Дыхание любви (СИ)
— Частично. Мне интересно. В тебе с рождения потребность обращаться. Я не уверена, что смогу почувствовать свободу, о которой ты говоришь.
Мне не хотелось обижать Уолтера, но я действительно не понимала, как во мне может появиться то, чего никогда не было. А если всё окажется напрасно?
— Сможешь, милая. Первое обращение сложное, но… Это как вынырнуть из воды, слишком долго задержав дыхание. Ты просто дышишь. Ты счастлив просто так. Это другие ощущения, другие звуки, это абсолютно другой мир и другая жизнь.
Уолтер говорил с радостью, теплотой и замиранием. Я ещё не видела его таким, лишь когда он рассказывал о семье. Ему приятны были разговоры о его сущности и детстве.
— Мне будет неприятно после обращения?
— Во время, — поправил меня мужчина. — Первые несколько раз. Но это проходит. Потом потребность быть волком станет твоим… Не знаю как объяснить… Частью тебя. Желанием ощутить эту свободу. Почти как желание оргазма.
— Ты сравниваешь это с оргазмом? Всё настолько приятно? — подшутила я, сомневаясь в услышанном.
Будь всё так хорошо, многие бы захотели стать волками.
— О да. Это просто непередаваемые ощущения, — кивнул мужчина, радостно улыбаясь. — Даже без контроля над волчьей и звериной ипостасью. Вот представь, что ты связана, часами лежишь в неудобной позе… А потом все это резко проходит. Ты свободна. Абсолютно.
Волчья, звериная ипостаси…. Как их контролировать-то? Чем они отличаются? И будет ли у меня звериная, если я не прирождённая волчица? Вопросов в голове становилось всё больше.
— Из твоих уст это звучит прекрасно. Ты наверняка представлял в будущем свою избранницу истинной волчицей, — от одной картинки, что мой полярный волчонок будет бегать с другой, неприятно жгло в груди, и я обхватила колени, стараясь вообще не смотреть на Уолта.
Кажется, что Кэролайн до сих пор стояла рядом и говорила, сколько бы девушек рады были оказаться на моем месте. Эта правда била по мне без сожаления, но я не давала и слова сказать мужчине. Мне надо высказаться.
— Хочешь узнать, о чем я мечтала всю свою жизнь? О большой семье. Меня не устраивали ни Джун, ни родители, что вечно выделяли сестру. Я хотела встретить мужчину мечты, родить девочку, назвать её Шарлоттой. И чтобы у нас был большой дом. И, возможно, собака или кошка. У меня всё было продумано, но живя с проклятием, мои мечты оставались лишь в голове. Им не суждено было сбыться, пока ты не появился и не решил все мои проблемы, как по щелчку пальцев. Я знаю, что тебе нужна волчица, и я должна ей стать. Ради тебя и стаи. Но и тебе придётся принять, что я не смогу отказаться от главной мечты. Я хотела пять детей, и понимаю, что это много, но если ты против, я готова обгово…
— Тринадцать, — спокойно прервал меня волк, и я тут же на него посмотрела. О чем он вообще?
— Что?
— У нас будет тринадцать детей.
Я не знала то ли рассмеяться, то ли прийти в ужас. По лицу Уолта незаметно было, чтобы он шутил, и паника понемногу начала накрывать. Если он скажет, что это розыгрыш, я прощу ему эту выходку и даже пообещаю не злиться. Потому что «любимая, я пошутил» будет менее шокирующе звучать.
— Ты же сейчас несерьёзно? — наконец смогла хоть что-то произнести.
— Серьезно. У нас с тобой будет минимум тринадцать детей. Доскольки там у джинний детородный возраст, не напомнишь? До ста-ста пятидесяти? — вгонял меня в ужас этот сложный мужчина с очаровательной улыбкой.
Я от испуга округлила глаза и не знала, чего больше бояться «тринадцать» или «минимум». Потому что, если мы будем заводить детей, пока я смогу рожать… Страшно представить, сколько получится и во что превратится наша жизнь.
— Это очень много, Уолтер. Ты знаешь, как больно рожать? Но это ведь даже не половина дела. Каждого надо воспитать хорошим человеком, содержать, кормить.
Да, я хотела детей, большую семью, но не настолько. К тринадцати я была просто не готова. Это слишком неожиданно.
