Сквозь зомби стекло (ЛП)

Я нахмурилась.
— Скоро, — сказала я ей. — Я устрою тебе взбучку.
Она ухмыльнулась.
— Ты голоден? — спросила я Гэвина, когда дошла до гостиной. — Хочешь позавтракать?
Он посмотрел на меня с подозрением, но сказал:
— Конечно.
Я поставила печенье в духовку, поджарила бекон и взбила соус. Он наблюдал за мной, но молчал (или пытался помочь). Я не стала давить на него. Когда все приготовилось, я подвинула тарелку в его сторону.
— А яиц нет? — спросил он.
— Ух ты. Твоя благодарность умиляет.
Он старался не улыбаться.
— Что? Я люблю яйца.
Мои губы тоже дрогнули. Мне не нравилось видеть его таким формальным. Я села рядом с ним, и мы принялись за еду.
Наконец он сказал:
— Я все обдумал, и мне жаль, что я не понял, что происходит с тобой раньше… прости, что прикоснулся к тебе и попытался сделать больше. Я узнал тебя получше за последние несколько месяцев, и мне следовало понять, что ты никогда бы не стала ко мне приставать, пока твоя бабушка всего в нескольких футах. И ты пыталась меня предупредить.
Подождите. Он извинялся передо мной? Не этого я ожидала.
— Ну, и ты прости, что пыталась тебя съесть.
На этот раз он улыбнулся.
— От кого-либо другого эти слова прозвучали бы возбуждающе. От тебя — не очень.
Я рассмеялась.
— Должна признаться, я немного удивлена, что ты не убил меня в тот момент, когда понял, что происходит.
— Не буду врать. Я думал об этом. То есть, я знаю, что ты и раньше справлялась с подобными безумствами, но это был первый раз, когда это случилось со мной. Проблема была в том, что мне пришлось бы пройти через Коула, чтобы добраться до тебя, и пришлось бы убить его, чтобы пройти через него, потому что по-другому он не перестал бы тебя защищать. Этот парень действительно любит тебя.
Я отвернулась, чтобы скрыть восторг, сияющий в моих глазах; кто-то еще заметил его чувства ко мне… и увидела Зомби Али.
Она стояла рядом со мной и все еще ухмылялась.
Похоже наша взбучка состоится сегодня.
Сердце билось о ребра, я беспрепятственно вытолкнула свою душу из тела; прохладный воздух окутал меня. Дрожа, я потянулась к ней, но она рассмеялась и скрылась за диваном.
— Сейчас ты у меня получишь, — сказала я.
— Али? — сказал Гэвин.
— Ты видишь ее? — я указала на нее.
— Вижу кого?
Коул думал, что она может защитить себя, и, возможно, так и есть.
— Оставайся здесь. Ты не можешь видеть или слышать зомби в комнате. Она замаскировалась, а я не хочу, чтобы ты пострадал.
— Ты меня не поймаешь, — пела она.
— Не могу дождаться, чтобы доказать, что ты ошибаешься. — я ринулась за ней и врезалась в диван. Если бы мы не облили всю нашу мебель Линиями Крови, я бы прошла сквозь нее. Но мы это сделали, и теперь для моей души все было таким же твердым, как и для тела. Больше не стоит об этом забывать.
Перекинув ноги через край дивана, я вызвала огонь. Маленькие красные язычки пламени затрещали на кончиках пальцев. Красный? Почему красный? З.А. больше не было в моем теле.
Может быть, ее токсин все еще внутри. Может быть…
Подушки под моими ладонями сгорели дотла. Что за черт?
З.А. пролетела мимо меня, и я потянулась за ней. Я промахнулась, вскочила на ноги и бросилась в погоню. На кухне она обогнула островок с гранитной столешницей. Я попыталась проскочить через него, поскользнувшись… упала… и вся конструкция развалилась, увлекая меня за собой.
— Прекрати, — кричал Гэвин. — Али, тебе нужно остановиться.
Смеясь, З.А. помчалась по коридору в спальню бабушки. Она прыгнула на кровать. Я снова двинулась за ней. Когда я ударилась о подушки, кровать распалась, и я упала на пол.
«Черт бы ее побрал!»
Она вылетела из комнаты бабушки в мою. Я следовала прямо за ней. Она сбила стул на моем пути. Я подняла его и бросила через всю комнату, целясь ей в голову.
