Мутные воды Китежа (СИ)
— Нет! — воскликнула Веста, мигом смутившись и покраснев. — Ева, не стоит…
Поздно! Ева Одинцова быстро чаропортировала, а следом и ее кошка Сильва. Только их и видели.
Веста переглянулась с Бланкой, и в отчаянии закрыла лицо руками. Она хотела решить возникшую проблему сама, не привлекая подруг. У Влады с Лирой забот полон рот с детьми, а Ева слишком Темная ведьма, чтобы просить ее о помощи. Такие, если и помогают даром, то могут спросить плату через много месяцев или даже лет.
Поэтому Веста не могла спокойно усидеть на месте.
Она долго возилась на кухне, готовя ранний завтрак себе и подругам, потом отмывала от каши тарелки и кастрюлю, а затем закрылась в комнате и писала дипломную работу. Пришлось пропустить обед — от напряжения и тревоги Весте совсем не хотелось есть.
То и дело она подбегала к окну, пытаясь высмотреть то ли Еву, то ли волка Азата, то ли дюжих Стражей, желающих арестовать ее за дерзость и непокорность. Но день выдался серым, пасмурным, сонным. Ничего не происходило. Никто ни на кого не нападал и не осыпал боевыми искрами. Даже Лесные сущности покинули центр Китежа,
После ужина Веста решила сама отправиться на поиски Евы. В Дремучий Лес или на городские окраины? Неважно, главное — найти подругу. Вампиры и оборотни не ладили, и, хотя Ева всего лишь полукровка, взаимной дружбы с волками она добьется вряд ли.
Едва Веста подумала об этом, как раздался громкий хлопок. Задрожали огоньки на тонких свечах, жалобно задребезжала посуда. Веста закрыла уши руками от неожиданных звуков, и с легкой тревогой оглянулась на источник шума.
В центре комнаты стояла торжествующая Ева, удерживая рычащего волка, запутавшегося в крепкой сети.
— Я его поймала! — сообщила она с нескрываемой радостью в звонком голосе.
— Молодец… — неуверенно сказала Веста, окончательно сбитая с толку.
— Теперь он расскажет тебе, как быть оборотнем!
Пока они перебрасывались короткими фразами, а Веста пыталась собраться с мыслями, волк Азат успел перегрызть сеть, выбраться на волю и лязгнуть зубами у самой Евиной ноги.
— Делать вам нечего, девоньки, — сообщил оборотень, прежде чем чаропортировать. — Лучше придумайте, как ответить за преступление предков, — он внимательно посмотрел золотыми глазами на Весту, — чем приличным оборотням докучать.
Сказал, и был таков!
Веста застыла на месте, озаренная неожиданным осознанием.
— Преступление предков? — хрипло переспросила она. — Ева… я, кажется, поняла…
Огорченная провалом Одинцова грустно вздохнула и послала ей быстрый вопросительный взгляд.
— После укуса оборотня обращение идет пару дней. Но не сразу! — к щекам прилила горячая кровь, она же ритмично застучала в висках от злого возбуждения. — Я стала волчицей мгновенно! Но… Я ничего не знаю о своей родословной!
Ева развела руками.
— Это не страшно, — сказала она ровно и устало. — Когда мы победили всех злодеев, можно решить и свои проблемы.
Глава 8. Тайны Кощея. Часть 1
После всего случившегося Веста пребывала в легком шоке и абсолютном непонимании ситуации. Слова молодого оборотня не прояснили ее знания, скорее наоборот. Возможно, он сам понимал немного. Теперь, чтобы выяснить все обстоятельства, связанные с родословной Весты, нужно как минимум пробраться в секретный архив Чарсовета. Там хранились бумаги умерших колдунов и запечатанные конверты с родословными, изображенными на разглаженных пергаментных свитках. Веста знала кое-что об этом благодаря своему домашнему аресту в Чарсовете, на первом курсе, а остальное было для нее как темный лес.
— Лес! — воскликнула она, воодушевленная простой догадкой.
— Здрасте! — Лира недовольно закатила глаза. — Какой лес? Мы только что про архив говорили.
Четыре ведьмы сидели за столом, накрытом к чаю, и пытались обсудить важную проблему. Хоть все и понимали, что обращенные волки как правило остаются волками до конца своих дней, но существовало много способов сгладить превращения Весты. Сделать их редкими и по желанию. Пока же, из-за странного проклятия, наложенного на род девушки, она обращалась в волчицу ровно неделю, по ночам, после полнолуния.
