Гусары, молчать!. Тетралогия (СИ)
— Не было при вас такого, странно, что не помните. Ладно, полежите немного под нашим наблюдением, завтра лекарь придёт, глянет на вас, — покачал головой Демидович.
— Пить, есть… — окей, соврал, эти два желания куда сильнее, чем боль в горле, её можно и перетерпеть.
Начинаю понимать, что немного переоценил себя. Произнёс всего несколько фраз, а веки уже закрываются и дико тянет спать. Надо отдохнуть, вдруг память вернётся и принесёт мне что-нибудь важное?
— Варя, принеси парню бульона, ничего серьезнее ему нельзя, целую неделю без памяти лежал, — сурово приказал врач, возвращая на место моё единственное спасение в виде лёгкого покрывала.
Эта парочка удалилась, а я решил принять несколько более удобную позу. Не буду же я лесть лёжа, эдак и подавиться можно. Сесть получилось минуты через три, после чего я вытянул руки из-под простыни…
«Ёшкин кот», лишь на эти два слова хватило мой разум, когда я увидел мозолистые широкие ладони человека, явно привыкшего к ручному труду.
Нет, я никогда не был белошвейкой, все-таки инженер. Умел и кран поменять, и кабель соединить, да и лопатой мог помахать, даже картошку выкапывал. Вот только кожа на руках у меня оставалась гладкая и шелковистая, лишь по одной мозоли на каждой руке около среднего пальца, не больше. Тут же сразу видно, что эти огромные лапы годами держались за черенок лопаты.
Потерял руки и мне пришили чужие? Слышал я о чудах медицины, но не настолько же. Откинул белое покрывало — мать честная, мне голову пересадили на новое тело? Что за бредятина?
«О, зеркало», умудрился я разглядеть неподалёку то, что мне сейчас так необходимо.
Теперь у меня получилось подняться на ноги и не упасть. Идти, правда, пришлось по стенке, придерживая себя от падения, но добрался. Что только не сделаешь ради удовлетворения своего любопытства.
— Охренеть, — выдавил я, смотря на своё отражение.
Не, ноги и так едва держат, надо срочно возвращаться назад в кровать, иначе совсем откажут.
«Это что такое тут творится, мне нравилось моё старое тело, я столько лет доводил его до ума, голубые глаза и блондинистые волосы сводили с ума всех представительниц слабого пола, верните меня назад! Благо, что имя такое же осталось, оно меня вполне устраивало.»
Еды я не дождался, опять проваливаясь в какой-то странный сон, параллельно пытаясь понять, что за странный спермотоксикоз меня обуял…
Очень реалистичный сон, в который я провалился
— Лепота-то такая, — довольно произнес человек, только что вышедший из небольшой избушки.
Мимолетная улыбка померкла, выражение лица молодого парня стало максимально серьезным. На работу идти только так и надо, иначе нельзя. Решат, что шпион иноземный или дурачок подзаборный. Лучше, конечно, второй вариант, с дурня спрос небольшой, только репутацию потом не отмоешь.
«Весна…», мысленно повторил он про себя, спускаясь с невысокого крыльца. Узкие полусапоги удобно облегали ноги, на ногах — рабочие джинсы, на теле — льняная рубаха, под которой спрятана тонкая майка. Вид лихой, пусть лицо и суровое, словно его обладатель думает о чём-то вечном и очень важном.
Мимо прошел улыбающийся мужчина в полушубке.
«Странно, уже тепло. Ещё и улыбается… Точно шпион, надо срочно сообщить, пока соседи не донесли! Потом приедут, спрашивать будут, чего это я молчал?», встрепенулся парень, но потом заметил парочку суровых усачей в черных бушлатах, которые следовали за засланным казачком.
Один из них кивнул парню, «молодец, мол, вижу, все хорошо, иди дальше, мы все контролируем». Юноша выдохнул и продолжил свой путь.
«Опять на этом автобусе ехать», недовольно скривился он, проходя мимо ароматных бутонов цветов, которые уже начинают раскрываться и тянуться к солнцу.
«Ничего, пару лет отработаю, накоплю денег на своего ездового медведя, куда проще будет», провалился в мечты юноша, рассчитывая, сколько рублей он может откладывать с каждой зарплаты.
