Наследник рода Шевалье (СИ)

— Ну, — менее уверенно ответил я, кивая головой на двери дома, — туда.
— Сходи, Ханчик, сходи, — начал сочувственно говорить мужчина, а потом у него в голове словно что-то щелкнуло. — Ха-а-а-ан. Так ты же как раз мне и нужен.
Похоже, что недавние события, включающие первый бал госпожи и послание императора, слегка забили голову верному слуге Онежских. И тот совсем позабыл, что наемник Хан, Рам Шевалье и кавалер Софии Онежской на ее первом балу — это один и тот же человек. То есть я.
Вот только напоминать об этом старику мне совсем не хотелось. Да и, откровенно говоря, было не в моих интересах. Мне еще потом здесь как-то с родственничками бороться.
— Все-все-все, Алексеич, — затараторил я, огибая фигуру товарища и приближаясь к закрытым дверям, — я сейчас занят. Подавайте запрос об аудиенции через посредника почтой. Желательно голубиной.
В лицо пахнуло холодом, а руки сами собой начали подрагивать.
— А ну-ка постой… — начал было говорить мне в спину собеседник, а затем, словно опять вспомнив о чем-то, добавил, — хотя нет. Иди-иди.
На болтовню у меня времени особо не было, поэтому я, разогнав по телу кровь, просто шагнул к дверям и распахнул их настежь.
— Ой зря-я-я-я, — услышал я едва уловимый шепот за спиной.
Отступать было некуда. Как только створки приоткрылись, мне в лицо прилетел настоящий шквал снега и ледяных осколков. Лицо и руки покрылись коркой, а одежда заледенела. Уши заложило от ревущей вьюги, отчего оглушающий голос, доносящийся изнутри, показался мне шепотом.
Руки сами собой надавили на створки. Двери с трудом поддались, а мне в грудь прилетел очередной снаряд. Наконец, я закрыл врата в филиал вечной мерзлоты.
Я попытался опустить взгляд вниз, но не получилось. Тело тоже не слушалось. Пришлось снова воззвать к собственной крови, чтобы ледяная корка на моем теле хоть слегка подтаяла. У меня получилось.
Наконец я смог опустить взгляд. Под ногами лежали осколки стекла. Оказалось, что в грудь мне прилетела обычная тарелка. Кажется, что женщина-маг это все-таки в первую очередь женщина.
— Так вы прикрыли двери барьером? — прошептал я, оттого, что связки пока не могли выдавить ничего больше.
— Нет, ваше сиятельство, — впервые с момента начала разговора в голосе Мстислава Алексеевича прозвучали нотки иронии, — весь дом. Мы накрыли пологом весь дом, и все равно некоторые звуки просачиваются наружу.
Только сейчас я осознал небольшой недочет в моих планах. Все-таки женщина-маг уровня Софии это в первую очередь маг. А внутри дома бушевала настоящая стихия. В этот раз я, пожалуй, пас.
— Это, Алексеич, — обратился я к товарищу негромко, — ну тогда давайте сами. Я пока отойду. У меня там семья приезжает, надо бы помочь. Вещи разгрузить, людей развезти.
— Знаешь, Шевалье, — расчувствовался напоследок мой друг, — я тебя даже уважаю. За наглость. Это действительно твоя вторая натура.
— Спасибо, — коротко бросил я.
— Так вот слушай, — серьезным тоном произнес Мстислав Алексеевич. — Ты эту кашу заварил, тебе ее и есть.
— А ложку, случаем, не передадите? — искренне поинтересовался я, пытаясь отшутиться от поставленной задачи.
— Вилку, — парировал товарищ, категорически отвергнув мой юмор.
Уверен, что на его лице сейчас была довольная ухмылка. Ну ничего, смеется тот, кто смеется последним. И я еще похохочу от души. Как только немножко оттаю. И если выживу.
К сожалению, последняя надежда на спасение испарилась вместе с брошенными моим товарищем словами. Похоже, что вместо отдыха с дороги мне придется в очередной раз столкнуться со стихией.
— Тц, — цокнул недовольно я, собираясь с силами, — какая тяжелая публика.
Я грузно выдохнул. Затем по возможности покрыл тело защитным барьером, разогнал кровь внутри и покрепче ухватился за ручки дверей. Так, что даже мои замерзшие пальцы откликнулись болью. Что ж. Была не была! Мои руки уверенно потянули створки на себя.
  
