Особо опасен (СИ)

Нет, я не против, чтобы и из второго джипа тоже начали палить куда попало. Велик шанс, что они попадут по своим.
Шанс, шанс… Проклятье рода человеческого этот шанс. Один шанс на сотню миллионов есть у ловкого сперматозоида, чтобы появилась новая жизнь. И это только приблизительные расчёты. Процент детей, что умерли во время родов — один к ста. Ну а дальше, процент выживаемости становится всё ниже и ниже.
Вот, например, сейчас у нас шанс выжить один к одному. Или как тут говорят: «Фифти-фифти». Пятьдесят на пятьдесят. Либо нам удастся выжить, либо нет. Ну а третьего — не дано…
* * *
Я решил, что кучность стрельбы из калаша очередями на ходу из машины, которая то и дело подпрыгивает на камнях и виляет из стороны в сторону — крайне мала. Пустая трата боеприпасов. Хотя снова в голову забирается шальная мысль, что шанс попасть более велик, когда производишь больше выстрелов за раз. Но, как я помню, автомат ещё и немного уводит при стрельбе очередью… Не хочу проверять это именно сейчас. Для стрельбы из Ремингтона — дистанция пока ещё слишком велика. Я взял в руки Марлин и высунулся в левое боковое окно задней двери. Я — правша, так что стрелять из правого окна мне несподручно.
Целиться было практически невозможно, поэтому я просто навёл ствол более-менее в нужном направлении и стал стрелять. Один выстрел. Второй, третий… Видимого результата и каких либо повреждений, нанесённых мною преследователям, я так и не заметил.
Зато на ближайшей кочке, а может на большом камне, хрен его знает… Но нашу машину тряхнуло так, что винтовка, как живая вырвалась из моих рук, чуть не ударив меня в лицо. При этом больше всего пострадал указательный мой палец на правой руке. Чудом его не оторвало, и лишь только дёрнуло, но так сильно, что я аж зашипел от боли.
Ну, а Марлин, как своенравная рыба в произведении Хемингуэя, словно бы сорвался с лески, и выскочив из моих рук, заскакал в дорожной пыли, отдаляясь от меня
Слов не было. Один матюки извергались из меня. Причём все, исключительно на великом и могучем, ибо никакой другой язык не мог передать моих крайне отрицательных эмоций…
Я тряс рукой, пытаясь унять тянущую боль в пальце. Но как мне кажется его слишком сильно дёрнуло винтовкой. Боюсь, что он скоро опухнет, как сарделька.
Я сгибал и разгибал палец, несмотря на боль, пытаясь восстановить его нормальную работоспособность… Тренер так нас учил, приговаривая: «Борцу — не больно! Борцу — приятно!»
Ну, что сказать… Иногда даже помогало. Но, кажется, не сегодня. Похоже на вывих. Или нет… Скорее, растяжение. При вывихе я вряд ли мог бы так сгибать и разгибать палец, даже несмотря на боль.
Вот, что за херня такая? Наш шанс отстреляться и оторваться от погони, тает на глазах.
Я взял в руки автомат. Но, учитывая опыт потери винтовки, сразу же перекинул ремень через шею. На всякий случай.
Снова высунулся в окно и стал стрелять короткими очередями, нажимая на спусковой крючок средним пальцем.
То ли автомат оказался более точным инструментом, то ли сила среднего пальца помогла… Не зря же именно его показывают в оскорбительном жесте с сексуальным подтекстом. Но на этот раз, как мне кажется, я попал.
Морда джипа окуталась паром, и преследующая нас машина стала замедлять ход. Похоже, что мне всё-таки удалось повредить радиатор и вывести из строя систему охлаждения. Не остановишься вовремя и движку каюк.
Минус один…
А жизнь-то налаживается. И шансы снова обретают смысл.
* * *
Хочешь рассмешить бога? Обрадуйся первой же удаче. Тогда шанс, что за ней последует следующее везение, стремительно падает вниз.
Заднее стекло нашей машины рассыпалось вдребезги, осыпая нас с Джеком мелкими квадратными осколками, а по машине простучало несколько раз от металлического звука попавших в неё пуль.
