"Фантастика 2024-20.Компиляция. Книги 1-2 (СИ)
— Мелкая, ты рехнулась? — голос парня слегка охрип. — Хочешь, чтобы я дал этому белобрысому северянину его ножички и отпустил с тобой погулять? Да он прирежет тебя раньше, чем я успею крякнуть!
— Эфримы разве крякают? — улыбнулась я. — Буду знать! А лорд Аскелан — человек чести. Он не тронет меня, зная, что в отместку ты уничтожишь других людей! К тому же, — я мстительно улыбнулась. — В гарнизоне останется его сестра, Рейна. Киар никогда не осмелится ей навредить. Он ее любит. Поверь мне. Она его часть. Если со мной что-то случится, Рейне не поздоровится. Скажи это, и бесцветный будет беречь меня, словно бесценное сокровище!
Ржавчина склонил голову, безотрывно глядя мне в лицо. Моих губ коснулся запах леденцов. Я чуть-чуть подалась навстречу.
— Это великолепное решение, ты ведь согласен?
— Угу…
— Лорд Аскелан теперь мой страж?
— Да…
Ржавчина потянулся ко мне, но я выскользнула и уселась обратно в свое кресло.
— Отлично. Ты пообещал!
Парень закрыл глаза и понимающе хмыкнул. Потом распахнул их и посмотрел на меня так, что внутри все перевернулось. И захотелось сбежать. Слишком откровенным и красноречивым был этот взгляд. Он словно провел черту между Ржавчиной — мальчишкой, и Ржавчиной — молодым мужчиной.
Да, все изменилось…
— Пусть будет так, как ты хочешь, Вив, — тихо произнес он. И подумав, добавил: — Пожалуй, сделать высокомерного лорда стражем Освободительницы Чудовищ — и правда отличная идея.
Он улыбнулся на мой удивленный взгляд, показывая, что знает о прозвище, которым меня наградили люди. И что просто позволяет мне себя дурить!
— А пока твоя кровь действует, и я могу говорить — объявлю о своем решении. Надеюсь, ты будешь осторожна.
Ржавчина со вздохом поднялся, юбка схлынула по его ногам. Удивительно, но Ржавый Король спокойно разгуливал в таком виде и по снегу, лишь иногда накидывая сверху длиннополую волчью шубу, но кажется, он делал это, чтобы походить на человека, а не опасаясь холода. Эфрим под его кожей не давал парню замерзнуть.
— Что-то случилось? — вдруг забеспокоилась я.
Ржавчина обернулся у двери.
— Ночью пропал один дозорный, ширв. Мы не можем его найти, весь остров облазили! Не представляю, куда он делся!
Посмотрел на меня, ожидая каких-то слов. Но поняв, что их не последует, усмехнулся и стремительно вышел.
Я задумчиво потерла переносицу. Куда же исчез ширв? Может, сбежал в лес — поохотиться на зайцев?
А потом подошла к окну и распахнула створку, чтобы избавиться от леденцового запаха мяты и корицы.
Глава 4. Ночные разговоры
Несмотря на желание броситься на поиски Ринга и посетить Звонкую Башню, я осталась в Вестхольде. Нападение Фыра все-таки меня напугало и дало понять, насколько я уязвима. Я всего лишь человек среди легиона чудовищ.
Но я решила провести время с пользой. Помявшись на пороге, коснулась дверной ручки кабинета Верховного. Если гостиная и даже спальни были достаточно безликими, то эта комната хранила ауру Стивена Квина. И входя сюда, я ощущала холод, ползущий по спине. Так и чудилось, что переступив порог, встречу призрак Верховного февра.
— Не трусь, Вивьен, — прошептала я, входя в кабинет. — Если хорошенько подумать, то призрак человека — далеко не самое страшное в Вестхольде!
Кабинет встретил меня бликами на хрустальных дверцах книжных шкафов, запахом древесины и полумраком — тяжелые шторы были задернуты. Мягко ступая по пушистому ковру, я двинулась к окнам, чтобы впустить в комнату яркий зимний день.
«Вивьен…»
Тени дрогнули, и на миг почудилось, что в комнате и правда обитает призрак. Вздрогнув, я одним прыжком оказалась у окна и дернула шнур, распахивая занавеси. Поток света сожрал сумрак и осветил пустой кабинет, в котором не было никого, кроме меня. На массивном столе лежал тонкий слой пыли.
