"Фантастика 2024-20.Компиляция. Книги 1-2 (СИ)
«Три варма шагов, — с ужасом подумал Дан. — Если у врагов есть луки, они успеют истыкать его стрелами! Почему он все еще идет? Мантия!» — обожгла голову догадка. На нем мантия, о чудесных свойствах которой говорил Лукус!
Колдун резко взмахнул руками, и на пути Саша встала стена огня. Саш прошел ее насквозь.
— Морок! — прошептал Дан и с ужасом понял, что огонь был настоящим.
Черная полоса выжженной травы осталась там, где только что бушевало пламя. Дымилась перевязь меча Саша. Бешеным лаем разразился пес, не в силах оторвать лапы от земли. Колдун вновь взмахнул руками, и над землей закрутился смерч. Вытянулся пыльный столб. Взмыли в воздух обгоревшие ветви смарага. Поднялись и закружились в устрашающем танце обломки камней. И сквозь это мельтешение Дан увидел, что Саш все так же спокойно продолжает идти по светлому тоннелю, трава в котором остается неподвижной, воздух прозрачным, смерч же бессильно бушует прямо над его головой. Вновь взмахнул руками колдун, и пятеро всадников, как пять черных птиц, обнажив клинки, помчались вниз по склону. Саш поднял руку, ухватился за рукоять меча, выдернул его, когда первый всадник был в полудюжине шагов. Вряд ли враги разглядели собственную смерть, если Дан ничего не смог разобрать. Только вспышки неразличимого клинка и туманные силуэты рук мелькнули вокруг Саша, и вот уже один за другим покатились в траву мертвые авглы и с испуганным ржанием помчались в сторону леса лошади. Колдун вновь раскинул руки в стороны, вскочил на седло ногами, изогнулся, превратился в бесформенный темный ком, издал наполненный ненавистью полукрик-полуклекот и, взмыв в небо, помчался на север мрачной черной птицей.
— Саш! — заорал, почувствовав облегчение в скованных мороком членах, Хейграст и погнал коня на вершину. Вскочил на коня Тиир. Вытянулся в прыжке Аенор. Торжествующий клич дерри издала Линга. Друзья торопили коней к Сашу, который удерживал под уздцы черного красавца коня перекинувшегося колдуна.
— Саш! — Дан, пробравшись между друзьями, захлебываясь от радости и восторга, схватил его за руку и в одно мгновение увидел и пот, покрывающий лицо, и пятна ожогов на лбу. Дрожащие от изнеможения руки. Бледные, без кровинки, губы. Мутные глаза.
— Все, все хорошо, — бормотал Саш, отвечая на дружеские рукопожатия. — Все хорошо. Хейграст, Лукус, Дан! — Смотрите!
Дан обернулся и увидел в туманной дымке широкую ленту Силаулиса, с северо-запада подходящую к мерсилвандскому утесу, узкую ленту впадающего в эту реку Крильдиса и далеко-далеко на северо-востоке, над самым горизонтом, белый с красными сполохами шпиль далекой вершины.
— Меру-Лиа! — прошептал Хейграст.
— Меру-Лиа! — повторил Лукус.
Спутники замерли. Присел, тяжело дыша, пес, умудрившийся все-таки в толчее лизнуть Саша в лицо, а затем для порядка и Дана. Опустили головы к зеленой траве начинающие успокаиваться лошади. Упали на траву сброшенные шлемы.
— Теперь я не удивляюсь, что ты победил четырех архов, — перевел Ангес слова Тиира, помолчал и добавил от себя: — И я рад, что не ошибся.
— В чем? — спросил священника Лукус.
— В том, что путешествовать вдвоем с Сашем… со всеми вами, — поправился, усмехнувшись, Ангес, — это самый безопасный способ добраться туда, куда надо.
— И я рад, что не ошибся, — улыбнулся Хейграст.
— И я, — сказал Лукус и добавил, нахмурившись: — За себя и Заала.
— И я, — прошептал Дан и замолчал, потому что ничего больше сказать не смог. И потому, что не знал, что должен был сказать.
Линга подошла к Сашу, молча взяла за плечи и попеременно прижалась щеками к его лицу. Дан увидел, что румянец набежал на скулы Саша, и почувствовал, что сам краснеет и ноги начинают подкашиваться, а руки, продолжающие сжимать сдернутый с плеча лук, дрожат.
— Однако было бы неплохо перекусить? — нарушил затянувшееся молчание Ангес.
— И то верно, — раздался добродушный голос с вершины холма.
Спутники обернулись.
Среди развалин могильника стоял Леганд.
