Мутные воды Китежа (СИ)
— Вот ваши документы, Конт, можете идти.
— Не могу, — вежливо сообщила Лира. — Я должна дать клятву.
— Какую еще клятву, дорогуша?
— О том, что не использую темную силу против Чарсовета и чародейского мира.
— Конечно, не используете, — ухмыльнулась рыжая гадина, послав Лириному животу еще один уничижительный взгляд. — Вам будет не до этого.
Лира ничего не сказала в ответ. Не стала кричать, топать ногами и злиться. Она знала один незаметный, но очень хороший способ наказать обидчиков. С Иваном это не получилось, как и с прочими вампирами, однако с этой тварью должно выйти. И молодая ведьма запустила свои ментальные нити в рыхлый, податливый разум рыжей гадины.
«Поклонись, — велела Лира мысленно. — Покорись. Встань на колени. Проси прощения».
Обидчица медленно вышла из-за стола и опустилась на массивные колени, покорно преклонив перед Лирой голову.
— Простите меня за мою дерзость и грубость, госпожа Темная ведьма Лира, — монотонно пробубнила она.
— То-то же, — улыбнулась горделиво Лира и крепче сжала свой чародейский посох. — Прощаю.
И брезгливо оттолкнула от себя рыжую гадину, находившуюся под влиянием ментальной магии. Та вздрогнула и плашмы упала на пол, чуть не задев головой ногу Лиры.
— Тьфу, нечисть какая, — брезгливо произнесла ведьма. — Хуже последнего антимага.
Обойдя упавшую, Лира собрала на столе все документы, принадлежавшие ей, и просмотрела. Действительно, пометка о клятве была указана без самой клятвы. Но этого, конечно же, мало. Лира задумчиво посмотрела на свой деревянный посох. В зависимости от ее слов он должен был стать черным, белым или серым.
— Я, Темная ведьма Лира Конт, клянусь и обязуюсь не использовать темную магию по отношению к сотрудникам Чарсовета и к прочим невинным людям, — сказала она вполголоса. — Да покарают меня Перун и другие боги, если мне случится пойти против моих слов.
Послышалось тихое вкрадчивое шипение.
Посох Лиры чернел. От ее руки, сжимавшей нагретое дерево, шла чародейская энергия, впитываясь в самую глубину посоха. От низа и до головы змеи, украшающей оружие ведьмы, он становился полностью черным, без единого белого проблеска.
— Темная ведьма, — с гордостью сказала Лира.
Хлоп! Щелк!
— Мяу!
Она не удивилась и не испугалась, ведь рядом с ее ногой чаропортировал любимый Агат.
— Мур, хозяйка! Видела бы ты себя со стороны, ты же прямо светишься от гордости!
— Да, — подтвердила Лира. — Прыгай мне на руку. Нагнуться-то я не могу, только сильно не царапайся. Нам надо уходить, Агатик. Я тут немного дел натворила.
— Мяу. Почему-то я совсем не удивлен.
Ухмыльнувшись, Лира прижала мурлыкающего кота к груди и быстро чаропортировала обратно в общежитие.
Глава 6. Две полукровки
Две крошечные ведьмы-полукровки появились на свет в один день — первого марта. Их матерей доставили вечером двадцать девятого февраля в чародейский госпиталь, и там Влада с Лирой благополучно разродились в утренний час. Хоть целую ночь они ворчали друг на друга, но во время схваток одна шептала другой ободряющие слова.
Ни одна из девочек не унаследовала вампиризм своего блудного и беглого отца. Но как мудро заметила Ева, посмотрев на розовые личики спящих младенцев, их дети или внуки могут быть вампирами. Этот ген непостоянен и не до конца изучен.
— Двадцать девятого февраля рожать опасно, — испуганно сообщила Веста, когда узнала эту новость. — Боги говорили в древности, будто на таких младенцах ложится тяжелое проклятие.
— И что с того? — Ева подпустила шпильку. — Предлагаешь повернуть время вспять?
Веста молча развела руками и опустила взгляд.
— Да, я знаю, что это не самый лучший день, — сказала Ева, помедлив. — Но этим девочкам будет легче. Ведь у них есть мы.
«А у нас никого не было», — хотела, было, добавить Веста, но решила, что все и так понятно без слов. Поэтому слабо улыбнулась в ответ.
