Избранная для демона (СИ)

Хоть у нее и был слабый дар, но все же она была магом. Магом, способным задержать их. И, возможно, мне и правда следовало бежать. Но я не мог оставить маму одну… Я поднял руки вверх, якобы в жесте того, что я сдаюсь.
— Все хорошо. Я пойду с вами, только маму не трогайте. Хорошо?
Псевдо стражники переглянулись и кивнули.
— Нам нужен только ты.
С поднятыми руками я стал подходить к ним, продумывая, что мне делать. Я ведь не мог сдаться просто так… Я резко ударил по лицу близжайшего из мужчин, и ногой ударил в грудь второму.
— Беги, мама! — закричал я.
И мама рванула по коридору. Подхватив у одного из стоящих рыцарских доспехов шлеш, который весил немало, я ударил первого. И он отключился. Второй же поднялся, пошатываясь.
— Ну ты… — и он грязно выругался. — Убью тебя!
Он кинулся на меня, начиная плести заклинание. Но я не дал ему это сделать, размахивая шлемом и пытаясь отвлечь его вниманием. Между нами завязался рукопашный бой. Я ушел от нескольких ударов стражника, и со всей силы двинул ему шлемом по лицу. Он отшатнулся, сплюнув выступившую кровь. Черт, да когда же он вырубится! Я замахнулся и бросил ему в голову шлем.
— Лекс, пригнись! — услышал я окрик мамы.
Я сел, закрыв голову. Пока я отвлекал этого стражника, мама смогла собрать достаточно силы для одного мощного заклинания, которое вырубило псевдо стражника.
— Бежим! Они скоро очнутся!
Я схватил маму за руку, и мы вновь побежали по коридору. Но буквально через пару поворотов нас встретило уже четверо мужчин. Маму вырвали из моих рук и оглушили.
— Мама! — закричал я.
Но в следующий миг мой мир погрузился в темноту.
Когда я очнулся, голова нещадно болела. Подняв руку вверх, я обнаружил, что у меня по лбу и виску что-то теплое течет. Да, это была кровь. Меня просто ударили по голове, оглушив. Уроды. Я осмотрелся, обнаружив, что я нахожусь прямо возле центрального входа в замок. Солнце было уже высоко в небе, значит день был в самом разгаре. Я сидел в железной клетке, вокруг которой стояли несколько мутных демонов, которые отбивали атаки наших стражников. Вокруг происходила драка. Бились наши стражники против захватчиков. В какой-то момент возле моей клетки остановился мужчина, которого я прекрасно знал. Это был лорд Азраель. Он был из одного из древнейших и могущественных родов огненных демонов. Их род тоже был связан с королевской ветвью. И он давно метил на место моего отца. Он хмыкнул, глядя на меня.
— Посмотрим, что для твоего отца важнее? Трон или ты? — и он рассмеялся.
В его руке появился меч, который он приставил к моей шее.
— Варнок, останови свою стражу! — громогласно объявил он.
Стража и оппозиция замерли, глядя на нас. И только тут я смог разглядеть отца, который стоял возле ворот. Он отбросил от себя одного из демонов, замерев.
— Скажи, король, что же тебе дороже — трон или твой сын? — произнес Азраель.
— Ты смеешь меня шантажировать?! — закричал отец.
Я закрыл глаза, надеясь лишь на то, что Сеймунд передаст мою записку Амелии. Моей любимой Амелии, которуя я точно никогда больше не увижу.
— У тебя три секунду. Раз… Решай, Варнок… Два… Три!
Азраель замахнулся и в этот момент его сбила волна воды, которая смела и остальных демонов, которые окружили меня. А в след за водой пролетело несколько огненных шаров, которые сбили остальных. Пораженно повернув голову я увидел тех, кого совсем никак не ожидал увидеть. Амелия, Сеймунд и Лени спешили ко мне…
  
Глава 29. Амелия
 
Когда мы с Лени зашли в аудиторию возникла полная тишина. Все пораженно смотрели на меня. Мы медленно прошли к нашему месту.
— Ребят, пожалуйста, не смотрите на меня так, будто я сделала что-то ужасное, — произнесла я, присаживаясь.
— А разве это не так? Ты встречаешься с огневиком? При том уже давно! — возмущенно произнесла Эмили.
— Да, я встречаюсь с ним. Но совсем недавно. И… я не вижу в этом ничего плохого.
— Огневики наши враги! — с жаром произнес Эван.
— Да не враги они! Лишь соперники. Никто же всерьёз не воспринимает наше с ними противостояние… Да шутки, да подколы. Но мы же не на смерть с ними сражаемся, — в том же тоне ответила я.
 
