Особо опасен (СИ)

В конце концов федералы победили. Кто-то из индейцев был убит, кого-то посадили. Практически, это было последнее вооружённое восстание индейцев в Соединённых Штатах
Вот там-то и погиб муж Туси, звали его Белый Орёл.
Услышав эту историю, я вроде бы должен был проникнуться трагедией этой девушки и её мужа. Но мне сразу вспомнился карикатурный индеец, рекламирующий в девяностые годы водку «Белый орёл». Хотя индеец из того клипа по своей наполненности дешёвым алкоголем больше подходил на роль мужа Ани, раздавленного колёсами большегрузного трака. Я сам лично ту водку даже не пробовал никогда, но падающий индеец, заявивший перед тем как упасть «Я — Белый Орёл», запомнился.
А пока я приводил себя в порядок, кто-то позаботился о том, чтобы привезти мои вещи, оставленные мною в пещере. Аня уже суетилась, кидая грязную одежду в ту же воду и в ту же бадью, в которой я до этого мылся. Нормально тут у них всё. Просто и незатейливо.
Без какого-то излишнего стеснения, сёстры разбирали мои сумки. Одежду. складывали отдельно. Патроны и деньги тоже отдельно. Несмотря на большое количества денежных купюр, девушки не высказали никакого удивления. Больший интерес у них вызвали шмотки, особенно те, что остались от Лолиты. Даже спросили у меня, зачем я вожу с собой женские вещи…
Объяснил, что остались от подруги, которая погибла. Они отнеслись к этому спокойно. Видимо смерть для них такой же обычный элемент жизни, как рождение, взросление и старение.
Предложил им забрать себе все вещи, что им понравятся. Обрадовались… Ну, прям, как дети.
А я сидел с полотенцем на бёдрах, и грустил… Опять вспомнил Лолиту, и снова корил себя, что не уберёг бедную девочку.
* * *
Вечер закончился сытным ужином. Ну, а после… Что после?
Дом, в котором жили сёстры, не был большим, и спальня у них была одна. И кровать была одна, но большая. Девушки не были красавицами, но их красотой была молодость, стройные фигурки и весёлый задор. В общем, до того момента, когда я заснул, сёстры вымотали меня так, что я не просто заснул, а провалился в нирвану, и уплыл куда-то далеко-далеко.
Раннее утро 03 сентября. 1974 год.
США. Штат Монтана. Индейская резервация Блэкфит.
Я по натуре ни фига не жаворонок. Типичная сова. Но сейчас, когда я проснулся, было рано-рано… Мне было так хорошо, просто так валяться, раскинув руки на широкой кровати.
Я один? А где все? Вчера тут было весело на этой кровати, как сейчас помню. Я потянулся… Природа звала немедленно встать и двигаться в известном направлении, чтобы освободить организм от лишней влаги…
Как же хорошо-то… Я улыбнулся солнцу. Он послало мне в ответ несколько ярких лучей, и я чихнул, от этого яркого света.
— Айвен! Иди завтракать!
Это Ани. Я уже научился различать сестёр даже по голосам. Они были одинаковые, и одновременно разные. Ну, прямо, как мы с Лёхой.
Похоже, что обе сестры были ранними пташками. Они сидели напротив меня и смотрели, как я ем. Есть у женщин такой бзик: «Накормить мужчину.» Взгляды у них были какие-то игриво-загадочные. Кажется, что я вчера сделал что-то не то? Или наоборот, что-то такое, чего они от меня не ожидали. Блин… А я даже особо не помню ничего такого. Вроде всё, как обычно.
Тьфу! Дурак… Я же вчера с ними… И с чего я вдруг так завёлся?
Завтрак был сытным, а взгляды у девочек почему-то голодными. Они что, ещё не завтракали? Или у них тут принято, как во всяком патриархальном обществе, что сначала есть мужчина, а потом уже и женщины. Надо бы потом уточнить этот вопрос.
Выяснить у сестёр мне ничего не удалось, так как почти сразу после завтрака прибежал мальчишка и передал, что меня ждут в доме вождя.
