Наследник рода Шевалье (СИ)

Из окон открывался вид на большое поле, огражденное магическим барьером. Размером оно походило на футбольное. Может быть, слегка поменьше. Внутри студенты вовсю колдовали, сталкиваясь между собой как в дуэлях, так и группами. Это, похоже, свои навыки оттачивали боевые маги.
Сразу же вспомнилась гнилая снисходительная старушка с приемной комиссии. Ничего, настанет и наше время. Когда-нибудь. В будущем.
Найти не примечательную дверь юных механиков мне помогла парочка отдыхающих в одном из холлов студентов. Ну вот, есть же и здесь нормальные люди. Зачем работать, если можно не работать?
За деревянной преградой слышался мерный стук и изредка скрежет металла. Я аккуратно открыл дверь и сделал шаг внутрь.
— Приветствую туземных трудящихся! — бодро произнес я, с интересом осматриваясь по сторонам.
А взглянуть было на что. Помещение внутри оказалось просторнее, чем я полагал. Слева у входа начиналась череда мест, занятых сгорбленными людьми в унифицированной форме. Они копошились в чем-то, не обращая на меня внимания.
Между рядов их рабочих мест тянулся конвейер, на котором были сложены незнакомые мне приборы и детали.
Я подошел поближе.
На стене, прямо над головами работников, висел портрет с нарядной лентой. На столах у студентов, корпевших над своими проектами, стояла миска риса и лежали клочки бумаги, измазанные какими-то рисунками.
На конвейере заморгали лампочки, и работники засуетились с новым рвением. Раздался короткий механический звук, и линия двинулась вперед.
— Это наша рабочая зона! — раздался откуда-то сбоку знакомый мне голос. — Как тебе?
Я повернулся на звук. Оказалось, что в этом помещении сосуществовала серая действительность и вполне себе человеческая яркая реальность. В нескольких метрах от меня под лучами солнца нежился… Борис.
Он сидел на комфортном стуле с мягкой обивкой. Перед ним стоял круглый деревянный столик с изысканной скатертью, где расположился небольшой фарфоровый чайник, вазочка с печеньем и сладостями, и несколько чашек.
Я повернул голову налево: невыносимая тьма, рутина и серость. Взглянул на товарища и чуть не ослеп от нахлынувших красок. Даже лицо Бори, кажется, счастливо светилось.
— Капиталистичненько, — пожал плечами я и присоединился к другу.
— Чаю налить? — любезно поинтересовался юноша.
— А давай, — махнул я рукой, занимая один из свободных стульев. — А чего не кресла?
— Да я только устроился, — наполнил одну из кружек горячим напитком товарищ. — Потом обставлю под свой вкус.
По комнате разнесся аромат фруктового чая. Я довольно потянулся.
— Слушай, а как ты за три дня успел? — поинтересовался я у довольного друга, махнув рукой в сторону трудящихся.
— Не за три, а за полтора, — поправил меня Борис. — Ну как? Кризис власти. Короткий путч. Много обещаний. Как-то само получилось.
— Интересненько, — отхлебнул горячий чай я.
— У нас все оформлено, — деловито затараторил Боря. — Есть трудовой договор. В нем включены выплаты за переработки. Все в соответствии с комплексной схемой рабочего времени.
— А работают они за миску риса и благодарность руководителя? — ухмыльнулся я.
— Каждому положена миска риса и кошкожена, — на этих словах друга я поперхнулся чаем. — Рабочий повышать социальный рейтинг, великий нефритовый стержень выдавать награду.
— А нефритовый стержень это…? — прокашлявшись, поинтересовался я.
— Мне самому как-то неловко, — засмущался товарищ.
— Не в том мире ты родился, — произнес с сожалением я, — ой не в том.
Мы тихонько посидели, каждый думая о чем-то своем. Мерный шум производственного процесса лишь изредка прерывался движением конвейера.
— Да, — вздохнул я, — деньги бы сейчас пригодились.
— В долг не дам, — молниеносно ответил друг.
— Да я не за этим, — беззаботно махнул рукой я. — Борис, ты когда-нибудь слышал о биткоине?
— М? — непонимающе уставился на меня товарищ.
— А о таких терминах как крипто биржа, майнинг, блокчейн? — продолжил перечислять я.
— Рам, — серьезным тоном откликнулся друг, — признайся честно.
  
