"Фантастика 2024-20.Компиляция. Книги 1-2 (СИ)

Я улыбнулась, глядя на добрую девушку. Знала бы она, насколько права!
— Мы за тебя переживали!
Итан подтверждающе кивнул, Ливентия, по своему обыкновению, высокомерно фыркнула.
— Расскажешь подробности? Какая она — Дверь? И что за ней?
— Не могу, — с сожалением произнесла я. — Вы сами все узнаете, потерпите.
Друзья переглянулись, но настаивать не стали.
— Мы знаем, что случилось с тобой и твоим братом, — сказала Мелания.
— И что же?
— За Дверью на вас напал эфрим. Вы оба едва не погибли, — понизив голос, произнес Итан.
Мелания округлила глаза, и даже южанка придвинулась ближе, блестя чайными глазами.
Я хмыкнула — вот вам и страшная тайна! Как, интересно, мои друзья обо всем пронюхали?
— На острове немало адептов святой Ингрид, — мило улыбнулась Мелания. — Прислуга, младшие врачевательницы, кухарки и ремонтники. Они многое слышат и видят, Иви.
Теперь глаза округлила я. Вот вам и наивная послушница! С сетью доносчиков и информаторов! А может, и… подельников? На миг мелькнуло сомнение и воспоминание о банте и букете распутницы. А ведь я сразу исключила Меланию из списка подозреваемых, решив, что ей это не по силам. Но оказалось, я ошибалась.
Нет, Мелания не могла! Только не она!
Нахмурившись, я отбросила неприятные мысли.
— Мы каждый день приходили к лечебнице, надеясь, что нас проводят к тебе и февру Ститу. Но увы! А сегодня нам сообщили, что вас отпустили! Как ты себя чувствуешь? Как твой брат? Выходит, тебе удалось найти Дар?
Я кивнула, не видя смысла скрывать очевидное.
— Все хорошо, мы оба живы. И пока у меня лишь одно изменение, то, которое вы сами увидели — я сменила масть. В остальном осталась прежней, никакого хвоста, Ливентия!
— А я посмотрел бы на девушку с хвостом, — задумчиво протянул Итан.
Мелания покраснела и возмущенно ткнула его в бок. И тут же кинулась меня обнимать.
— Я так за тебя рада, Иви! Что ты жива, и твой брат — тоже! Мы волновались! Вот только…
— Что?
Друзья переглянулись. Вернее, это сделали Итан и Мелания, Ливентия рассматривала свои руки в замшевых перчатках, поверх которых сияли кольца с изумрудными стрекозами.
— Да говорите уже! — не выдержала я.
— Эти простофили боятся тебя волновать, — отчеканила южанка, оторвавшись от созерцания украшений. — Ринг так и не очнулся. Он вышел из Мертвомира и провалился в забвение. Леди Куартис не знает, как его пробудить.
Я похолодела. Значит, вот о каком пациенте волновалась целительница!
— Мы не знаем, что делать, Иви! — жалобным шепотом оповестила послушница.
— А что мы можем сделать? — осторожно начала я.
Мелания снова переглянулась с Итаном и с жаром выдохнула:
— Мы должны ему помочь!
Ливентия презрительно скривилась и снова сосредоточилась на своих сверкающих кольцах, явно давая понять, что уж она-то точно ничего делать не собирается.
— Вообще-то я рассчитывала на беседу в тепле, Иви, — слегка обиженно сказала она, с намеком поглядывая на окна моего дома. — Хотела лично поздравить тебя и… февра Стита с благополучным возвращением из Мертвомира.
Я помрачнела. Что ж, теперь понятно, как Ливентия оказалась в этой компании. Не ради меня, ради Кристиана!
— А у меня есть чем согреться, — заговорщически произнес Итан, вытащил из-под плаща фляжку, отвинтил и сделал глоток.
Южанка изумленно всплеснула руками, Мелания снова покраснела.
— Ты притащил хмель и думаешь, мы будем с тобой пить? Да ты сбрендил, Итан, — отрезала Ливентия.
— А я не откажусь, — произнесла я скорее для того, чтобы поддержать сконфуженного парня. Хотя и согреться не мешало бы, за время прогулки я изрядно продрогла. И пока южанка и послушница таращились, не веря, я выхватила из рук Итана фляжку и сделала большой глоток.
Во рту взорвался огненный смерч и понесся, гудя, по венам. Я закашляла, из глаз хлынули слезы.
— Что это? — отдышавшись, с трудом произнесла я.
— Косорыловка, — усмехнулся Итан.
— Говорящее название. — Я откашлялась. И с удивлением поняла, что мне стало гораздо теплее, легче и как-то радостнее. Свинцовые тучи показались довольно красивыми, ветер больше не колол щеки, а серый день заиграл красками.
