Дыхание любви (СИ)

Выпивки было непросто много, я пил не переставая, но, блядь, все равно в промежутке между подачей стаканов какая-нибудь мыслишка о Кэрри закрадывалась, какое-нибудь воспоминание… как навязчивая идея. То ее улыбка, то надутые от обиды щечки так и стояли перед глазами. Не говоря уже о стонах, далеким эхом раздающихся в ушах, и ощущениях на кончиках пальцев, что все еще помнили бархат ее кожи и каждый изгиб на теле. И еще хуже стало, когда зараза начала названивать и засыпать меня сообщениями с дежурной чушью, что я все не так понял, она может объяснить и так далее.
Я точно проклят. И надо избавиться от этого проклятия любым способом. Договориться с Амэнтиусом, выложить ему за это кругленькую сумму и парочку услуг, лишь бы больше никогда не связываться и не думать о джинниях. Даже в сторону них не смотреть. Выберу себе самку из стаи, женюсь во имя клана и статуса, буду до конца жизни делать вид, что меня интересует нелюбимая жена. Так жили Альфы до меня, и я проживу. Отличный же план. Надо только прогнать джиннию из своей головы и жизни.
— Эй, а тебе не много? — с наглостью уточнил какой-то придурок, сидящий рядом со мной за стойкой.
— Отвали. — Рык против воли вырвался из горла.
— Дерзкий, да? — он не понял намека, хотя был пьян не хуже меня. Но вот досада — он был не один и чувствовал за собой силу.
— Я сказал, отвали. — Я повернулся к нему и попробовал донести слова уже лицом к лицу, и кажется понял, что меня посчитали легкой добычей, которую можно избить и обокрасть. Не угадали, люди. Сам всех раскатаю, если не поймут прозрачного намека.
Но нет, они не поняли и попробовали еще что-то сказать, а я устал быть попугаем и замахнулся.
— Уолтер! — раздался голос Кэрри Нейвос за моей спиной, а на моей руке повис Уилл.
И когда эти двое только успели спеться, спрашивается.
— Довольно. — Тихо и угрожающе рычал Бета и на меня, и на шайку придурков. — Этим по стакану за мой счет. — Бросил он бармену, чтобы только побыстрее разобраться. — А этому хватит.
— Я сам решу. — Не менее угрожающе проревел я.
Яростный обмен взглядами продолжался черт знает сколько. Уильям бы просто не решился напасть на своего Альфу, которого всеми силами поддерживал, но попытаться достучаться и назвать дебилом мог запросто. Он один из немногих, кто может выкинуть что-то подобное, глядя мне в глаза. Только ему помешала треклятая Нейвос.
— Уолтер, пожалуйста, хватит! Пойдем отсюда.
— Не трогай меня. — Я дернул плечом, избегая прикосновения ее пальцев.
— Хорошо, только давай уйдем.
И голосок такой жалобный-жалобный. Актриса хренова!
— Садись в машину, — Уилл все-таки решился схватить меня за грудки, переключая внимание и гнев с заразы на себя, когда я уже почти послал ее ко всем чертям. — Ты пьян. Хочешь разобраться, разбирайся там, где никто не видит. Надо будет ее прикопать — прикопаем, но без свидетелей.
Он резко меня оттолкнул, но отрезвили меня не слова Беты, а очень явный запах испуга джиннии. Отлично, давно пора понять, что у ее выходок могут быть последствия. Но из бара я вышел не по просьбе напарника и этой занозы, а потому что сам захотел. Нажраться я могу и дома, а терпеть окружающих не обязан.
В машине меня развезло от работающей печки, и я не сразу понял, что Кэрри поднялась со мной в квартиру. А когда заметил уже было поздно.
— Давай помогу. — Тихо произнесла она, когда поняла, что я не справляюсь с тем, чтобы раздеться.
— Я сказал не прикасайся.
— Уолтер!
— Что Уолтер? Ты уже получила что хотела.
— Все не так…
— А как?
— Мы поговорим, когда ты придёшь в себя. — Произнесла зараза так, словно это уже решены вопрос, а меня как нашкодившего ребёнка отправляют в свою комнату. — Сейчас ты слишком пьян для разговора.
Пьян? Да у меня впервые за последнее время пустая голова, чтобы принять и оценить любую информацию.
— О нет! Либо говори, либо убирайся нахрен. Спор ты выиграла.