Я отчего-то слегка напрягся. Неужели Боря признал во мне попаданца? Неужели технологии моего мира неприменимы к этому?
— В чем? — аккуратно поинтересовался я, возвращая чашку на стол.
— Ты ведь эти слова сейчас сам придумал? — сочувственно спросил Борис, сложив руки в замок на столе.
— Что ты, конечно же нет, — отлегло у меня на душе. — Блокчейн — это основа для существования криптовалют, которыми можно торговать на бирже. Их можно зарабатывать майнингом на серверах или даже на домашнем железе. Это целая наука. Ты зачем в карман полез?
Боря же, под мой рассказ о технологии параллельного мира, молча достал из кармана телефон и начал набирать какой-то номер.
— Ты кому звонишь? — поинтересовался я. — Инвесторам?
— Угу, — не отвлекаясь пробубнил товарищ. — Лучше. Санитарам.
— Погоди, дай объяснить, — примирительно поднял я ладони.
— Да разве я мешаю? — пожал плечами Борис. — Как раз сразу доктору и расскажешь про свой биг чейн, криптон и манку.
— Остановись, — стукнул я кулаком по столу. — Мы просто создадим новую валюту. Цифровую. Зашифруем данные для безопасности. Никаких банков. Все анонимно. Относительно.
— Ты еще скажи, — язвительно парировал Боря, — что можно вместо картин в галерее цифры продавать.
— Э-э-э… — протянул я, вспомнив один из способов заработка в интернете.
Борис же после короткой паузы нажал на кнопку вызова.
— Всех вылечим, — успокоительно произнес друг.
— Ладно, — признал поражение я, — не стоило надеяться на эту идею.
Товарищ тут же сбросил исходящий звонок.
— Тебе чайку подлить? — сочувственно спросил юноша. — У меня мята есть. Давай с мяткой заварю?
— Ладно, — вздохнул с сожалением я, — давай я тогда другие идеи тебе попозже в личку скину.
Борис поперхнулся, залив светлую скатерть. Благо, сладости уцелели.
— Не н-надо мне ничего, — решительно закачал головой друг.
— Ну, я тебе в телеге все кинуть могу, — почуяв золотую жилу, поинтересовался я.
— И как я ее ловить должен? — возмутился Борис. — Телегу твою. Головой?
— Борис, — изучающим тоном произнес я, осознавая один весомый недочет нашего нынешнего бренного мира, — а что вы думаете о социальных сетях?
— Я из сетей, — прищурился друг, — знаю только невод.
— А что? — ухмыльнулся я, потирая ладони. — Звучит. Невод — первая отечественная соцсеть. Да не тянись ты к телефону! Дай объяснить!
После короткого совещания и обсуждения известных мне деталей, я был включен в технический кружок. Борис все еще недоверчиво поглядывал на меня, видимо не веря в мою идею до конца.
— И как ты это придумал-то? — почесывал друг подбородок.
— Гениальность в нашей семье передается по наследству, — гордо проговорил я.
— Ну не знаю… — все еще мялся бизнес-партнер, подозрительно щурясь.
— Борис Евграфович, — деловито обратился я к товарищу, — пять процентов компании будут принадлежать вам.
— Рами́ Кристофович, — выпрямился на стуле юноша, протягивая мне руку, — ваша идея действительно гениальна. Нигде мне еще не встречался такой талант. Буду рад работать вместе.
Я, не задумываясь, пожал протянутую руку. В конце концов, Борис еще не знал, что работать в основном предстоит вовсе не мне. Гениальные умы не должны сдерживаться никакими оковами.
  
Глава 10
 
Учеба в магической академии оказалась делом совсем несложным. Особенно для человека с деловой жилкой. А именно таковым я себя и считал. Дни текли медленно, но неотвратимо, складываясь в рутину нескольких первых недель. Необычность обстановки уступила место странному чувству дежавю. Впрочем, жить-то действительно приходилось во второй раз.
Тренировки в поместье под деловые команды Рафаэля тоже стали обыденностью. Казалось, что нарушить душевный покой было нечему. Тишь да благодать. Лишь изредка прерываемая монотонным стуком настенных часов и легким шелестом бумаги.