Прохладный и звонкий апрель сменило теплое майское солнце. Снег на улицах Китежа давно обратился крупными мутными лужами, которые неизбежно высыхали. Четыре диплома ведьм на темы их способностей были дописаны и отправлены кураторам. Чародейское образование подходило к концу.
Мая и Ярена крепко спали в колыбелях, позволив своим матерям немного отдохнуть.
— Если ничего не найду в архиве, — пояснила Веста с неохотой, — придется бежать в лес.
— Хочешь покусать Азата за уши и узнать побольше? — ровно уточнила Ева.
Веста вздохнула.
Конечно, такими темпами она ничего и никогда не узнает. Азат и сам рассказал малую часть, откуда ему ведать о событиях многовековой давности? А дядя и тетя, которые воспитали Весту, едва ли даже задумывались об этом. По-хорошему стоило бы осмотреть дом родителей, но Вестники настойчиво рекомендовали всем китежанам не разгуливать по улицам без крайней необходимости. Придется делать это нелегально.
Но сначала — архив.
— Я проберусь туда ночью, — решительно сказала Веста. — В моей семье фамилия Холод переходила к девочкам по женской линии. Найду быстро.
Ева и Лира озадаченно переглянулись.
— Узнаю, кто наложил это проклятие, и пойду к нему. Потребую снять.
— Потрясающий план, — тихонько вздохнула Ева. — Безупречный, как швейцарские часы.
— Думаешь, не получится?
Вместо ответа Ева быстро посмотрела на плотно закрытую дверь, а Лира резво вскочила на ноги и метнулась к ней, чтобы распахнуть. Прежде, чем Веста и Влада что-то поняли, в круглую гостиную ввалился молодой мужчина с рыжими волосами и в дорогом сером пальто.
Сначала Веста гневно встрепенулась, но через полминуты поняла, что узнала бы эти огненные кудри даже в кромешном мраке. Антон Яхонтов остался верен себе и появился в самый неожиданный момент не в том месте. Встав, он усмехнулся, отряхнул пальто и выразительно посмотрел на Лиру, застывшую возле дверного проема с воинственно скрещенными на груди руками.
Повисло тяжелое молчание. Если кто-то из присутствующих ожидал подобного, то точно не Веста. И сейчас она не знала, что говорить, а остальные и подавно.
— Подслушивал под дверью, — ехидно ввернула Лира.
— Спасибо, — буркнула в ответ Влада и потянулась за печеньем. — Даже не знаю, как бы мы без тебя это поняли.
Окинув четырех подруг добродушным взглядом, Антон беззаботно подошел к столу и присел на освободившееся место Лиры.
— Я пришел вовремя? Можно чаю на еще одну персону? — лукаво спросил он, глядя почему-то только на Весту.
Лира закрыла дверь и взяла пятую фарфоровую чашку, стоявшую рядом с самоваром, на маленьком угловом столике. Тонкой струйкой потек из бронзового носика чудесный напиток из бодрящих трав, недавно завезенный в Китеж китайскими оборотнями, а потом Лира поставила чашку на блюдце перед Антоном.
— Можно. Угощайся. Но не забудь рассказать, почему заделался шпионом.
Антон кивал, пил чай, хрустел печеньями, разглядывал роскошную обстановку, и думал о чем-то своем. Веста смотрела на него с сочувствием: советник архимага Альвиана побледнел, осунулся, под глазами залегли глубокие синие тени. Неужели он так много работает?
— Я пришел к вам в гости, — наконец сказал он, опустошив чашку и поставив ее на блюдце с легким звоном. — Сначала стучался, но вы не слышали.
— Да, — деловито подтвердила Влада. — Наложили на двери и окна чары тишины. Чтобы никто не будил детей.
Антон виновато вздохнул.
— И я чаропортировал сюда. Хотел постучаться в двери, но услышал интересный разговор и решил послушать.
Вздохнув, Веста положила руки на колени.
— Почему ты не рассказала мне о случившемся? — спросил Антон с мягким укором, глядя на девушку с нежностью и сочувствием.
— Мы расстались, — напомнила Веста. — Больше нас ничего не связывает.