Дыхание любви (СИ)

Оружие выпало из моих рук, и я подбежала к упавшему волку. Из-за очередного потока слез я ничего не видела, глупо пыталась зажать место ранения, но это не помогало. Уолт обессиленно рычал, а я не могла ему помочь, меня качало из стороны в сторону. Кто-то звал меня по имени, но я сопротивлялась. Мне нельзя уходить, он умирал. Я не могла бросить своего волка.
— Кэрри, очнись. Кэрри!
Голос становился настойчивее и громче. Я больше ничего не видела перед собой, кроме размытых красных рук, которыми била куда придется. Пока в один миг все не прекратилось. Я оказалась снова в знакомой спальне, в руках живого и обеспокоенного волка.
— Успокойся, золотце, это всего лишь сон.
Уолт прижал меня к груди, медленно гладя по спине, а я поняла, что не только во сне плакала. Картинка, где мой мужчина умирал, ещё стояла перед глазами. Меня трясло, а прикосновения Уолтера ничуть не успокаивали. Мне было больно от его действий, сердце готово было разорваться на части от малейшего контакта с волком, и от этого становилось ещё хуже.
— Он был такой реальный… — прошептала я, не скрывая своего страха, и снова заплакала.
Ночные разговоры с родителями в последнее время стали привычными для меня, но от них мне еще хуже. Я боялась спать и искала любые причины, чтобы оттянуть «встречу» до последнего. Но родители всегда догоняли.
— Теперь ты проснулась, и бояться нечего. Я с тобой.
Да, со мной. Уолт всегда со мной. Но только от этого не легче.
Я не уверена была, что после такого сна выдержу ночь вместе. И тем более, если сон повторится. Но как донести свою мысль до мужчины, ведь он не на шутку волновался за меня? Выгнать я его не могла, но и находиться рядом тоже было невыносимо. Особенно сейчас. Я сходила с ума от боли и осознания, что причина моего состояния в любимом мужчине. Чем дольше мы лежали, тем хуже я себя чувствовала, словно у меня медленно забирали кислород. Я задыхалась в руках Уолта и хотела вырваться. Мне нужно уйти. Куда-нибудь, где не будет его запаха, рук и лица. Где сердце снова начнёт биться, и появится ясность ума.
— Отпусти меня.
— Что за глупость? — он ещё крепче прижал меня к себе, а я зажмурилась, потому что не находила слов, чтобы объяснить, что так только хуже. Слезы перешли в настоящие рыдания, как бы я не пыталась взять себя в руки.
— Уолт, пожалуйста, отпусти меня.
Мужчина не стал настаивать на своём, и я тут же отстранилась, поднимаясь с постели. Чем дальше я буду находиться от него, тем лучше мне будет физически. Пусть даже морально я убью себя.
— Что происходит, Кэрри?
Этот вопрос был ожидаем, но я все равно не знала, что ответить. Как сообщить Уолту правду? Не уничтожит ли она нас? А вдруг волк правда бросит меня, как сказал мой страх в образе родителей?
— Я должна уйти.
— Уйти? Куда? — поднялся следом с постели мужчина, а я временно спряталась в гардеробной.
Искать среди вещей то, что подходило, было затруднительно. Почти всё теперь было большим на мне, но одежда последнее, что меня сейчас волновало.
— К Рейн. Мне надо этой ночью быть там, — прозвучало как «Я хочу уйти от тебя». И я скорее почувствовала, как невысказанная формулировка проложила трещину в наших отношениях. Уолт, кажется, тоже это понял. — Прошу, не спрашивай меня ни о чем. Я не смогу тебе ответить.
Мои слова очень сильно разозлили волка. Настолько, что я почувствовала его эмоции из соседней комнаты и вернулась в спальню с самым обычным спортивным костюмом, чтобы переодеться при мужчине. Если он устроит мне допрос, я просто не выдержу.
— Эта ведьма что-то с тобой сделала?
— Нет. Рейн никогда не причиняла мне вреда.
— Тогда почему тебе надо к ней?
Я быстро оделась и попыталась подобрать нужные слова. Думала, как лучше сказать «я проклята», но в горле словно ком возник. Не произнести слов и не уйти. Почему нельзя просто закончить этот разговор? Уолт же видел моё состояние.