Лира назвала свою дочь Мая, а Влада — Ярена. Оба имени были даны девочкам в честь наступающей весны, яркой, солнечной и прекрасной. Одаривая девочек именами, обе ведьмы вдайне мечтали, что тех ждут, прекрасные, интересные, долгие жизни, несмотря на несчастливую дату рождения.
Мая унаследовала от отца светлые волосы и белую кожу, а от матери — темные хитрые глаза. Ярена же больше удалась в мать внешностью, за исключением голубых отцовских глаз.
Десятого марта Лира и Влада вернулись в комнату общежития. Каждая прижимала к груди маленький белый сверток. Следом быстро прошмыгнули довольные фамильяры — Чара и Агат. У них были свои, кошачьи радости — они стали родителями пятерых котят и теперь часто пропадали в питомнике при Чарсовете, навещая пушистых черно-белых малышей.
Отдел контроля за фамильярами всегда следил, чтобы у котов не рождалось неучтенных котят. Поэтому Лире и Владе за месяц до родов пришлось изрядно повозиться, рассылая воронов с письмами во все необходимые службы.
— С прибавлением! — восторженно воскликнула Веста, вскакивая со стула, и ее пуховый платок, заменяющий плед, соскользнул с голых колен на пол. — Я так рада за вас!
— Привет, Вестонька! — проворковала Лира в своей ласково-ехидной манере. — Скучала по тебе.
Влада за ее спиной выразительно возвела глаза к потолку.
— Сразу к делу, — в голове Лиры зазвенела тревога, что было ей несвойственно. — Мы не сможем жить здесь с младенцами. Да и руководство общежития не то чтобы в восторге.
— Поэтому мы переезжаем в ее дом, — обреченно буркнула Влада.
Лира кокетливо улыбнулась:
— Хороший, кстати, дом. Не морщи носик, Владушка.
— Он необустроен.
— Да нет… — Лира бережно положила расплакавшуюся дочь на свою кровать и принялась разматывать одеяло. — Мебель в нем хороша. Вот убраться придется, чтобы наши девочки не дышали пылью.
Влада молча вздохнула. Ей не нравилась идея с переездом к Темной ведьме, но за неимением выбора приходилось согласиться. И она уже приступила вместе с Лирой к сбору вещей, как в дверь внезапно постучались.
— Вы кого-то ждете? — спросила Лира с подозрением.
Переглянувшись, Веста и Ева вежливо промолчали.
— Значит, это опять по нашу душу, — тяжело вздохнула Лира, и только сейчас поняла, как невыносимо устала за последние месяцы. — Заходите, милости просим, — она повысила голос, чтобы неизвестный визитер услышал, а сама стиснула рукоять черного посоха.
Влада в свою очередь вооружилась белым посохом. Они обе были готовы защищать своих детей, своих подруг, и, наверное, друг друга? Но и Веста с Евой не теряли даром времени. Встав позади Лиры и Влады, они стали вторым барьером между жалобно хныкающими младенцами и неизвестным визитером.
Дверь открылась, и в комнату неспешным шагом вошел Ярослав, молодой Вестник, с серебряными нитями в отросших волосах.
— Добрый день, — сказал он вежливо и ровно, склонив голову. — Вы, я вижу, ожидали увидеть кого-то иного?
— Да! — отрезала Лира звонким голосом. — Парочку антимагов, например. Или царя Ивана.
— А вы зачастили к нам, — хрипло сказала Влада.
Ее голос был груб и полон злости, но Вестник и бровью не повел. Только посмотрел выразительно на посохи ведьм.
— Можете убрать оружие. Я ведь пришел без него.
Не сводя с него подозрительных взглядов, четыре подруги молча приставили посохи к стене. Разговор обещал быть мрачноватым и не очень приятным, но каждая из ведьм понимала, что ничего хуже преследования антимагами, пленения сумасшедшим вампиром и несбывшихся надежд быть уже не может.
Ярослав медлил с разговором. Сначала он сел в кресло, не занятое спящими котами, а потом произнес негромко:
— Не знаю, добрая для вас весть будет или худая. Но вам придётся покинуть общежитие.
— Всем? — уточнила Веста, мрачно сведя тонкие рыжие брови.
— Именно так. Не хочу сгущать краски, но, кажется, над Китежем и его окрестностями, снова нависает опасность. Из Дремучего Леса сюда скоро явятся разные твари и сущности, которым не место среди магов. После побега Ивана они бездумно ищут своего царя по всей округе.