— Первых троих родим сразу. Остальных каждые лет пять-шесть… Прокормим, воспитаем. Я буду с тобой. И нет, не знаю, но буду держать тебя за руку каждый раз, — расставлял всё по полочкам он, схватив меня за ладонь. — И еще, мне неважно, будешь ты волчицей или нет. Но мой волк и зверь тоже хотят иметь пару. У них никогда никого не было.
О нет, только не это. Уолт правда чувствовал себя одиноким, и он говорил так честно, что сердце замирало. Я просто не могла оставить его одного, когда у остальных в стае полноценные пары. Это жестоко по отношению к моему волчонку. К тому же наши мечты совпали, мы оба хотим семью, а количество детей уже детали. Главное, что у Альфы должна быть своя половинка.
— Я стану волчицей.
— Станешь? Вот так просто? Для меня? И тебе совсем не страшно? А когда? — завалил меня вопросами счастливый волк, чем вызвал улыбку. Надеюсь, я не совершаю ошибку, иначе точно сойду с ума от непрерывного потока новостей.
— Страшно, — призналась я. — И да, для тебя. Но со временем надо думать. Знаю, что явно не сегодня! Открытий достаточно.
Уолтер выглядел донельзя довольным, а я и не представляла, как сильно он хотел иметь равную избранницу. Вот так за один вечер моя жизнь в очередной раз перевернулась, и я смогла обрадовать своего мужчину.
— Жестокая джинния, — беззлобно высказался он, припомнив мне недавний разговор.
— Справедливая. Слишком много перемен за последнее время.
— Да ну? Скажи это стае.
— Много, Уолтер, — настояла на своём. Тут даже спорить бессмысленно. — И ты сошёл с ума. Дети — это большой труд. Надо будет каждому ребёнку уделять должное внимание, вкладывать в него знания и создать такую атмосферу, чтобы никто не нуждался ни в чем, не ревновал друг к другу и не обижался на родителей, потому что с младшим больше сидят. С таким количеством, какие из нас родители получатся?
Я безумно любила детей и готова была с ними сидеть, но мне не хотелось в будущем чувствовать себя плохой матерью, не справляющейся с несколькими детьми. И родить троих почти в одно время, значит быстро стать многодетными… Для этого нужно много ресурсов, подойти к вопросу более ответственно.
— Отличные. Кэрри, ты не будешь одна. Волчата взрослеют и понимают все куда быстрее. Мы приложим все усилия. Сами, бабушка с дедушкой, тётки, дяди, стая. И мы не будем их воспитывать, как воспитывали вас. Я чаще буду дома. Когда первые пойдут в школу, ты сможешь заниматься младшим. Потом старшие начнут помогать.
Если послушать Уолта, у нас все замечательно, и согласиться на тринадцать детей проще простого, но мы не о погоде говорим и не игрушки выбираем на ёлку. Рождение детей — очень важный вопрос, к которому нужна подготовка.
— Ты понимаешь, что предлагаешь взять ответственность за тринадцать жизней? Вот так сразу принять решение? — пыталась достучаться до мужчины, объяснить свое волнение. Ну почему он так спокоен? Почему нельзя просто согласиться на пятерых детей?
— Да-да, с решениями у тебя проблема. Но ты видела моих сестёр? Я рос в обстановке, когда меня разрывали два клана, и ещё этих на меня свесили. И на минуточку, с Вероникой у нас всего четыре года разницы. Золотце, мы справимся, — успокаивая, Уолт погладил меня по спине. — И я приложу все усилия, чтобы ни ты, ни дети ни в чем не нуждались.
— Мы должны быть готовы к ним на тысячу процентов. Рождение детей — это хорошо, но требует большой подготовки. Моральной, физической, финансовой! Необходимо много читать, следить за своим здоровьем, а потом ещё проходить курсы для беременных. На все это надо время! И ещё, хватит ли моей любви на тринадцать невинных волчат? Думаешь, я настолько люблю детей? Это же не игры в снежки на улице, а целая жизнь с новыми членами семьи, — эмоционально высказала свои сомнения, но итог был один, и я тише попросила: — Давай остановимся на пяти.
— Дорогая, ну с чего ты все это взяла? Разве может не хватить любви? — заботливо поинтересовался волк, и я помотала головой. — А что касается подготовки. Ты можешь принять факт, что вещи просто берут и происходят? А все твои планы и списки не более чем бумажки? Причём вгоняющие тебя в депрессию, если что-то не по плану. Жизнь спонтанная, и ты ничего не можешь предугадать.