Глава 35
 
В лицо снова полыхнуло холодом, но на этот раз не смертельным. Все-таки сила разгоряченной крови позволяла терпеть даже около смертельную температуру. Остальным бы так не повезло.
  
Внутри некогда красивый гостиный зал, украшенный гобеленами и фресками, был сейчас скорее похож на выставку ледяных фигур. Вся мебель, стены и статуи были накрепко зажаты твердой коркой льда. И на самом верху ступеней что-то гневно кричала София.
Она выглядела прямо как снежная королева из сказки, и я был бы рад разобрать причину ее негодования, но завеса из снега и метели громко выла, едва позволяя разобрать собственные мысли.
Удивительно, но дворянка в гневе умудрялась также швыряться посудой, которую ей с монотонным и уставшим видом подавала… горничная. Пожилая женщина с рутинным видом передавала тарелки и чашки молодой аристократке, словно то, что она видела, было абсолютно нормальным явлением. Забавным было то, что старушка оставалась целехонькой и невредимой в природном буране, следовательно Онежская силу все-таки контролировала.
Мне же пришлось ухватиться за колонну, чтобы меня не унесло шквальным порывом ветра. Нет, так дело не пойдет. Я отчаянно замахал одной рукой, привлекая внимание старушки. Второй же крепко держался за хладный мрамор.
К моему удивлению, женщина заметила не только мое появление, но и мои жесты, и начала медленно спускаться по лестнице, оставив госпожу наверху одну. Шла женщина неторопливо, как и полагается слуге в почтенном возрасте. Стихия расступилась перед ней, освобождая своеобразный безопасный коридор. И даже изморозь на ступеньках никак не мешала старушке.
Краем глаза я заметил, как в стену ударилась очередная тарелка. А затем к ней присоединилась позолоченная чашка. Вот уж посуде не повезло. К счастью, пожилая леди, укутанная в теплый платок, наконец ступила на нижний уровень и живенько приблизилась ко мне.
— Приветствуем вашу светлость в нашем доме, — умудрилась низко поклониться пожилая женщина, приветствуя меня. — Спокойно доехали?
На миг я почувствовал себя героем юмористической зарисовки. Все происходящее вокруг казалось сюрреализмом. Словно я смотрю на отражение в зеркале. Я абсолютно точно не ожидал светскую беседу посреди бурана. Впрочем, мои ожидания — это мои проблемы.
— Оставим формальности, — негромко произнес я, хотя мои слова были слышны намного лучше из-за присутствия рядом пожилой слуги.
Или, точнее, из-за того, что рядом с ней стихия почти не бушевала.
— Как прикажете, — легко согласилась старушка, выпрямляя спину, но все-таки продолжила обращаться ко мне как положено, — ваша светлость.
— Как вас зовут? — спросил хриплым голосом я.
— Евдокия, ваша светлость, — споро ответила слуга.
— Рами, — кивнул в ответ я, — Шевалье.
— Я знаю, ваша светлость, — коротко проговорила женщина.
Пожилая женщина с некоторым ехидством смотрела на меня, обхватывающего колонну. Кажется, что эта ситуация ее вовсе не пугала, а, скорее, забавляла. Мне же теперь оставалось лишь выяснить, как же остановить непогоду. Жаль, что я никогда не верил гидрометцентру.
— Евдокия, а не постараетесь ли объяснить, — попросил вежливо я, уворачиваясь от небольшой сосульки, — чем сейчас занимается хозяйка?
— Конечно, ваша светлость, — бодро ответила Евдокия, слегка склонив голову набок. — Княжна Онежская изволит бить посуду.
Так, с первой частью мы разберемся потом. А вот тот факт, что слуга так обыденно описывает сегодняшнее происшествие меня слегка пугал. Ну, значит, пора включать самый лучший защитный механизм. Точнее, второй в списке. Кровавой магии в доме Онежских мне не простят.
— О, прекрасное занятие, — в тон женщине парировал я, одобрительно кивнув. — И несомненно достойное дворянской особы великого рода.
— Конечно, Рами Кристофович, — снова слегка поклонилась старушка. — Это занятие еще очень хорошо прочищает голову и приносит удачу.
По отчеству меня называли редко, но теперь я, кажется, придумал, как же все-таки успокоить бушующую стихию. И, судя по ответам слуги, мы с ней были на одной стороне. Тем временем в стену врезался очередной снаряд. На его поверхности были изображены восточные мотивы.