— Трусиха, — обругала я себя. При свете дня страх тоже испарился, я осмотрелась. — И где же здесь лежат запирающие браслеты?
Кабинет хранил множество удивительных и ценных предметов. Я осторожно прикоснулась к большим напольным часам, циферблат которых сиял серебряными звездами, а стрелок был целый десяток! Потрогала комод из черного дерева и позолоченной бронзы. Одна из стен была увешана клинками: ножи, мечи, идары и плоские полупрозрачные кинжалы. Другую закрывал древний гобелен, изображающий сражение.
Отвернувшись от вытканной битвы, я прошла к книжному шкафу и распахнула хрустальную дверцу. Запах кожи и пергамента на миг перенес меня в магазинчик госпожи Фитцильям. Но, конечно, скромная коллекция почтенной вдовы не шла ни в какое сравнение с собранием Верховного Двериндариума. Я готова была поклясться, что книги, хранимые здесь, стоят целое состояние! Осторожно вытащила тяжелый том в кожаном переплете. «Сопряжение материального и эфирного». Подивившись на диковинное название, из которого я мало что поняла, я поставила талмуд на место и осторожно вытащила другой — с золотой короной и замочной скважиной. На обложке было одно слово: «Двериндариум». Я прошлась пальцами по другим корешкам, шепча названия: «Наука магического преобразования», «Теория слияния», «Форма и миропорядок».
Далее были две полки книг с почти одинаковыми названиями:
«Теория о дарах Эльштасса», «Теория о Дарах Берга Монта», «Истинная теория о Дарах Лукаса Одаренного», «Единственная и верная теория о Дарах А.Вогра».
И еще с десяток теорий от разных авторов! Я хмыкнула, развеселившись.
На многочисленных полках кабинета была собрана удивительная коллекция знаний. Исторические талмуды, рассказы о жизни святых, философские трактаты древних мыслителей, научные атласы и всевозможные справочники. Ряды книг издевательски поблескивали корешками, словно намекая, что тайны, хранящиеся на их страницах, предназначены не для глупой приютской девчонки!
Закрыв шкаф, я перешла к столу. Подергала ящики и обрадованно вскрикнула, когда они поддались. Внутри лежали стопки бумаг — счета, расходники, продуктовые списки и годовые отчеты — здесь была вся жизнь Двериндариума, облаченная в сухие цифры, в которых я мало что понимала. Разочарованно убрала отчеты и открыла последний ящик.
— Нашла!
В нем лежали запирающие браслеты, и я спрятала один в карман. И уже хотела закрыть ящик, как заметила большой кожаный конверт. Вытащила его и охнула — раненое плечо отозвалось болью. От неловкого движения конверт выпал из рук, из него высыпались желтые листы. С верхнего на меня смотрел портрет Ржавчины. Я села на пол и подняла бумагу. Глаза выхватывали слова и буквы, но смысл ускользал.
Дэйв Норман, сирота, полных семнадцать лет. Здоровье — отменное, отклонений не обнаружено. Вероятность сопряжения… суть поддается влиянию… эмоциональная стойкость… слияние допустимо…
Пропустив несколько абзацев, я глянула ниже. И хмыкнула, увидев описание характера: «Быстрый и расчетливый ум, яркие задатки лидера, способность легко и быстро приспосабливаться к новым обстоятельствам и условиям… Самопожертвование и жестокость в одинаковых пределах. Уровень опасности — высокий. Рекомендованы водные обитатели, насекомые и мелкие травоядные. Слияние с хищником запрещено».
Лист вывалился из ослабевших пальцев, и я прижала ладонь к губам. С вороха рассыпанных листов смотрели серьезные лица — юношей и девушек. Это был архив измененных — тех, кого отправили в Мертвомир за Живым Даром.
Сжав зубы, я заставила себя дочитать.
Лист пересекала резкая черта, стояла дата четырехлетней давности. И ниже: «Слияние завершено, предел опасности превышен! Дар — живой, дышащий хищник, предположительно — крылатый лис (разновидность не изучена, слияние почти всегда приводит к смерти человека. Уровень опасности — максимальный. Контроль — маловозможен. Наиболее вероятная форма после слияния — эфрим. Потеря человеческого разума — неизбежна. Доступная характеристика приведена в сборнике „Старина мест“ Люцианы Фаркост)».
Дальше следовал перечень непонятных цифр, символов и слов. Иногда попадалась запись, отмеченная несколькими восклицательными знаками: «Человеческий разум все еще доминирует!»