Ребята возмущенно загалдели, продолжая доказывать мне, что я поступила ужасно. Я опустила голову, понимая, что еще немного и я расплачусь. Лени резко встала, хлопнув ладонью по столу.
— Вы, друзья, блин! Какая вам разница, с кем она встречается? Она любит его, а он её. И вы должны молча радоваться и улыбаться ей! Не каждому дано встретить свою любовь! Да, он огневик, да они очень разные! Но к чему эта ваша злость? Вы знаете, как ей плохо было? Нет. Вы знаете, что она к нему чувствует? Тоже нет. Так почему вы говорите, что она в чем-то виновата. Она просто любит. И она счастлива с ним. Разве вы, как друзья, не должны порадоваться за нее? Как это сделала я…
Лени улыбнулась, положив руку мне на плечо.
— Не осуждайте её. Любовь не может быть плохой или хорошей. И если уж она полюбила огневика, то мы просто должны за нее порадоваться. Никто же не говорит, что это отменяет наши шуточки над огневиками, — усмехнулась подруга, присаживаясь обратно.
Я развернулась и крепко обняла её, понимая, что она стала одним из самых близких моих людей. И даже если сейчас все от меня отвернуться, у меня будет самая лучшая на свете подруга.
— Извини… Амелия. Мы правда отреагировали не совсем корректно, — внезапно произнес Жан.
— Да, просто… Это было для нас шоком. Поэтому мы слегка… взбесились, — поддержал его Краин.
Я улыбнулась, почувствовав, что у меня текут слезы по щекам.
— Ребят, это же ничего не меняет в нашей дружбе. Да, мой парень огневик, но вы не обязаны с ним общаться. Но я не хочу вас терять, — произнесла я.
Эмили подошла ко мне.
— Он правда делает тебя счастливой? — серьезно спросила подруга.
Я кивнула. Эмили выдохнула и улыбнулась.
— Хорошо. Только передай ему, что если он тебя обидет, я лично его утоплю, — произнесла она, сняв этой фразой напряжение.
Все рассмеялись. А дальше все жаждали подробностей, что, когда и как было…
***
Вчера мы просидели с ребятами до позднего вечера, обсуждая все на свете. Почти каждый вспомнил о своей бывшей любви, о том, какие и у кого были отношения. И все ребята приняли мои отношения, пообещав, что мы с ними останемся друзьями. Только Джек… с Джеком мне так и не удалось поговорить. Но Жан сказал, что попробует поговорить с ним сам. Сейчас же я собиралась на завтрак, в надежде, что увижу наконец Лекса. Как и сказал, вчера мы с ним больше не увидились. Мы с Лени шли к столовой и тут нас догнал запыхавшийся Сеймунд.
— Амелия, постой, — попросил он.
Мы с Лени остановились. И я напряженно посмотрела на парня, внезапно почувствовав тревогу.
— Лекс попросил передать это тебе, если он не вернется к утру.
Сеймунд протянул мне записку и коробочку.
— А где он? Почему он не в Академии? — спросила я.
— Он… вернулся домой. Он хотел поговорить с отцом. Сказал, что если до утра не вернется передать это все тебе. Я сам переживаю, от него больше никаких вестей. Но если он вернется, я отправлю его к тебе, — произнес он и пошел к столовой.
Мы с Лени присели на поддоконик.
— Ну, что там? — спросила Лени.
Я медленно открыла записку.
— Дорогая… нет, любимая Амелия. Я вернулся домой, чтобы постараться убедить отца, что нам необходимо менять порядки в жизни демонов. Не знаю, к чему это может привести и вернусь ли я… Но я хочу, чтобы мы могли быть вместе не опасаясь ничего. Чтобы мы могли жить вместе, любить друг друга. И я постараюсь сделать все, что смогу. Не знаю, сколько пройдет времени, прежде чем мы снова увидимся с тобой… — на этом моменте мой голос дрогнул.
По щекам потекли слезы, и я просто опустила руку с запиской. Лени подхватила ее.
— Не знаю, сколько пройдет времени, прежде чем мы снова увидимся с тобой. Но я хочу, чтобы ты знала, что ты самая светлая, самая нежная, самая добрая девушка, которуя я знаю. Ты — моя судьба, моя избранная. В коробочке украшение, которое принадлежало моей матери. Я хочу, чтобы оно осталось у тебя и напоминало обо мне. Я не говорил этого тебе, но я хочу, чтобы ты знала… Амелия, я люблю тебя… — дочитала подруга. — О, боги мои…