Гусары, молчать!. Тетралогия (СИ)

Ожидание чего‑то грандиозного – странная штука. Вроде и дождаться не можешь, постоянно посматривая на календарь. Но, стоит этому дню наступить, как ты оказываешься застигнутым врасплох.
В данном случае я говорю про раннее утро двадцать четвертое августа. Практически всё наше училище погрузилось в автобусы и поехало в аэропорт, дабы добраться до места проведения этого огромного турнира.
Подавляющее большинство руководства очень сильно удивилось, когда узнало, что в этот раз соревнование будет проходить не по разным районам. Нет, нас всех свозят в одно место, где мы и будем соревноваться.
Мне даже страшно представить, какое количество народа там будет. За свою жизнь я несколько раз принял участие в крупных тусовках. Да и то – это речь про футбольные матчи с полностью заполненными стадионами.
Мне, знаете ли, и этого хватило. Огромные толпы людей, бешеная атмосфера и нереальный заряд энергии. Пока что я только представлял, как будет выглядеть то место, куда мы направляемся.
Про саму локацию нам рассказали только перед посадкой в самолёт. Полковник, судя по его хитрому виду, и так всё знал, но до этого с нами не делился.
– Летим в Закавказье, всё будет там, – коротко проинструктировал он, не поясняя, что это – «всё».
Все вокруг шушукались, пытаясь понять, что изменится по сравнению с прошлыми соревнованиями, как местность и погода повлияет на их исход. Я же откровенно маялся дурью, то тихонечко дреманув, то рассматривая небо и землю из окна самолёта.
Ну а чем мне ещё заняться? Мало того, что я особо ничего не знаю про то, как всё это проходило раньше, так и в самом Закавказье никогда не был. Хинкали знаю и пробовал, грузинские лепёшки тоже оценивал пару раз. Могу назвать целых два города – Ереван и Тбилиси, которые знаю в той местности. Вот и всё, даже понятия не имею, относятся ли к этому региону Владикавказ и Махачкала.
Да, я – ленивая жопа, не буду ни с кем спорить. За последние время я настолько вымотался, что опять едва не перегорел. Благо, что умудрился сам себя словить в этом состоянии, буквально на самой границе своего нервного срыва. Ходил уже, хихикал как дурачок да пытался кровать найти на тренировочном поле, чтобы немного отдохнуть.
Было это не так давно – вчера. Так что я выписал себе парочку подзатыльников и определил сегодняшний и завтрашний день в качестве выходного. Вообще ничего делать не буду, отдыхать и расслабляться.
Дальнейшие попытки подготовиться ничего не дадут. Это как ночь перед экзаменом. Куда лучше поспать, чем сидеть и пытаться что‑то выучить. Это и для самого организма полезнее, и для нервов, да и ничего не получится запомнить в таком цейтноте.
Моя команда сразу нервничала, но мой максимально расслабленный и спокойный вид неплохо и на них отразился. Первыми успокоились Софья с Софией, а за ними уже начали приходить в себя все остальные.
Отлично, моральный дух команды очень важен. Особенно учитывая, что будет и какое‑то турнирное состязание, где могут принимать участие группы от пяти до десяти человек.
Надо, по – хорошему, почитать и начать прикидывать, что в нём делать. Но, нет, раз я сам себе запретил заниматься хоть чем‑нибудь в эти ближайшие два дня, то так и надо.
Узнаю не двадцать четвертого, а двадцать седьмого или тридцатого, есть разница? Сомневаюсь, что пара‑тройка дней может сыграть хоть какую‑то роль.
Летели мы чуть больше двух часов. Уже после приземления я увидел вывеску на русском языке «Международный аэропорт Тбилиси». Чуть пониже переводы на другие языки, не менее десяти, это точно.
Занятно, что и на этом мы не остановились. Нас посадили в весьма комфортабельные автобусы «МАЗ» и куда‑то повезли по широким дорогам.
Никто из нас не выспался. Легли вчера поздно, поднялись рано, в самолете получилось только чутка подремать. Так что весь наш автобус в пятьдесят человек погрузился в сон. Можно услышать, как муха по салону летает.
