Три сестры. Анна (СИ)
- Анна, вы озар? - тем не менее, второй продолжал задавать вопросы.
- Нет, - отвечала я.
- В семье Саргенс были проявленные озары, вам это известно? - спросили меня.
- Да, известно, - благожелательно улыбалась я.
- Были ли у вас какие-либо проявления озарения, или что-то, что могло бы быть истолковано, как проявление? - при этом вопросе у кузена сжались кулаки.
- Нет, никогда не было. - Ответила я.
- Она лжёт! Лжёт, дрянь! Я сейчас расскажу, как было! - вскочил Карл.
- Вы можете рассказывать всё, что считаете нужным, - ответил ему один из экзаменаторов. - Но мы будем верить только тому, что показывает определитель дара. А он демонстрирует отсутствие дара в крови фрау и лжи в её словах! Сядьте! И не усугубляйте своё и без того, плачевное положение!
- Да она хитрая стерва! Она же фармик! Она что-то сделала, чтобы дар не нашли! - почти завизжал кузен.
- Довольно! - ударил по столу один из экзаменаторов. - Вы совершенно потеряли границы! Не забывайтесь, вы сорр. А оскорбляете фрау! Фрау, только что подтвердившую своё положение. А вы и так уже оклеветали фрау, причём из очевидных корыстных побуждений. А теперь позволяете прилюдные оскорбления?
- Последний вопрос, фрау. Вы скрываете свой дар? - обратился ко мне мужчина в сером костюме.
- Нет. Ни я, Анна, ни мой отец никогда и ничего не делали, чтобы скрыть мой магический дар. - Громко и уверенно произнесла я.
Щелчок растегнувшегося металлического обруча определителя лучше любых слов подтвердил, что я говорю правду. И действительно, ни я, Сдобнова Анна Тимофеевна, ни мой отец, никогда и ничего не предпринимали, чтобы скрывать мой магический дар. И дара у меня тоже никогда не было. Откуда бы ему взяться в моём родном СССР?
- Сорр Карл, вы арестованы за клевету и оскорбления фрау до вынесения решения суда о соответствующем наказании. - Встал перед кузеном старший йерл. - Фрау Анна, вы будете предъявлять к оплате задолженность по аренде?
- Конечно, старший йерл. - Кивнула я.
- Завтра до полудня к вам придёт ювенал для составления требований в суд. Сейчас вам необходимо проехать в управу, для получения документов о прохождении проверок на разум и отсутствие дара. А также наследственного сертификата. - Объяснил мне старший йерл, а потом махнул в сторону трясущегося от страха кузена. - Йерлы, этого сопроводить в камеру. Кредиторов и прочих заинтересованных лиц известить в положенном порядке.
Несчастного Карла буквально волоком потащили из зала. Я тоже откланялась. Оставаться здесь мне смысла не было. Приятным удивлением стал сорр Вильямс, ожидавший меня у входа.
- Прошли? - заулыбался он мне.
- Прошла, сорр Вильямс! Теперь в управу за документами и вперёд! Возрождать дело семьи Саргенс! - засмеялась я.
В управе пришлось подождать возвращения старшего йерла. Вот только вернулся он не один, вместе с ним в кабинет зашёл и герцог, что заставило меня внутренне напрячься. Пока йерл готовил документы, герцог молчал и только внимательно меня рассматривал. Словно пытался сравнить меня сегодня и в тот вечер, когда я очутилась здесь.
- Фрау, напоминать о том, что полноценной владелицей имущества своего отца и покойного мужа вы станете только через месяцев, за которые вы должны удержать доход и состояние на прежнем уровне, нужно? Так же на вас возлагаются похоронные расходы. Тело сорра Фрега вам выдадут через тридцать дней. - Монотонно произнёс старший йерл.
- Нет, я хорошо это помню. - Кивнула я.
- Значит тогда получаем документы, расписываемся за каждый в книге записей, через тридцать дней за телом. - Тыкал мне пальцем в соответствующие графы йерл. - За то, что приняли тело на захоронение, распишитесь в день получения. Всё, свободны. Напоминаю о визите ювенала завтра и счастливого пути!
- Благодарю, - приняла я документы и тут же начала их проверять, чтобы потом не оказалось, что из-за случайной описки, документ недействителен. - Всё в порядке. До свидания!
