Частный детектив. Выпуск 4

Он кивнул.
– Вы слышали мой вопрос? – потребовал я.
– Да. Вилэнд отдал мне приказы сделать все это.
Наступила короткая пауза. Я посмотрел в иллюминатор и увидел, как к батискафу подплыло какое–то странное существо, похожее на акулу. Оно с недоумением уставилось на батискаф, самолет и потом, лениво махнув хвостом, исчезло в адской тьме. Я повернулся и постучал Ройяла по плечу.
– Постарайтесь привести его в чувство.
Когда Ройял наклонился над своим хозяином, я протянул руку у него над головой и выключил подачу кислорода. Не хотел, чтобы воздух преждевременно стал слишком свежим.
Через минуту или две Ройялу удалось привести Вилэнда в чувство. Его дыхание было тяжелым. Первая стадия недостатка кислорода в крови зашла у него уже довольно далеко, но, несмотря на это, он все еще мог дышать, так как, открыв глаза, стал дико озираться вокруг и, увидев меня с пуговицей во рту, закричал. Он то разражался ужасными, дергающими все нервы криками, то затихал.
В замкнутом пространстве камеры батискафа эти крики казались особенно резкими и неприятными. Я протянул было руку, чтобы ударить его по щеке и вывести из истерического состояния, вызванного паникой и ужасом, но Ройял опередил меня. У него возникли робкие и слабые проблески надежды, и он, видимо, решил не терять этой надежды до самого конца. Ройял поднял руку и довольно сильно ударил Вилэнда по щеке. Он уже не церемонился с ним.
– Прекратите истерику! – крикнул Ройял и стал резко и грубо трясти Вилэнда. – Прекратите! Прекратите! Тальбот сказал, что может все наладить. Вы слышите меня? Тальбот сказал, что может все наладить!
Постепенно крики стихли. Вилэнд посмотрел на Ройяла глазами, в которых впервые промелькнули признаки сознания, одержавшего верх над ужасом и безумием.
– Что вы сказали? – хрипло прошептал он. – Повторите, что вы сказали, Ройял.
– Тальбот сказал, что может все наладить. Он говорит, что солгал нам и что переключатель, который оставил наверху, не так уж необходим для сброса балласта. Тальбот сможет обойтись без него! Тальбот сможет обойтись без него, слышите?
– Вы действительно можете, Тальбот? – от удивления глаза Вилэнда раскрылись так широко, что я увидел кольцо белка, окружающее радужную оболочку. Его дрожащий голос звучал благоговейно, как молитва, и вся его поза выражала мольбу. Он еще не осмеливался надеяться, слишком далеко его разум погрузился в долину смерти, чтобы над ним снова забрезжили даже отблески света. Вернее, он не осмеливался открыть глаза и посмотреть, боясь, что не увидит света. – Значит, вы можете забрать нас отсюда? Даже теперь… даже теперь вы…
– Возможно, я это сделаю, а возможно – нет, – мой голос, несмотря на сильную хрипоту, был в меру безразличным. – Я уже сказал, что предпочел бы остаться здесь. Я действительно хотел бы остаться здесь, но это зависит от нескольких причин. Идите сюда, Вилэнд.
Он, дрожа, встал и с трудом подошел. Его ноги и все тело дрожали так сильно, что он с трудом стоял на ногах. Я схватил его здоровой рукой за лацканы пиджака и подтянул к себе так, что наши лица почти соприкасались.
– Воздуха осталось на пять минут, Вилэнд, а может, и того меньше. Быстро скажите, какую роль вы играли во всем этом деле вплоть до того момента, когда встретились с генералом Рутвеном. И поторопитесь!
– Возьмите нас отсюда! – простонал он. – Здесь совсем нет воздуха! Здесь нечем дышать! У меня болят легкие. Я не могу… я не могу дышать, – он не преувеличивал. Испорченный воздух с хрипом входил и выходил из его горла при каждом вдохе и выдохе с частотой нормального сердцебиения. – Я не могу говорить… я просто не могу говорить…
– Говорите, будьте вы прокляты, говорите, – Ройял сзади схватил Вилэнда за горло и начал трясти взад и вперед, пока его голова не стала вертеться, как у сломанной куклы. – Говорите! А может, вы хотите умереть, Вилэнд? Вы решили заодно и меня погубить? Вы думаете, что я хочу погибнуть из–за вас? Говорите же!