Стул сгорел на середине пути, пепел разлетелся по воздуху.
«Нельзя упускать такой шанс».
— Не-а, не-а, не-а, не-а, ты не сможешь меня поймать.
— …происходит? — услышала я слова бабушки. — Как? Ее тело на кухне. Она не может этого делать! Никто не может! Здесь никого нет.
 
Ее голос проник сквозь темную решимость, призывая меня идти дальше. Я моргнула, заставляя себя сосредоточиться на естественном мире. Бабушка стояла в дверях, бледная и дрожащая, оглядывая разрушенную мной комнату. Гэвин и Коул стояли рядом.
Я сделала шаг в ее сторону.
Парни заслонили ее собой, преграждая мне путь.
— Уведи ее бабушку отсюда, — сказал Коул Гэвину.
Гэвин взял бабушку за руку и оттащил ее назад. Я снова потянулась к ней и поняла, что мои руки все еще горят красным пламенем, и замерла от ужаса.
Если бы я прикоснулась к ней, то сожгла бы ее душу… а то, что происходит с душой, всегда проявляется на теле. Она бы умерла.
Я бы убила ее.
Именно этого, должно быть, и хотела З.А… Ей не удалось убить меня, и она стала охотиться за моим любимым через меня. И я позволила ей. Я не переставала думать о мудрости своих действий.
— Тебе хуже, Али, — сказал Коул, протягивая руки в самом безобидном жесте, на какой только был способен, подходя ко мне. — Боюсь, мы не сможем контролировать тебя, если что-то подобное случится снова.
— Коул.
— Не соглашайся со мной, — вмешался он. — Ничего не говори. Просто подумай о том, что ты сейчас делаешь, хорошо?
Но я должна была сказать ему… нет, я не могла. Он был прав. Если бы я поверила в это, мои слова бы сбылись.
Я оглянулась, не зная, что делать с З.А.
Она там уже не стояла.
Мой взгляд метнулся к зеркалу. Вот. Она там.
Снова внутри меня. Улыбалась.
— Потуши огонь для меня, хорошо? — мягко сказал Коул.
Я пыталась, я действительно пыталась, но пламя становилось только сильнее, и быстрее распространялось.
— Прости, Али, — сказал Коул и потянулся за мини-арбалетом, который был прицеплен у него на лодыжке. Вместо того чтобы зарядить его стрелой, он использовал шприц. Затем он вышел из своего тела, так что мы оказались душа против души.
Коул сделал паузу, затем сказал:
— Я много думал о видении и перестал носить с собой стрелы. Понял, что вместо этого мне может понадобиться противоядие. — секундой позже резкая боль пронзила мою шею.
В мгновение ока он зарядил еще один шприц и воткнул в меня. Я почувствовала еще один резкий укол. Тепло пронеслось сквозь меня, и все же пламя стало ослабевать… и, наконец, исчезло.
Он достал еще один.
— Это успокоительное.
Я почувствовала третий укол, и каким бы ни было успокоительное, оно подействовало быстро. На меня опустилась темнота, и мои колени подкосились. Я больше ничего не видела.
* * *
Голова раскалывалась, когда я открыла глаза и моргнула. Я лежала на… своей кровати? Нет, матрас подо мной был слишком узким, чтобы быть моим. Я осторожно села. У меня закружилась голова, и я застонала.
— Привет, Аллигатор.
Голос Коула. Я глубоко вдохнула, пытаясь очистить голову, и увидела призрачную красоту его лица. Мне не хотелось отводить взгляд, но любопытство взяло верх. Мы… находились в небольшой спальне, которую я не узнала, с бревенчатыми стенами и дощатым полом.
— Ты находишься в отдалённом доме, которым владеет Анкх. Это в двадцати милях от моего дома, — сказал он, — но дорога сюда ведет не через шоссе, поэтому я добираюсь сюда за сорок минут.
Меня изолировали.
На моем лице, должно быть, отразилась тревога, хотя я знала, что это к лучшему, потому что он добавил:
— Сейчас ты слишком опасна, чтобы находиться рядом с другими, дорогая.
Желчь наполнила мое горло, и я поперхнулась.
— Знаю, и меня, вероятно, следовало отправить сюда несколько недель назад. Но, эм, как долго я пробуду здесь?
— Столько, сколько потребуется.
Чтобы исцелиться… или умереть, в зависимости от того, что наступит раньше.