"Фантастика 2024-20.Компиляция. Книги 1-2 (СИ)

— Я его знаю! — воскликнул Дан. — Но ведь он священник?
— Разве элбан, становясь служителем священного престола, лишается рук и разума? — прищурился Матес. — Да и слухи кое-какие доходят, что нет больше священного престола.
— Как это — нет?! — не понял Негос.
— Вот так, — нахмурился Матес. — Храм разграблен раддами, первосвященник смещен императором и даже казнен. Но об этом чуть позже. Поговорим, когда слухи сменятся рассказами очевидцев. В любом случае для каждого элбана наступает момент, когда он должен прислушиваться не только к чьим-то советам и требованиям, но и к самому себе! Итак, пол-лиги нари, анги, васты, свары, горожане и жители равнины — всех вместе уже больше лиги! Прибавьте сюда еще семь вармов ари, три из которых те, что сошли с моих кораблей, а четыре прибыли из Адии.
— Из Адии? — вскочил на ноги Пекраст. — А не носят ли они таких высоких шапок? И не принесли ли они на носилках нового мертвеца, чтобы поклоняться ему и приносить жертвы?
— Скажи мне, Пекраст, — задумчиво проговорил Матес, — разве Лигии нужен враг на западной границе? Или ты думаешь, что ари Адии могли противостоять демону и собственным колдунам, если им не смогли противостоять нари Лигии? Ты почувствуешь себя отмщенным, если эти четыре варма смельчаков сложат свои головы при штурме Эйд-Мера, сражаясь, кстати, с тобой в одних рядах?
Пекраст пробормотал что-то и сел.
— Вот этого я боюсь, — негромко сказал Матес. — Со многими элбанами я говорил и многое понял. Тот демон, что властвует над Дарой, не будем называть его имени, прошел по всей равнине Уйкеас, перевалил Горячий хребет и добрался до Адии. Еще до того как другой демон вселился в мощи Барды. И вот результат этого похода. Только бургомистр вольного города, свары и крестьяне с равнины устояли перед ним. Оган отличился непреодолимым упрямством и верностью городским законам или демон увидел Чаргоса и не решился раньше времени привлекать к себе внимание, тем более что Валгас уже свил вражеское гнездо в вольном городе, но магию свою демон над Эйд-Мером до времени не простирал. Сварский король и обычные свары слишком предприимчивы, чтобы променять нынешнее благополучие на магические посулы. Крестьяне на равнине разбросаны по деревням, а вот все остальные… Тан вастов оказался при смерти, а танка под воздействием чар этого демона лишилась разума. Она погнала вастов сначала на бастионы нари, а потом на Сварию, уничтожив по пути городок Лингер и множество деревень, а затем погубив собственную армию под стенами Кадиша. Князь ангов Крат сочетался браком с раддской принцессой, которая лишила его не только разума, но и жизни. Поселения ангов оказались разорены, а сам Индаин уцелел только чудом. Эйд-Мер, вольный город, в котором всякий элбан находил убежище для себя, в итоге все-таки был захвачен серыми воинами. Они же орудовали на равнине, уничтожая всякого, кто уцелел от похода вастов. Лигские нари вскоре начали громить и так ослабленных вастов. Не этого ли добивался демон? Безжизненная равнина, редкие жители которой смотрят друг на друга с ненавистью?
— Что же изменилось, если ари Адии осмелились присоединиться к нам? — удивился Негос.
— Верховный жрец Тохх убит, — торжественно проговорил Матес. — А вместе с ним и большая часть его помощников, лучшие маги из тех, кто отправился на помощь колдунам раддского короля! Большего я не скажу, потому что не знаю и сам. Есть вести, которые словно приносятся ветром, но не вызывают сомнений. Главное, что не только мы собираемся сразиться со слугами демона, и у кого-то это получается очень неплохо! Так или иначе, но в какие-то годы Адия осталась без постоянного давления жрецов, и вот четыре варма воинов очнулись и прибыли на равнину Уйкеас, чтобы искупить деяния собственных магов.
Пекраст молчал, уставившись в земляной пол.
— В любом случае воины-ари с нами, — продолжил Матес. — Под началом Хейграста почти две лиги воинов! Сейчас он расставил шатры в прямой видимости от оборонной стены Эйд-Мера. Наблюдатель со стены увидит только нари, все остальные не показывают и носа до темноты, а когда тьма опускается над равниной, зажигается лига костров. Пусть враг думает, что против него стоит огромная армия!
