"Фантастика 2024-20.Компиляция. Книги 1-2 (СИ)
Рин положил руку на рукоять меча, и сзади донесся смешок.
— Оружие здесь не поможет. Его даже не станут у тебя отбирать.
Коридор вновь обратился лестницей, которая продолжала уходить вниз. Иногда она поворачивала, но всякий раз спускалась ниже и ниже. Барельефы давно исчезли, теперь стены были набраны из грубо отесанных камней, которые отбрасывали в свете редких ламп резкие тени. Затем исчезла и кладка, и Рин продолжал идти по коридору, вырезанному в сплошной скале. Наконец шаги за спиной затихли. Впереди мерцала последняя лампа. Рин медленно повернулся. Он не видел конвоиров, но чувствовал, что они недалеко. Прислушался. Ни шелеста одежды, ни скрипа взводимой пружины самострела — ничего не было слышно.
— Как насчет ужина? — бросил Рин слова в пустоту.
— Никак, — донеслось в ответ.
Что-то щелкнуло, где-то в отдалении зашуршал песок, скрипнул камень о камень, словно по пологому склону горы двинулась огромная глыба, неимоверная тяжесть ухнула, громыхнула, и Рина обдало пылью. Лампа погасла.
Рин откашлялся, нащупал крюк, на котором висела лампа, вытащил из сумы полоску коры, прошептал заклинание и зажег фитиль. Пламя высветило неровные стены. Рин развернулся и двинулся обратно.
Он прошел три десятка шагов. Обратной дороги не было. Коридор упирался в тупик.
Глава шестнадцатая
Вести
На улицах Скира горели костры. Они пылали на каждом перекрестке. Испуганные стражники озирались в наползающем сумраке, но великана воина с двумя спутницами, кутающимися в платки, не останавливали. Последние жители Скира с выражением ужаса на лицах все еще торопились в свои жилища.
— Ну что, — мрачно спросил Орлик, — придет эта поганая болезнь в Скир?
— Она уже здесь! — твердо сказала Айра.
Впереди слышался какой-то шум. Спутники приблизились и разглядели очертания женщины, бьющейся о землю. Рядом стояли трое стражников с выставленными вперед секирами. В костре проглядывали очертания пылающей человеческой фигуры. Тут же стоял наставник Добириус. Худое лицо его было покрыто копотью, усы обвисли, в колпаке выжжена дыра. Увидев Айру, он вздрогнул, но успокоился, едва она открыла лицо.
— Что тут происходит, маг? — напряженно спросила колдунья.
— Корча! — замахал руками, словно крыльями, Добириус. — Жена этого бедняги прибежала в лекарскую, сказала, что у мужа хлынул из ушей, носа, рта — гной! Вертус завизжал, затопал ногами, закричал, чтобы больше не пускали в храм никого, и послал меня сюда! Она, — наставник ткнул пальцем в сторону несчастной, — потащилась за мной следом. Лепетала о чем-то всю дорогу. А ее муж тем временем выбрался на улицу! Кричал, что не хочет заразить детей. Сказано же было — сидеть по домам! Глашатаи обошли весь город!
— Дальше! — потребовала Айра.
— Что дальше? — скривился маг. — Ему же говорили: вернись в дом! Я даже произнес заклинание пламени! — наставник схватился за прожженный колпак. — Но он ничего не хотел слышать. И, — Добириус замялся, — напоролся на секиры. Да, можно так сказать!
— Сколько у тебя детей? — повернулась Айра женщине.
— Трое! — прошептала та, задыхаясь.
— Так что ты делаешь здесь, если они там? — почти зарычала Айра.
— А что я могу сделать? — едва прохрипела женщина.
— Орлик! Дай свою фляжку!
Великан сделал шаг, и глиняный сосуд оказался у колдуньи в руках.
— Слышишь? — она ударила женщину по плечу. — Здесь лекарство! Если ты дашь его детям, все обойдется. Выпей сама и дай детям! Подели на равные части. И еще, срочно вскипяти воду и залей кипятком все, к чему прикасался сегодня твой муж! Все, что можешь, — сожги! Поняла?
— Да! — закивала несчастная.
— Но сначала скажи мне, как он заболел?
Женщина посмотрела на костер, и слезы снова хлынули из ее глаз.
— Подумай о детях! — повысила голос Айра.
— Я не знаю, — зарыдала та.
Волосы ее сбились в ком, щеки и лоб покрывала грязь, смешанная со слезами, и в свете костра лицо казалось красным.
— Что было особенного сегодня? — не отставала Айра.
