Мутные воды Китежа (СИ)
Глава 5. Привидение из шкафа
После того, как староста Влада Лаврова отвела Лиру к Светлым Стражам и те оштрафовали ее за нарушение академических правил, девушки перестали общаться. Раньше Влада из принципа не заговаривала с Лирой первая — ей категорически не нравились насмешливые и саркастичные люди. Но теперь Лира тоже не замечала ее существования. В четырехместной комнате общежития сгустилась тягостная тишина, сулившая беду, и даже Еве, уставшей от их ссор, стало неуютно.
Вьюжная белая зима вошла в Китеж тихими шагами, чтобы остаться надолго. Крыши и арки Чарослова теперь унизывали крупные серебристые сосульки, а сверху накрывали шапки слепящего снега. На стеклах отпечатались морозные узоры, а из общежития невозможно было выйти без теплого пальто или шубы. Ночи стали длинными, а дни короткими, но погруженные в учебу девушки не сразу это заметили.
В двадцатых числах декабря в общежитие пришли Светлые Стражи и забрали с собой Весту. Из короткого объяснения стало ясно лишь то, что она нарушила запреты архимага и полезла не в свое дело вместе с серым чародеем Альвианом. Теперь по воле самого великого Татомира, властвующего над всей чародейской Россией, Веста Холод и Антон Яхонтов некоторое время будут обучаться под его строгим надзором.
Веста была грустна, уныла и неразговорчива. Она молча собрала немногочисленные вещи, тихо попрощалась с подругами и вышла из комнаты в сопровождении Стражей.
— Как жаль, — с трудом сказала Ева. — Я думала, мы встретим новый год вчетвером.
— О нет, — Влада резко отмахнулась. — Избавь меня от присутствия кое-кого.
Лира ответила обеим кривой ухмылкой и не произнесла ни слова.
Тридцать первого декабря девушки нарядили небольшую елку, пронесенную в общежитие с разрешения коменданта. Игрушек под рукой не было, но Влада смогла наколдовать мишуру и серебряный дождь. Жаль, что они исчезли сразу после полуночи. На праздничном столе стояли один салатник и две тарелки, а еще четыре бокала, один из которых пустовал. Дымящийся котелок с картошкой ждал своей очереди на подоконнике.
Вздохнув, Влада наполнила три из них медовухой. Четвертый остался пустым.
— Мяу!
В приоткрытую дверь вбежал веселый Агат и быстро вскочил на стол, норовя стащить кусочек колбасы. Лира опасливо отодвинула от него тарелку.
— С новым годом! — ничуть не расстроился кот и, мурлыкнув, повернулся к блюду с белой рыбой, откуда-то принесенной Лирой.
— И тебя с новым годом, котик, — улыбнулась лукаво его хозяйка. — Если ты обещаешь меня слушать.
— Я обещаю рыбку кушать, — промурлыкал Агат и тут же стянул кусочек.
А потом махнул хвостом и чуть не сбил со стола пустой бокал — Ева едва успела подхватить пошатнувшийся хрупкий сосуд.
Новогодние каникулы прошли не лучшим образом. Праздник они кое-как отметили втроем, испытывая некоторую неловкость после ухода Весты, а оставшиеся дни Влада и Лира постоянно пытались разойтись прочь. И чем дольше это продолжалось, тем острее Ева ощущала свое одиночество.
Всех троих отвлекла от проблем и переживаний зимняя сессия. К тому же туда явилась Веста — в первый и последний день. Бедняжка молча куталась в старенький шерстяной платок и боязливо косилась на Светлых Стражей, приведших ее в университет. Все знали, что Веста Холод учится с помощью Чарнета, но то, что она заключена под домашний арест в жилой части Чарсовета, известно было только ее соседкам. Остальные вовсе не вспоминали об опасности, нависшей над магическим миром.
Влада, Лира и Ева с головой ушли в изматывающую двухнедельную сессию. Время потеряло для них счет, зато, когда все закончилось, девушки смогли вздохнуть свободно. Хуже всего пришлось Владе, привыкшей частенько списывать у Весты, но она смогла пересилить себя и учиться самостоятельно.
Ректорат Чарослова решил проводить сдвоенные лекции по боевой магии, для светлых и темных чародеев. Двадцать первого января в самую большую и светлую аудиторию перенесли столы и стулья и попросили студентов держать котов на руках.