- Не торопитесь, фрау Анна. - Вдруг остановил меня герцог. - Присядьте, пожалуйста. Может, чаю?
- А разговор будет долгим? - переспросила я.
- Этого я вам не могу сказать. - Ответил герцог.
- Значит, разговор будет не только долгим, но и неприятным для меня, - озвучила я очевидный вывод.
- Ну почему же сразу так? Обстоятельства нашего с вами знакомства, приятными конечно не назовëшь... - заулыбался герцог, явно пытаясь очаровать.
Герцог был хорош собой. И прекрасно об этом знал, а главное, похоже привык пользоваться своей внешностью. Где-то в глубине карих глаз мелькнула искра самодовольства, а уголок чётко очерченных губ приподнялся в усмешке.
- Да уж, сложно назвать приятным момент, когда тебя пинают сапогом по рёбрам, - отзеркалила я его полуулыбку, наблюдая как самоуверенность на породистом лице сменяется удивлением и настороженностью.
Глава 22.
Глава 22.
- Фрау Анна, - с удивлением герцог быстро справился. - Наверняка вы знаете кто я, но в любом случае представлюсь. Герцог Александр Мардериан, так как мой отец благополучен, здравствует и полон сил, то многие используют приставку младший к моему титулу и фамилии. Для простоты общения вполне сгодится упоминание титула.
- Спасибо за объяснения, но я не совсем понимаю, для чего они. Не думаю, что фрау часто общаются с герцогами. - Я хотела добавить, что мне хватило и прошлого общения с сапогами герцога, но вовремя вспомнила, что здесь сословия не пустой звук, а грубость и хамство никому и никогда на пользу не шли.
К тому же вспомнилось, что отца герцога звали Николас. То есть, герцог у нас Александр Николаевич, если на привычный мне манер. Высокий, широкоплечий, кареглазый и с привычкой бить лежачего, да ещё и женщину. А в комплекте с именем и вовсе просто семафор с надписью держаться подальше от этого товарища.
- Я бы хотел поговорить с вами о вечере, когда некто убил вашего мужа. - Начал герцог. - Что вы помните?
- Не многое. Я вообще старалась после закрытия аптеки забиться куда подальше и не попадаться мужу на глаза. Обычно находила какое-нибудь занятие в лаборатории. Туда сорр Фрег старался не заглядывать даже на трезвую голову, а выпив и вовсе обходил стороной. Каким-то странным образом понимание, что любая разбитая колба или змеевик перегонного куба может привести к остановке работы, а значит потери прибыли, выработало вот такую привычку. Я ей пользовалась, не всегда успешно. Но всё могло бы быть гораздо хуже. - Откровенно делилась я воспоминаниями Анни. - В свои дела сорр Фрег меня не посвящал. За проявленное любопытство или слишком пристальное внимание жестоко избивал. Так что и у меня выработалась привычка держаться подальше от него вообще, и его дел в частности. В тот вечер он предупредил, чтобы я закончила все дела в аптеке до восьми и не брала срочных заказов на изготовление лекарств. Мол к нему придёт важный партнёр. Единственное, я должна была приготовить ужин и подать к четверти девятого, а потом ждать на кухне. Когда сорр Фрег позвонит в колокольчик для прислуги, я должна была принести поднос с красным вином и лёгкими закусками. Колокольчик прозвонил около десяти вечера, я пошла относить поднос. Когда я зашла в помещение приёмной аптеки, я увидела, что сорр Фрег лежит на полу лицом вниз. А потом ощутила удар по голове.
- А потом? - прищурился герцог.
- Какой-то неясный гул, боль в затылке и удар по рёбрам, - не удержалась всё-таки я.
- Может всё-таки... Где-то не удержались, подсмотрели, услышали непонятную фразу, какую-то запись? - настойчиво спрашивал герцог, проигнорировав мой намёк.
- Нет. Моя жизнь в последние годы не была лёгкой и радостной. А подобные случайности могли только усложнить и без того непростое выживание. Поэтому я максимально ни на что не обращала внимания. И смотрела всегда в пол. Во-первых, не видела лишнего и не раздражала сорра Фрега. А во-вторых, по тени всегда виден замах для удара. - Упорствовала я в своём незнании.