И Вилэнд заговорил. Менее чем за три минуты натруженного дыхания, кашля и удушья он рассказал мне все, что я хотел знать. Рассказал, как он договорился с кубинским министром военно–воздушных сил, что тот предоставит в его распоряжение самолет, простаивающий целыми неделями. Рассказал, как подкупил офицера, который заведовал радарной станцией на Западной Кубе, как подкупил очень ответственного гражданского служащего в Колумбии, как были перехвачены позывные нашего самолета, как наш самолет был обнаружен в воздухе и сбит. Потом он рассказал, как поручил Ройялу ликвидировать тех двух человек, которые помогли осуществить задуманный план. Он начал говорить о генерале, но я жестом остановил его.
 
– Этого достаточно, Вилэнд. Идите, сядьте на место.
Я снова настроил прибор на максимум.
– Что вы делаете? – прошептал Вилэнд.
– Впускаю сюда немного свежего воздуха. Вам не кажется, что здесь слишком спертый воздух и нечем дышать?
Они переглянулись, посмотрели на меня, но промолчали. Честно говоря, я ожидал вспышки ярости, упреков и даже попытки нападения, но ничего такого не произошло. Ими все еще владел страх, который оставался доминирующей эмоцией. Они знали, что все еще полностью находятся в моей власти, что от меня зависит их жизнь.
– Кто… кто вы, Тальбот? – прокаркал Вилэнд.
– Пожалуй, вы можете считать меня копом, – я опустился на матерчатый стул. Не хотелось начинать довольно тонкую работу поднятия батискафа на поверхность, пока воздух не очистится полностью и полностью не прояснится мой разум. – Когда–то я был порядочным и честным человеком, который вместе со своим братом работал по поднятию со дна моря затонувших кораблей и самолетов. Мой брат – это человек, вернее то, что осталось от человека, сидящего на месте пилота, Вилэнд. Мы были отличной командой. Мы вдвоем подняли золото со дна моря у побережья Туниса и использовали свой капитал на то, чтобы создать свою собственную авиатранспортную компанию. Во время войны и брат, и я были летчиками и летали на бомбардировщиках. И у него, и у меня были лицензии на вождение гражданских самолетов. Наши дела шли отлично, Вилэнд… они шли отлично, пока мы не встретили вас. После того, как вы сделали это, – я ткнул большим пальцем в сторону разбитого, покрытого илом и водорослями самолета, – я снова вернулся в Лондон. Меня арестовали. Они решили, что я имею к этому какое–то отношение. Но вскоре все прояснилось, и лондонское страховое агентство Ллойда, потерявшее весь страховой пакет, наняло меня на работу в качестве специального следователя. Оно было намерено истратить нелимитированную сумму, чтобы вернуть хоть какой–то процент своих денег. А так как в этом деле были заинтересованы правительства Англии и Америки и были замешаны государственные денежные ресурсы, то за моей спиной прочно стояли оба эти правительства. Ни у кого никогда не было лучшей поддержки. Американцы даже пошли на то, что освободили от работы своего самого лучшего полицейского и полностью подключили его к этому делу. Как вы понимаете, этим полицейским был Яблонский.
Это сообщение потрясло Вилэнда и Ройяла. К этому времени ужас немедленной смерти частично отступил, они снова вернулись в реальный мир и могли по достоинству оценить то, что услышали от меня, и представить, как это отразится на их судьбах. Они уставились друг на друга. Потом перевели глаза на меня. Я не мог пожелать себе более внимательной аудитории.
– Итак, вы совершили грубейшую ошибку, джентльмены, – продолжал я. – Застрелить Яблонского было непоправимой ошибкой с вашей стороны. Одного этого вполне достаточно, чтобы отправить вас обоих на электрический стул: судьи не жалуют людей, которые убивают полицейских. Возможно, это не назовешь справедливым с их стороны, так как они должны быть абсолютно беспристрастны, на что поделаешь, именно так обстоит дело. Если убийство обыкновенного жителя еще может как–то сойти с рук, то убийство полицейского в любом случае требует самого сурового возмездия. Нам известно о вас вполне достаточно, чтобы отправить и того и другого на электрический стул полдюжины раз за все ваши преступления.