— Ничего не было! — всхлипнула женщина. — Сегодня же праздник! Муж был на арене, но ушел раньше. Заглянул на рынок, принес фазана, приготовил его… Никто лучше его не готовил праздничного фазана! Вечером мы должны были сесть за стол. Но ему стало плохо… Гной потек по его лицу, и я побежала в храм Мелаген!
— Где он купил птицу? — спросила Айра.
— Не знаю! — женщина едва говорила, губы не слушались ее. — Обычно он берет птицу у дуча Армика. Его лавка на восточной стороне рынка. В Сытном переулке… У него еще голова гуся торчит из стены над дверью!
— Вот! — Айра сунула женщине в руку фляжку. — Беги домой! И не выходите на улицу, что бы ни случилось.
Несчастная не пошла, не побежала — поползла к дому.
Айра мрачно посмотрела на Добириуса. У мага тряслись руки.
— Где остальные наставники?
— Качис варит зелье, — прохрипел маг. — Там… В кладовой храма нашлись еще нужные вещества. Туск куда-то пропал. Он хенн — наверное, опасается за свою жизнь. Лайрис со стражниками ходит по городу. Его Вертус… отдал Хорму. Он занимается кострами. Бравус убежал — скорее всего, заперся в своем доме и трясется от страха!
— Вертус что делает? — не отставала Айра.
— Ничего не делает! — почти взвизгнул Добириус. — Сидит в своей каморке! Охраняет спокойный сон переростков. Закрыл пятнадцать дармоедов в учебной комнате и следит, чтобы никто из них не убежал!
— Он мудрый наставник, — прошептала Айра и повернулась к спутникам. — Пошли. Нам нужно спешить!
— Куда мы теперь? — спросила Рич, когда они отошли от костра. Ее бил озноб.
— Ты что? — удивилась Айра.
— С Рином не все хорошо! — проговорила девчонка, едва сдерживая слезы.
— У него зерно! — не поверила Айра. — Если бы случилось хоть что-то, я почувствовала бы!
— Я знаю, но… — Рич шмыгнула носом. — У него там не все хорошо!
— Поверь мне, девочка, — Айра вздохнула. — Легче голыми руками раздавить кусок гранита, чем хотя бы поцарапать Рина Олфейна! Он выпутается. Ведь так, Орлик?
— Так, — со вздохом пробормотал великан и спросил: — Старшая, там, во фляжке, ведь была простая вода? Ну с листком лимонника, но…
— Конечно, — кивнула колдунья. — Обычная вода. Ты же знаешь, что фляжку зелья мне удалось налить только Тиру, после Хорм и Качис глаз не спускали с котла. Но если она не успела заразиться, если дети не успели заразиться, простая вода поможет им успокоиться. К тому же как бы мы узнали, где подхватил заразу ее муж? Ты сам-то хоть понял, друг Орлик, что значат ее слова?! Ведь сегодня тысячи фазанов нашли смерть на кухнях сайдов! Да, приятель, в твоей фляжке была простая вода, но больше от нас никто не получит даже воды! Послушай, Орлик, я не встречала человека добрее, чем ты. Но теперь забудь о доброте. И если на дороге будет валяться раненый ребенок, тебе придется перешагнуть через него! Выгони жалость из своего сердца, иначе она разорвет тебя и остановить смерть будет некому!
— Куда мы идем? — спросила Рич. — В башню? Или на пожарище дома Марика?
— Я собиралась заглянуть к Вертусу, — прикусила губу Айра. — Но теперь важнее прогуляться к этому торговцу птицей. Так что сна этой ночью не обещаю. Но на этот случай у Орлика есть еще одна фляжка, и ее содержимое сродни колдовству перепуганного Добириуса — она наполняет глотку пламенем. Запивать, правда, уже нечем, но теперь и самая крепкая настойка будет казаться обычной водой. Идем к рынку, это недалеко, но в противоположную сторону от башни. Надеюсь, наши лошадки не слишком сильно заскучали без нас?
Марик долго ходил по еще дымящемуся пепелищу. Ворота были сорваны с петель и валялись тут же. Стол и скамьи разнесены в щепы. Вместо длинного просторного дома стояли обугленные стены с закопченными проемами окон. На бывшей кухне чернели стопки глиняных мисок. Повядшими от жара листьями шелестел одр. Пахло гарью. Косые лучи уходящего за горизонт Аилле окрашивали стену дворца Сната Геба в красный цвет. Марик сглотнул и вздрогнул. Показалось, что он чувствует вкус крови на языке. «Ерунда, — успокоил себя баль. — Ведь Тир заставил нас с Насьтой выпить снадобье!»