— Мне это не нравится, — Ева поежилась то ли от холода, то ли от накатившей крупными волнами тревоги. — Они чего-то боятся.
— И молчат! — пробурчала Влада, демонстративно садясь через два стола от Лиры.
Последняя беззаботно записывала лекцию и поглаживала свободной рукой сонного Агата.
Профессор Никодим Ярт, спокойный чародей в круглых очках, монотонно рассказывал о различиях между двумя видами магии. Об этом упоминалось еще в школе, но сейчас стало еще очевиднее. Светлые колдуны создают и созерцают, а темные занимаются изучением своего искусства, защитой от врагов, контролем некромантов и нечисти. Но иногда темные считают себя выше светлых.
— Из-за этого происходят многие беды и трагедии в магической Руси, — заключил преподаватель. — Предлагаю вам немного практики.
Он вышел из-за большой кафедры и плавным движением руки указал на круглую площадку между кафедрой и столами.
— Пусть два добровольца выйдут. Темный и Светлый. Один чародей попробует заколдовать второго, а первый пусть отразит нападение.
Ева решилась спросить:
— А если кто-то погибнет?
— Что же, — на лице Ярта не появилось не единой эмоции, — тогда я буду уволен. Не хотелось бы. Постарайтесь сдерживать свою энергию. Итак… кто из темных чародеев решится?
Лира переложила уснувшего Агата на соседний пустующий стул и бодро вскочила, готовая к движению. В ледяном воздухе аудитории у нее замерзли руки и ноги. Разминка пришлась бы очень кстати, а в своих способностях девушка не сомневалась.
— Что же, — Ярт слегка улыбнулся. — Рад вашему энтузиазму, сударыня Конт. Выходите сюда.
Пробираясь боком по узкому проходу между сдвинутых столов, Лира коснулась плеча Влады и усмехнулась уголком рта.
— Ну что, Владушка, сойдемся в битве?
— Лишь бы не в Куликовской, — Лаврова неохотно встала и прикрыла рот ладонью, зевая. — Ладно, пошли.
Она чуть не забыла чародейский посох и с досадой вернулась за ним под нервные смешки одногруппников. Присевший на высокий стул профессор с любопытством наблюдал за двумя отважными девицами, имеющими, по всем данным, одну родословную примерно до двенадцатого века. Так это или нет, предстояло узнать, ведь магия таких ведьм проявляется ярко и необычно.
Ева хмыкнула, наблюдая за подругами. Ее не оставляло колючее предчувствие, что все пойдет наперекосяк.
Тем временем Лира широко улыбнулась, шевельнула пальцами левой руки и качнула посохом правой рукой. Шурх! С легким шорохом выпорхнули алые искры, похожие на частички магического огня. Они не растаяли на лету в ледяном воздухе, а быстро поплыли к лицу Влады.
Лаврова дернулась и отшатнулась в сторону — что-то изрядно ее напугало.
А в следующий момент с громким стуком распахнулись широкие оконные рамы, и с глухим звоном упала на истоптанный пол железная щеколда. В аудиторию ворвался воющий колючий ветер, неся с собой холод и пригоршни крупного снега. С перекошенным от страха и злости лицом Влада резко махнула своим посохом, крепко сжимая его. Посох Лиры легко вылетел из руки хозяйки и вылетел в распахнутое окно.
Все дружно ахнули.
Профессор Ярт, как и ожидалось, сохранил полное спокойствие.
— Иногда страхи мешают делу, — произнес он ровно, не отводя от Лавровой пристального взгляда. — Боритесь с ними. Антимаги не поддадутся вам в бою. Ваше оружие — не столько магия, сколько реакция.
Влада тяжело вздохнула и опустила кудрявую голову. Ее била дрожь.
— Да, профессор Ярт. Простите.
— Не извиняйтесь. Лучше учитесь правильно реагировать. Возвращайтесь на место.
Вопреки Евиным ожиданиям Лира не проявила злорадства. Она посмотрела вслед уходящей Владе с грустью и некоторым подобием сочувствия, а потом встала и слегка поклонилась преподавателю.
— У вас все получилось отлично, Конт. Но ранящие чары, конечно, были лишними.
— Спасибо, — проворковала нахалка, ничуть не смутившись. — Я учту, профессор.
Грациозно подняв голову, Лира вышла из помещения, чтобы спуститься за посохом.