Глава 11
ЛЕГАНД
Алатель приблизился к Волчьим холмам, темнеющим на горизонте. Со стороны Силаулиса потянуло прохладой. Между сложенными колодцем камнями запылал костер, и над Мерсилвандом поднялся чудесный запах ктара. На самой вершине, чутко поднимая уши, осматривал тонущие в сумерках окрестности Аенор, успевший насытиться пойманным лайном. Его двуногие спутники сидели вокруг огня, пили ктар, ели плежский сыр, сварские булочки, деррский мед и не торопились начинать разговор. Дан не сводил глаз с Леганда и не мог отделаться от мысли, что видит его словно в первый раз. И вроде ничего не было в его облике, что выделяло бы старика среди потрепанных жизнью элбанов. Так нет же. Взгляд всякий раз возвращался к морщинистому безбородому лицу, широким плечам, странному силуэту не столько горбатой, сколько слишком сутулой спины, словно лиги и лиги лет давили на нее. И все, кто сидел вокруг огня, также не отрывали от Леганда глаз. А он пил ктар, смеялся, покашливая, спрашивал о каких-то мелочах. У Лукуса — о том, взошли ли редкие травы на окраинах Вечного леса. У Хейграста — какая сейчас цена на железо и сколько берут угольщики за хороший уголь. Как осваивает грамоту Хранд. У Дана — успел ли мальчишка чему-нибудь научиться у Хейграста и Лукуса в пути. Потом, когда диск Алателя скрылся совсем и на небо высыпали звезды, Леганд натянул на плечи одеяло, поблагодарил Лукуса за ктар, всех вместе за угощение и замолчал на несколько мгновений. Вздохнул, еще раз оглядел всех, остановил взгляд на Саше и негромко произнес:
— Точно такой же. Немудрено, что я перепутал. Очень похож. Арбан.
Саш бросил в костер еще одну ветку и выжидательно уставился на Леганда.
— Представляешь? — обернулся старик к Лукусу. — Вот прямо сейчас пришло в мою старую голову. Никогда бы не подумал, что буду сидеть у костра, разведенного из останков дерева смараг, и пить ктар, приготовленный на этом костре. Вот так, — вновь повернулся к огню Леганд, затем поднял глаза и прошептал: — Вот так приходит всякая беда. Все начинается с того, что гибнет или страдает что-то дорогое. Важное. Бесценное. Как это дерево. Как близкие или просто знакомые элбаны, которых уже не вернешь. Пока Лукус показывал вам развалины могильника Лея, сухое ложе священного родника, Хейграст коротко рассказал мне о вашем путешествии. У меня есть еще вопросы, многое кажется важным, но об этом после. Скажу и я несколько слов о своей дороге. Она растянулась на два года.
Леганд поднял голову, вгляделся в небо, словно искал знакомую звезду, вздохнул и продолжил:
— Два года назад я отправился в Лигию. Мы возвращались с Хейграстом от Вечного леса, гостили у Трука. Охотники, которые сдавали ему шкуры, рассказали мне, что нари из Лигии выбили вастов с перевала. Меня это удивило. Никогда лигские нари не были воинственны. Я слышал рассказы о гордости и неуступчивости горных нари, помнил о раздробленности Лигии и кичливости ее мелких правителей, но я бывал в их землях и знал, что по своему характеру этот народ, так же как и его северные соседи — шаи, не привык искать счастья для своих детей в чужих землях с оружием в руках. Нари — не радды, которые живут в бедном и суровом краю, хотя это и не оправдывает их покорность злу. Земля нари обильна лесом и зверем. В горах достаточно железных руд. В долинах отлично вызревает маока. И живут нари не скученно. Я не видел причины для внезапной войны и захотел своими глазами взглянуть на селения зеленого народа. Если бы я знал, что мое путешествие затянется на два года! Хейграст вернулся в Эйд-Мер, а я пошел в сторону Азры, перебрался через Горячий хребет и спустился в долины нари. Увиденное потрясло меня! Зеленый народ, как и все трудолюбивые народы, не опаленные пламенем войн, процветал. В селениях нари я заметил множество маленьких детей и молодых мужчин, но не увидел главного — причины озлобленности. И все-таки и тут и там горели горны, звучали удары молотов, раздавались крики молодых нари, обучающихся воинскому искусству. Я пришел к старым знакомым, но они только разводили руками. А некоторые из них сами стали доказывать мне, что нари — это несчастный народ, который загнан в горные долины, чтобы вымирать и освобождать землю для людей, для шаи, для банги. Постойте, сказал я им. Разве кто-то загонял ваш народ сюда? Вы заняли эту страну, когда закончилась Большая зима. Вы сами выбрали ее. Кто сказал, что вы вымираете? За две дюжины лет вы удвоили свое население, ни в одном государстве Эл-Айрана я не видел столько детей. У вас множество свободных склонов гор и долин. Ваша страна не перенаселена. Кто угрожает вам? Радды? Они за неприступными горами. На востоке есть воинственный народ — васты, два года назад они перешли Горячий хребет, но были разбиты, а потом и вовсе растеряли остатки войска в войне со Сварией. Теперь вы напали на них и заняли горные перевалы, на которых вармы лет стояли заставы вастов. Неужели вы все еще не считаете себя отомщенными, откуда эти призывы к войне? На западе от вас государство ари — Адия. Границы его закрыты, оно охраняет свои земли от любых пришельцев, но не ведет ни с кем войны. На северо-западе — деревни шаи, нет миролюбивей народа. Есть ли долины в Эл-Айране прекраснее и безопаснее лигских? — спросил я их. — Что случилось с нари? — Мне показалось, что я говорил с глухими.