Я спрятала руки за спину и впилась ногтями в кожу, желая заглушить боль в сердце. Этот разговор ни к чему хорошему не приведёт, если я не уйду. Но волчонок не понимал меня и ждал ответа, а я смотрела в его глаза и думала, какие они красивые и грустные.
 
— Мне… Я не могу.
— Кэрри, пожалуйста, объясни, — попросил он мягче. Я отвернулась, потому что не хотела видеть разочарование на лице волчонка.
— Мне больно, — тихо ответила я, шокировав своего волка. Больше эмоций мне не удалось почувствовать. — И лучше нам провести эту ночь отдельно.
Он какое-то время молчал, а я ждала заключительного слова. Если Уолт скажет «нет», я не смогу его ослушаться и буду мучиться от боли. Потому что мнение мужчины играло для меня роль, но поделиться с ним своей проблемой я пока не могла. Не этой ночью.
— Хотя бы скажи, между нами все нормально?
Я молча кивнула.
— Я могу тебя отвезти? — мне не стоило смотреть на него, но он спросил с такой надеждой, что я не выдержала.
Однако мой ответ был «нет», и я все также молча помотала головой. Словарный запас на сегодня исчерпан.
— Тогда пусть отвезёт охрана. Сама и одна никуда не езди. И напиши, как доедешь.
Ещё один кивок, и я захватила телефон. Следовало поцеловать мужчину или просто обнять, но я чувствовала, что ещё рано. Мне надо успокоиться, подождать, когда сердце перестанет болеть. И только тогда я снова смогу увидеться со своим мужчиной. Сейчас же любое прикосновение к нему для меня было пыткой.
Дорога до Рейн заняла немного времени, но я все равно чуть не сошла с ума. При оборотнях я не могла позволить чувствам взять вверх, ведь знала, что расскажут Альфе. Пришлось ждать, когда мы остановимся у дома, чтобы предупредить Уолта о том, что приехала. Ответ от него последовал почти незамедлительно в виде целующего смайлика. Я рвано выдохнула и отправила сердечко вместе с мордой волка. Уолт умный мужчина и поймёт, что мои чувства не изменились. Мне просто нужно время.
Я сорвалась в квартиру, и сама открыла дверь, зная, что Рейн навряд ли проснётся. Возможно, она вообще не дома, но главное я уже выполнила, уехав от волка. А ведьма все-таки оказалась в спальне, развалившись на всей постели. И хоть я по-прежнему не общалась с ней, но мне стало легче от её присутствия. Наша ссора показалась теперь неважной, а поддержка подруги нужной как никогда. Я отталкивала от себя одного дорогого нелюдя, в то время как собиралась мириться с другим. И я снова не знала, что с этим делать.
— Кэрри? Какого… Ты вообще на время смотрела? — сонно проворчала Рейн, разлепляя глаза и садясь на постели.
— Ты была права. Все стало только хуже, — сообщила я со слезами на глазах и расположилась рядом.
С подругой я могла не волноваться, что следует рассказать и как себя вести. Я описала сон, разговор с волчонком, страх уснуть, увольнение и свое здоровье, пока ведьма прижимала меня к себе, позволяя высказаться.
— Тебе надо поспать, — подруга сходила за стаканом воды и протянула его мне.
— Нет, я не могу. Мне нельзя.
— Я буду рядом, Кэрри, — успокоила она меня, пока я пила воду. — Если что, сразу разбужу.
Ещё какое-то время я сомневалась, пока не вырубилась, причём быстро. Даже заставлять себя не пришлось — организм слишком устал, чтобы терзать меня ожиданием отдыха. Не знаю, сколько проспала в итоге, но сны не тревожили меня от слова совсем. А проснулась я от голоса Рейн.
— Она сейчас спит… С ней всё хорошо… Я не стану её будить… Передам.
В квартире снова воцарилась тишина, а сна не было ни в одном глазу. Хотелось просто лежать, и чтобы никто меня не трогал.
— Вот же черт. Разбудил тебя, — недовольно заметила ведьма, заходя в спальню с моим телефоном. Мне не надо было спрашивать, чтобы понять, кто звонил. Только один человек мог волноваться обо мне. Точнее, оборотень.
Я перевернулась на живот и укрылась с головой одеялом. Ничего не хочу.
— Он просил, чтобы ты перезвонила ему, как проснёшься. Будешь дальше спать? — участливо поинтересовалась Рейн.