 
— Вот это да! Отличная штука! — воскликнула я. — Мелания, ты должна это попробовать!
— Да? — засомневалась послушница.
Мы с Итаном истово закивали.
Мелания вздохнула, осенила себя святым знаком и смело глотнула из фляжки. Откашлялась, вытерла слезы и широко распахнула глаза.
— Кажется, еще немного — и я воочию увижу святую Ингрид! Волшебный напиток!
— Идиоты, — прошипела Ливентия, кутаясь в белый мех своего плаща. — Даже не надейтесь, что я попробую эту гадость.
— Я думаю, нам надо спасти Ринга, — заявил Итан и икнул. — Он наш друг. Мы должны его… вернуть!
— Точно! — загорелась Мелания. — Идем! Я знаю, как незаметно попасть в лечебницу.
— Я возвращаюсь домой, — буркнула Ливентия, но почему-то пошла вслед за нами.
По дороге мы еще пару раз приложились к заветной фляжке, с каждым разом убеждаясь, что идея спасти Ринга — просто восхитительная. Ливентия плелась за нами, ноя, что мы совершенно утратили здравый смысл, разум и репутацию. И если на двух идиотов — Итана и Меланию — ей в целом наплевать, то от меня южанка не ожидала подобной глупости. Видимо, Мертвомир все же пагубно повлиял на мой разум!
Я отмахнулась от ее причитаний, велев вести себя тише. Мы как раз прошли узким коридором, миновали несколько рабочих помещений, поднялись по шатающейся лестнице и оказались в знакомом мне врачебном крыле. Густой аромат мазей, притирок и настоек уверил, что мы на верном пути.
Мелания вдруг встала посреди коридора и ахнула.
— Ой! Я не спросила, в какой палате находится Ринг!
Я схватила ее за рукав и потащила за собой:
— В двенадцатой. Шевелитесь!
Озираясь, мы пробежали по коридору и толкнули дверь с нужным номером. Нам повезло — сиделки внутри не оказалось.
Обстановка комнаты была аскетической — узкая кровать, пустой стол, стул, шкаф со стеклянными дверцами, на полках которого блестели пузырьки, склянки и белели бинты.
Ринг лежал совершенно неподвижно, с закрытыми глазами.
Его мощная грудь была наполовину прикрыта простыней и почти не вздымалась, словно парень даже не дышал. Загорелое раньше лицо казалось восково-бледным в свете единственной лампы на столе. Черные волосы кляксой выделялись на фоне серой подушки.
Мы застыли, пораженные. Ринг казался мраморной статуей самому себе. Ни жизни, ни движения, ни дыхания.
— Что нам теперь делать? — прошептала Мелания.
— Расходиться по домам, — мрачно буркнула Ливентия, которая почему-то все еще была с нами. — Я говорила, это дурная затея…
Веки Ринга дрогнули.
Мы замерли, напряженно всматриваясь в неподвижное тело.
— Вы это видели? — прошептал Итан. — Кажется, он пошевелился?
— Может, показалось, — тихо отозвалась я.
— Я тоже что-то заметила, — сказала послушница.
Ливентия презрительно закатила глаза.
— Это галлюцинации после вашей косорыловки. Я ничего не видела…
Ресницы Ринга снова дрогнули, и парень явственно пошевелился.
— Ливентия, — глухо произнесла Мелания. — Скажи еще что-нибудь. Кажется, он реагирует на твой голос.
— Ну он точно приятнее, чем ваши, — самодовольно произнесла южанка, поправляя бабочку на рукаве. — Только не надейтесь, что я стану рассказывать сказки этому мужлану. И мне наплевать, что он валяется тут, словно надгробный камень! В таком виде я хотя бы не слышу это мерзкое прозвище «Конфетка», так что даже к лучшему…
Белая меховая оторочка на манжете Ливентии зашипела и вдруг вспыхнула. Жутким черным пламенем! И тут же загорелся весь плащ!
Красавица завизжала, Итан шарахнулся в сторону, а мы с Меланией бросились сдирать с девушки пылающую ткань. Потустороннее пламя трещало и расплескивало неестественные голубые искры. Плащ удалось сорвать и отбросить, но тут же вспыхнул стол, стул, шкаф! Вся комната запылала черным пламенем без запаха и копоти, столб огня поднялся над кроватью Ринга, и сверху посыпались куски потолочных балок. Итан что-то орал, Мелания скулила, Ливентия визжала. Я пыталась сообразить, в какой стороне дверь, потому что вокруг было лишь черное пламя. Это было так страшно и как-то нереально…