Я вспомнил вчерашний допрос и понял, что нынче будет продолжение банкета. Почему-то мне захотелось придти к вождю не с пустыми руками. Помнится, так было принято раньше. А почему бы и нет.
 
У меня есть деньги… Но идти в гости с деньгами, как-то это пошловато выглядит. Хотя… Они тут не так чтобы очень богато живут. Слышал, что большинство получает всего-то баксов сто или сто двадцать, как пособие по бедности. Так что у меня в сумке валяется примерно полугодовой бюджет всего этого посёлка. Чёрт… Надо бы ещё и сёстрам подкинуть. Думаю, что тоже будут не лишние.
Да… Деньги-дребеденьги? Да и хрен с ними. Легко пришли, легко ушли… Но идти к вождю только с деньгами, всё-таки как-то не очень удобно…
О! А это мысль…
Я достал оружие, разложил на кровати, и тут же принял решение. Минут через пять я был готов идти на аудиенцию, и тут же столкнулся с новой проблемой. А в чём я пойду?
Девчонки вчера замочили всю мою грязную одежду, и я не знаю, постирали они уже её или нет… А если и постирали, то успела ли она высохнуть…
Туся в один момент решила мою проблему. Она принесла мне одежду её погибшего мужа. Я примерил, и оказалось, что всё в пору. Тем более, что вместо застёжек на этой индейской традиционной одежде из кожи, были ремешки, которые легко подгоняли костюм по фигуре.
Я вспомнил, как хотел сделать себе спецжилет под шесть пистолетов сразу и тут же озвучил свою идею Тусе. Она почему-то была в восторге от моей задумки. Даже не знаю почему… Может, потому что я поручил ей важное задание? Неужели тут, как в фильме «Белое солнце пустыни»: — Господин назначил меня любимой женой!
Ладно… Потом будем со всем этим разбираться. Я обсудил с Тусей, где должны располагаться пистолеты на жилете, а где запасные магазины. Минут пять с ней с этим провозились.
А потом я понял, что раз вождь вызвал меня к себе, то пора бы уже и поторопиться.
Из моей бывшей одежды, на мне были только кеды, так как мокасины мне не приглянулись почему-то. Может потом привыкну и к ним, но пока, я чувствовал себя в мокасинах, как босой в шерстяных носках…
Прихватив сумку и подарок для вождя, я направился на важную официальную встречу.
 Глава 12 
Глава двенадцатая.
Kowánn-máskwa — друг индейцев.
03 сентября. 1974 год.
США. Штат Монтана. Индейская резервация Блэкфит.
Картину можно было назвать: «Те же и там же». Было ощущение, что со вчерашнего дня ничего не изменилось в этом дома. Всё так же, как статуя самому себе восседал старый индейский вождь. То же самое место, что и вчера занимал и Джон.
— Почему ты пришёл к вождю с оружием? — с порога спросил меня рейнджер.
— Это оружие с моей Родины в подарок вождю. — ответил я. — К тому же, можешь посмотреть, оружие не заряжено. Патроны я принёс отдельно, в сумке.
Суровый взгляд, направленный на меня и напряжённый до этого момента, изменился. Двумя руками, с небольшим поклоном, я протянул старому индейцу автомат.
Статуй немного расслабился и принял мой подарок. Посмотрел на гениальное произведение Калашникова, а потом передал его рейнджеру.
Я думаю, что Михаил Тимофеевич одобрил бы мой поступок. Подарить автомат хорошему человеку — дело доброе.
Хуже, когда это чудо-оружие попадает в плохие руки.
Я протянул рейнджеру тяжёлую сумку.
— Здесь патроны и запасные магазины к автомату. А ещё… — я достал несколько пачек долларов. — Это я тоже хотел бы подарить вождю. Думаю, что эти деньги пригодятся вашему народу.
Рейнджер перевёл мои слова старому индейцу, и тут же перевёл мне вопрос от вождя.
— А это честные деньги?
— Не бывает плохого оружия. — ответил я. — Убивает не оружие. Убивает человек. Не бывает плохих денег. Деньги можно потратить на что-то плохое или наоборот на что-то нужное и правильное.