 
— И что это даст? — спросил Омхан.
— Ну уже то, что серые будут ждать штурма, не думая, что мы ударим им в спину, — улыбнулся Матес. — Нари даже сооружают баллисты недалеко от стены. Я представляю, как потешаются серые, даже оруженосец догадается, что ни одна из этих баллист не сможет разрушить укреплений! Более того, Хейграст отнес письмо к главным воротам, где пообещал держать осаду, пока захватчики не передохнут с голоду.
— Долго же ему придется осаждать Эйд-Мер, — почесал затылок Бруск. — Там запасов на несколько лет хватит. Хотя если Валгас до них добрался…
— Хорошо, — кивнул Негос. — Что-то уже доходит даже до сапожника. И все-таки есть ли надежда вернуть город?
— А вот это уже будет зависеть от нас, — сказал Матес. — Штурм будет ночным, этой ли ночью, следующей — неважно. Но поверьте мне, мы не будем к нему готовы следующей ночью лучше, скорее наоборот, противник может что-то заподозрить. Да и неладное творится в городе. Я был у его стен, из-за них доносится запах смерти.
— Так что же нам делать? — поднялся Пекраст. — Тот противник, что захватил Эйд-Мер, не из тех, что роняет меч от громкого окрика.
— Вот как раз без шума нам следует обойтись, — серьезно сказал Матес.
Алатель еще только коснулся гор, а отряд Негоса уже двигался навстречу своему первому и главному испытанию. Усердно крутили ворот банги, опуская в колодец воинов одного за другим. Наверху должны были остаться только двое нари и двое карликов, а именно здоровяк Мартус и Парк. Старик храбрился, но в конце концов признал, что может закашляться в самый ответственный момент. Мартуса же сразил довод, что никто, кроме него, не сможет поднять из колодца тяжелого элбана, если отряд столкнется с серыми и кому-то придется отступить из-за ранения.
Дан спустился по темному колодцу сразу за Матесом, Негосом и Фаргом, скользнул в неровное отверстие и оказался в высоком тоннеле.
— Тихо, — прошептал ари, держа факел опущенным, и аккуратно махнул рукой над головой. — Пройдем немного вперед.
Дан кивнул. Бледно-голубыми штрихами вдаль уходили тонкие нити. Чуть слышно шуршали обмотанные тряпками сапоги, постукивало заглушённое оружие. Негос дождался, когда последний воин окажется внизу, и коротко приказал двигаться друг за другом, не разговаривать, факелы не зажигать и не пытаться достать потолок, в противном случае этот подземный ход может оказаться длинной могилой. Ответом было молчание. Каждый уже знал, что он будет делать в городе, и желал только одного, чтобы та задача, которая ему предстоит, начала выполняться как можно быстрее.
— Я иду первым, потому что хорошо вижу в темноте, — повторил, чтобы слышали все, Негос. — До города меньше дюжины ли. Со мной Фарг, Дан и Матес. За нами чуть в отдалении идут воины-ари, Силба, Райба, Баюл, Омхан и Бруск. Нари ведет Пекраст. Выступаете, досчитав до варма. С вами остальные банги, а также Дарлин и Гринш.
— Помоги нам Эл, — прошептал Матес и погасил факел.
Все последующее навечно отпечаталось в памяти Дана одной из самых страшных ночей. Тоннель показался бесконечным, хотя потом выяснилось, что отряд прошел его еще до полуночи. Очень скоро Дан почувствовал, что темнота, показавшаяся ему сначала непроглядной, на самом деле имеет глубину, объем и не поглощает силуэты, а состоит из них. Он словно научился видеть во мраке. Правда, помогал ему в этом не отсутствующий свет, а напряжение, сосредоточенность тех, кто шел впереди и позади него. Дан так и видел волю и пробивающиеся сквозь нее опыт и груз прожитых лет Матеса, печаль и напряжение Негоса, затаенную боль и ненависть Фарга. Над головой все так же змеились едва заметные голубые линии, в лицо ударял сухой, прохладный воздух, но сквозняка не было. Просто время от времени под ногами хрустел песок и мелкие камни или еще что-то, а воздух становился свежее, что подсказывало — над головой отдушина. Ловушек больше не обнаружилось — то ли новые хозяева были слишком уверены в себе, то ли та, устроенная ими под мостом, в самом деле считалась непреодолимой.