Я не выбивался из коллектива, уснув, едва спина коснулась мягкого кресла на заднем ряду сидений. Не знаю, каким образом Софья и София постоянно умудряются это делать, но мы вечно сидим вместе. В самолёте так посадили, вот и в автобусе они первыми заняли эти места.
 
Организм давно понял, что сон – самый ценный ресурс, так что он брал от жизни всё. Было три или четыре остановки около каких‑то туалетов, но я не поднимался и продолжал накапливать силы.
– Поднимайся уже, соня, приехали, – растолкала меня Софья.
– Мне сегодня ко второй…
– Подъём, кадет! – рявкнула девушка мне на ухо.
Блин, мозг понимал, что это Софья, он знает, где я сейчас нахожусь, осознаёт, что мы не в училище. Вот только за столь короткий срок обучения в Суворовском тело уже переняло некоторые инстинкты.
Так что я подскочил на месте, ударился головой о обшитую мягкой тканью крышу, из‑за чего меня откинуло назад на кресло, и стёк по нему обратно в сидячее положение.
– Твою мать… – вымученно выругался я, потирая макушку. Пришлось сразу же и «Восстановление сил» использовать, иначе шишка огромная будет.
– Идём, мы уже приехали, – потянула меня за собой девушка.
Пришлось подчиниться и выйти на белый свет.
– Ого, где это мы оказались? – задумчиво протянул я, оглядываясь по сторонам, едва мы выбрались из автобуса.
Перед нами раскинулось огромное поле, со всех сторон прижатое лесом. Заметно, что многочисленные дома и постройки на нем возведены совсем недавно. Ничего кирпичного или каменного, всё деревянное. Такое, что можно быстро собрать и разобрать. Дальше виднеются высокие горы. Не знаю, сколько до них идти, расстояние сильно искажается на таких дистанциях.
Про количество народа и говорить не буду. Стоянка транспорта расположена на высоком холме, так что рассмотреть всё можно очень хорошо. Снизу – самый настоящий муравейник. Такое чувство, словно здесь не соревнования проводить будут, а открывают огромный рынок, где можно купить всё, что угодно по самым низким ценам.
– …автобусы с курсантами из Суворовского училища! Нам достоверно известно, что на первом курсе учится сам сын императора. Взгляните, это может быть кто угодно… – донесся до меня чересчур радостный и живой голос.
Повернул голову в ту сторону – ух, черт побери, там десятки телекамер и репортёров. Все они, при этом, смотрят на нас, пытаясь вычленить самые удачные ракурсы.
– Слышишь? Тебя ищут, – пнул в я бок оказавшегося рядом Никиту.
– Ай, отстань, – беззлобно отмахнулся он.
Где‑то в середине августа Никита решил, что всем из нашей компании пора знать, кем он приходится местному императору.
– О, забавно, а мой дед – начальник твоей тайной стражи, – решил добить нас Коля столь «прикольной» информацией.
Я в тот момент пристально посмотрел на наших девушек, подозревая в них каких‑нибудь принцесс, не меньше. Не, семьи, как оказалось, относительно известные и богатые, но взрывного эффекта от этой информации не получилось.
Мы с парнями некоторое время переживали, как наши дамы отреагируют на такой исход событий. Не, мне по барабану, все и так знали, что я простолюдин, а вот Коля и Никита заметно волновались.
Оказалось, что делали они это зря. Девушки стойко восприняли эту новость и никоим образом не изменили свое поведение. Не буду говорить про мысли, их я пока что читать не умею. Буду надеяться, что мои «С» не решат переключиться на более важного господина, иначе я слегка расстроюсь.
– Жора, а куда нас привезли?
Нам повезло, около нас оказался один из двух выходцев из Грузии. Фамилия у него очень занятная, Джугашвили. Помню свою реакцию, когда впервые её услышал, тяжело было сдержать удивление. Потом я ещё и узнал, что его отца зовут Иосиф, причем он никто иной, как один из самых известных и влиятельных аристократов Грузии. Ох, времена, ох, нравы…
– Знаешь, я и понятия не имею. Слишком долго ехали, мы и не в Грузии, наверное, – разговаривает парнишка без малейшего акцента. Да и вообще, я ещё не слышал, чтобы кто‑то коверкал русский язык.