— Это не имеет никакого значения. Я была с тобой по собственному желанию.
— По какому из? — Выплюнул ядовито, все-таки сняв пальто и обувь и пройдя в гостиную. — Поиграть на чувствах или поднять самооценку? Или, может, утереть нос сестре?
 
— Спор здесь не при чем. Вначале я думала отомстить тебе… Но потом все изменилось. Я забыла о нем, потому что хотела с тобой видеться! Я была искренней все время нашего общения.
Бре-хня!
— И ты думаешь я поверю в эту чушь?! — Я развернулся к заразе, но придавить её гневным взглядом сверху-вниз мешали ее каблуки. Разница выходила всего в несколько сантиметров.
— Да! — джинния не собиралась сдаваться и отступать, хотя голос буквально утопал в обиде. — Я не создавала ложный образ. Все что происходило между нами было искренним. И ты это знаешь.
— Нет, Кэрри! Я нихрена о тебе не знаю. Ты использовала меня, так с чего мне верить?
— Я использовала тебя первое время, но никогда не врала. Да, не рассказывала про спор, и мне бесконечно жаль, что тебе пришлось узнать о нем таким образом, но в остальном я честна. В словах, своих действиях и поведении. Неужели ты не чувствуешь, что все было по-настоящему?
— Ты мне скажи, ты же у нас джинния. Что я чувствую?
— Злость и обиду. Ты все равно не веришь мне.
— Злость? Это еще мягко сказано. И ты разве здесь стоишь не для того, чтобы оправдаться? Так оправдывайся, я долго ждать не буду.
— Хочешь доказательств? — с вызовом Нейвос-младшая разблокировала телефон и протянула мне нашу переписку, как я однажды. А взгляд с трудом сфокусировался на надписи: «Мужчина моей мечты». — Смотри внимательно, Уолтер. Ты подписан так не из-за какого-то спора, а потому что я этого захотела, хоть и не имела никаких прав.
Прекрасно! Только я таких доказательств целую кучу придумать мог за это время.
— О-да! И ты меня, конечно, же любишь.
— Да… Люблю.
А вот это она зря. Я все-таки не в том состоянии чтобы простить, забыть и отпустить. Не знаю в каком мире жила эта джинния, а в моем за слова принято отвечать.
— Раздевайся. — Тихий приказ слетел с губ.
— Зачем? — хлопнули реснички, а серо-зелёные глаза расширились от удивления.
— Посмотрим, как ты меня любишь.
Почти минуту ничего не происходило, Кэрри стояла, не шевелясь, только смотрела на меня со смесью страха, смятения и сожаления. Насрать. Я заслужил нормальные доказательства.
Сглотнув, Кэрри расстегнула молнию спереди на уже другом, свежем платье и ловко его откинула, оставаясь в одном белье и чулках. Неплохо подготовилась. Но под моим взглядом и от приказов ей явно было не комфортно. Даже обхватила себя руками, вместо того чтобы раздеваться дальше. Хотя и этого вроде достаточно.
— Вязь. — Последовал ещё более жёсткий приказ.
— Уолт, не надо. — Решительности в голосе не было ни грамма, а вот страха, исходящего от занозы, стало больше. — Это лишнее.
— Ты говорила о доверии, так что, либо показывай, либо знаешь, где выход.
Ещё минута молчания и бездействия, после которой Кэрри прикрыла блестящие от слез глаза, но золотой узор проступил ее на теле.
А я смотрел на его красоту и переливы, но видел только лишь свет и гримасу обиды и страдания на лице джиннии. Был бы трезвый, остановился бы сейчас, но это слишком легкое наказание за то, что она сделала. И вся эта любовь может быть возможна только в одном случае, если Кэрри будет любить меня любым, а не таким, каким сама себе придумала.
Всего два шага и расстояние между нами сократилось в минимум. Я запустил пальцы в русые волосы, закрывающие лопатки, собрал их хвост, натягивая, чтобы зараза запрокинула голову и смотрела мне в лицо.
— На колени.
— Остановись. — Голос дрогнул в просьбе.
И меня почти перемкнуло, что с ёжиком так нельзя. Что её надо пожалеть, и все в том же духе, и только ярость зверя напомнила, что об Альфу стаи никому нельзя позволять вытирать ноги. Даже за закрытыми дверями. У меня большой запас терпения, но Кэрри использовала его весь.