Похоже, что стрелку стало удобнее стрелять, когда их машина остановилась на обочине. Меткий, зараза…
Ладно. Зато теперь и мне стрелять будет гораздо удобнее. Не надо высовываться в боковое окно. Я устроился поудобнее, оперев автомат на заднее сиденье, и целясь в открывшейся зев заднего окна, высадил в наших преследователей остаток патронов в магазине.
 
Дорога в этом месте изгибалась, уходя в горы. Начинался более крутой подъём. Преследователи скрылись за поворотом. Я выдохнул, хотя и понимал, что эта пауза протянется не слишком долго.
Но нет ничего приятнее в бою, чем эти маленькие передышки. Хоть на секунду другую, но можно расслабиться. Перезарядить магазины, выкурить сигарету, выпить воды…
Ну, что же… Не буду терять время. Я вынул из автомата пустой магазин и стал его наполнять новыми патронами…
 Глава 5 
Глава пятая.
Вооружён и очень опасен. Часть вторая.
31 августа. 1974 год.
США. Штат Монтана. Где-то в горах…
Сколько прошло времени, как позади нас снова показался армейский джип, я не засекал. Но когда я опять увидел преследователей, у меня на лице даже появилась ироническая усмешка. Вы видели когда-нибудь пассажирский поезд на просторах Индии, облепленный пассажирами со всех сторон. Висят на подножках и сидят на крыше вагонов. А то что творится внутри, наверняка даст фору пресловутым селёдкам в бочке.
Маленький армейский джип был облеплен военными. Во все стороны торчали стволы винтовок. И несколько из них палили в нашу сторону. Эффективности от этого я пока не заметил. Наши машины скакали как горные козлу по скалам. Но я решил тоже поучаствовать в этой вакханалии. Снова упёр автомат о сиденье и стал постреливать в ответ. Но, похоже, что с тем же успехом. Хотя я иногда замечал, как от камней и скал, высекая искры, отлетают куски горных пород. Не исключено, что ущерб от каменного дождя может быть даже больше, чем от пуль. Я снова разрядил магазин и перевернув спарку, снова перезарядился. Боюсь, что привычка стрелять средним пальцем останется у меня надолго. Указательный палец уже слегка опух и не участвовал в процессе.
Дальнейшее действие напоминало американский мультик про гангстеров и полицию. Одни гонятся за другими, с обоих сторон стреляют без остановки, но никакого воздействия это не оказывает ни на тех, ни на других. Погоня продолжается, по-прежнему под звуки выстрелов. Создаётся стойкое ощущение, что и те, и другие стреляют холостыми, как это принято в кино, при съёмке фильма.
Ощущение пропало, когда мой водитель, про которого я уже даже стал забывать, вскрикнул, а наша машина вильнула. На то, что по корпусу Вагонера простучал свинцовый град, я уже даже и не обратил внимания. Да и чего беспокоиться от таких мелочах? Но похоже, что Прайора подранили. А это плохо.
— Ты ранен? — спросил я его.
— Да. Так… Задело слегка… — мужественно ответил доходяга Прайор.
Машина снова выровняла ход.
— А чего ж тогда ты так орал?
— От боли… От неожиданности… У меня такое в первый раз…
— Поздравляю с потерей телесной девственности, Джек!
— Убей их, Айвен!
— Я стараюсь… Но эти гады крутятся, как змея на горячей сковороде.
Техник-сержант снова зашипел от боли, когда машину снова тряхнуло.
Ты чего там шипишь?
— Так больно же…
— Терпи!
— А куда я денусь.
Он ещё и шутит. Шутник, твою мать…
* * *
Я снова прицелился. На этот раз решил попасть в водителя. Может, хоть это, хоть ненадолго, но приостановит пыл догоняющих нас вояк. Но в момент выстрела, нашу машинку опять слегка подбросило на камне, и пуля полетела совсем не туда, куда я планировал.
Что бог не делает, всё к лучшему, как говорится…
Кажется, я умудрился пробить им левое переднее колесо. Джип наших преследователей резко вильнул в сторону скалы и врезался в каменную стену. И это им ещё повезло. Попади пуля в правое переднее колесо, они бы нырнули в другую сторону и улетели бы под откос в небольшой каньон, на дне которого текла какая-то речушка.