он.
От возмущения я раскрываю рот и не находя слов, фыркаю.
– Да кто она такая?! Она ведь даже меня не знает! Это просто… Так несправедливо, что кто-то может судить тебя просто по внешнему виду! – негодую я, расхаживая по деревянному настилу крыльца.
Мои щеки горят от чувства обиды и несправедливости.
– Ева богатая, заносчивая сучка, которая торопится повесить ярлык на каждого, кто не отвечает ее представлениям о нормальности. Не обращай внимания, – доброжелательно говорит Майкл.
Я смотрю на него с усмешкой.
– Серьезно? Типа ты чем-то лучше нее? Будто ты не наделил меня ярлыком неблагонадежной и шлюховатой, как только увидел?
– Я этого не делал, – спокойно отрицает Майкл, но его спокойствие еще больше разогревает меня.
– Ой, да брось! Ты с самого начала меня осуждал! – Я машу руками. – Ты сделал выводы, просто посмотрев на все это! – Я указываю на свое лицо, руки и ноги, где есть тату. – Ты думаешь, что если я так выгляжу, значит, я типа уголовница и мне нельзя доверить Джули!
– Я никогда не делал выводов о тебе из-за того, как ты выглядишь, – терпеливо повторяет Майкл.
Он меня что, за дуру держит? Я же видела, как он на меня смотрел!
– Майкл, не надо сейчас пытаться отри…
Вдруг я замолкаю и резко втягиваю в себя воздух, а слова застревают в горле. Футболка с длинными рукавами, что еще секунду назад была на нем, весит на перилах. Майкл стоит передо мной, не двигаясь, позволяя мне глазеть на него, а я боюсь моргнуть, потому что это все может мне только казаться.
Но мне не кажется. Этот парень покрыт татуировками. То есть – вся его грудь, пресс (отличный пресс, кстати) и руки покрыты тату. Весь его торс словно холст, разукрашенный художником. Или художниками. Рисунков так много и они все разные. Мне бы и нескольких часов не хватило рассмотреть их в деталях.
 
Но у меня нет больше времени. Майкл вновь надевает футболку, закрываясь от меня.
– Все еще думаешь, я осуждаю тебя за то, как ты выглядишь? – тихо спрашивает Майкл. – Наоборот, Харпер, ты меня привлекаешь. Даже слишком. – Он усмехается, нервно проводя рукой по волосам. – Но я не хочу, чтобы меня к тебе влекло. Я не хочу этого.