— Как же хорошо, — вновь отвлекся он размышлений, осматриваясь вокруг.
Природа могла лишь согласиться с такими словами. Поздняя весна, листочки ещё не раскрылись во всю ширь, но деревья и кусты уже радуют глаз своей зеленью. Многочисленные вишни и черешни, рассаженные вдоль невысоких деревянных заборов, белеют от обилия цветков. Кажется, что мимо пролетает целая тьма пчёл и ос, выбирая для себя наиболее ароматные и большие цветки. Не обойдут они вниманием и мелочь. Все ради того, чтобы выполнить свою миссию.
Он совсем недавно окончил университет, сегодня — важный момент, первый рабочий день! Не трактористом или пастухом, хоть это и уважаемо, а в институте, который занимается очень важными и секретными делами! Вчера пришлось столько бумаг подписать, что пальцам до сих пор неприятно. Придумают же гадости, нет бы чернильницу дать и перо, подсовывают какую-то…
— Ручка, это — ручка, — удивленно покачивая головой произнёс он вслух.
Что за название такое? Рука — вот она! Способна на многое, кто назвал эту пластиковую пишущую гадость — ручкой? С её помощью, разве, на медведя заберешься?
Да… Свой медведь, полезная и приятная животина! Мало того, что покупать навоз не надо будет у соседей, так сел и катись, куда и когда надо. Не требуется этих автобусов ждать, которые вечно переполнены и постоянно задерживаются. Под их расписание подстраиваться не придётся, живи, как тебе захочется, лишь почет и уважение получай от всех, кто на тебя смотрит.
Не зависть, нет! Не знает русский человек такого чувства! Только радость за ближнего своего, который исполнил мечту о личном мишке!
Парень кое-как втиснулся в автобус, попросив передать копейку за проезд. Таки уже не студент, работящий мужчина, пора, значит, и платить за себя.
Через шесть остановок стало куда просторнее, основной народ выбрался наружу, направляясь к огромному заводу, так что юноша умудрился даже на свободное место присесть. Перед этим, понятное дело, тщательно огляделся, чтобы не осталось стоящих на ногах детей, женщин и стариков. Не поймут люди, если какой-то наглец посмеет занять сидение, если кто-то из перечисленных стоит на ногах.
Ехать пришлось долго, целых сорок минут. Зато выходил парень практически в центре города. Часто тут бывал, но каждый раз не забывал восхититься высоченными стенами Кремля, многочисленными высотными домами, коих называют русским словом — небоскребами. Да, кажется, словно за их крыши вот-вот зацепятся низко летящие облака, повалив сооружение смелых людей на землю. Вот только юноша — грамотный, он знает, что облака — не твердые, так что ничего сделать этим домам они не смогут. Он верит, что однажды сможет подняться на самый верх и взглянуть на раскинувшуюся под его ногами Москву, любуясь любимым городом.
— «Научно-исследовательский институт физики и гражданского атома», — благоговейно прочитал парень.
Простой народ не любит сложных названий, так что вместо «НИИФиГА» это название сокращают до «нифига», но они сильно ошибаются, столь пренебрежительно обращаясь к этому комплексу сооружений. Именно это место и станет первой ступенькой юноши на пути к его мечте.
Жаль, что магических способностей в нем абсолютно не нашли, это помешало основному желанию парня отправиться служить в армию. Ведь там надо всего двадцать лет, чтобы дослужиться до штаб-ротмистра! Это — практически дворянское звание. Если повезет, то и ротмистра получишь, вместе с вручением дворянского титула! Куда больше почета и уважения.
Но… Не получилось, не срослось. Ничего страшного, должен же кто-то работать и в таких местах, благо, что точные науки всегда привлекали парня. Более того — этот институт находится под патронажем самих Романовых! Кто знает, вдруг получится что-нибудь важное открыть, тогда куда быстрее можно самым настоящим аристократом стать.
— Ну, с Богом, — перекрестился парень, толкнул тяжелые двери и вошёл внутрь.
— Имя, должность! — его немедленно остановил пожилой дядька, с недоверием всматривающийся в молодого пацана.