Воробышек (СИ)

А я… Я даже не сопротивляюсь…
- Егооор! – доносится с первого этажа голос Семеновны, - Егорушкааа! Тебе Максим звонит!
- Твою мать, - чертыхаюсь я и поднимаюсь с пола вместе с легкой, будто пушинка, Евой.
Ставлю на пол ее ослабленные ноги с подрагивающими коленями и на миг сомневаюсь, сможет ли она удержаться самостоятельно, поэтому не спешу отпускать.
- Ты нормально? Стоишь? Давай до кровати донесу?
- Нет, все хорошо. Спасибо. Иди, Егор. Я справлюсь.
- Точно?
- Егор! – повторно зовет Семеновна, и я понимаю, что если не выйду, она поднимется наверх.
- Иди, Егор, быстрее!
Я почти вышел, но у самой двери развернулся и влетел обратно в ванну, чтобы напоследок поцеловать Еву еще разок. Но только так, как МНЕ хочется – глубоко, жадно, сильно, отбирая дыхание, разум и адекватность. И не перестаю целовать, пока не слышу отчетливый ответный стон.
Не могу сдержать победную улыбку.
Теперь можно идти.
Макс с его разговорами ни о чем и обо всем сразу остудил мой пыл. На вопрос, чем таким я был занят, что не отвечаю на мобильный, пришлось благоразумно промолчать и перевести тему беседы. В основном речь шла о возобновлении утренних пробежек, на которые в последнее время мы оба забили. Вскользь я поинтересовался у друга, не знает ли он, где можно раздобыть свежей крови, в ответ у Макса прорвало фонтан черного юмора. Однако, он обнадеживающе сказал, что есть у него одна идейка, поэтому я должен брать ноги в руки и лететь к соседу.
Что и сделал.
И уже через пять минут наблюдал, как весело скалясь, Коротков-младший доставал что-то из холодильника.
- А зачем тебе кровь? – поинтересовался друг.
- Надо в обморок попасть.
- Куда? – усмехнулся он.
- Долго объяснять, - решил не вдаваться в подробности, - Надо кое-что вспомнить.
Макс мгновенно посерьезнел и как-то странно на меня посмотрел.
- Ты что-то забыл? – удивленно спросил он.
- Кажется, да… И кажется, это что-то очень важное.
- Это как-то связано с твоей фобией?
- Думаю, да… Два последнее время, когда меня уносило, я кое-что видел… Настю… И Гелю… Кажется, я был там, когда их убили.
- Ты серьезно?
- Возможно, я все видел… И… может, если я постараюсь, то вспомню гораздо больше. Узнаю место… И… мы, наконец, найдем Настю.
- Она не единственная, кого не нашли.
- Да, я знаю…
- Семь девчонок, Егор, так и остались пропавшими без вести. Кажется, следствие тогда пришло к выводу, что этот псих их просто расчленил на мелкие кусочки и разбросал по лесу. Кого ты хочешь найти, спустя столько лет?
- Не знаю… Но знаю, что предположение с расчленением доказано не было. И вообще, этого психа осудили только за убийство Гели. Причастность к смерти остальных лишь косвенная. Найденная на его одежде кровь еще не доказательство в убийстве! Ты сам знаешь истину – нет тела, нет дела! А психа этого тогда даже в тюрьму не посадили! В больничку на принудительное заперли! Но он виновен! Он убил их всех! Девчонки перестали пропадать, как только его упекли в дурку!
- Но что ты теперь хочешь? Прошло сколько? Лет двенадцать? Псих этот никогда не выйдет на волю, а что хуже – тюрьма или российская психушка – вопрос, знаешь ли, весьма спорный.
- Мне кажется, я видел его вчера.
- Кого?
- Герасима.
- Какого Герасима?
- ПСИХА, МАКС!
- Где?
- В лесу, у памятника на озере.
- Да быть такого не может!
- Не знаю… Я не уверен. Там мужик был какой-то. Что-то искал, причем уже не в первый раз. Я не помню, как выглядел тот псих, но… Короче, я просто отключился. Как девка какая-то, потерял сознание от страха. А потом, у меня было видение. Бля… ВОСПОМИНАНИЕ.  И там был этот мужик! В подвале!
- В каком еще подвале?
- Не знаю. Не помню. Думаю, в его подвале. Потому что я видел там и Настю, и Гелю, и самого себя, только маленького, понимаешь?
- Если честно, то нет, брат. Нихрена не понимаю.
- Говорю же, долго объяснять. Короче, мне нужна кровь. Мне нужен мой новый припадок!
- Слушай, крови, конечно, нет. Но есть печень!
- Печень?
- Свиная печень!
 
- И зачем мне печень?
- Смотри! – и Макс потряс передо мной вакуумной упаковкой чего-то темного.
- Она там с кровью! Тебе ж вроде много не надо!
Идея была сомнительной, но ничего лучшего не находилось. Коротков с улыбкой сатаниста выпотрошил в глубокую металлическую миску кроваво-буро-фиолетово-красные куски. Что ж, возможно, идея не так плоха, подумал я, чувствуя подступающую тошноту.
Макс запустил руки в миску и принялся мять куски, словно выжимая из них соки. На коже появились темные разводы давно свернувшейся крови. Она густыми каплями неестественного оранжево-бордового оттенка размазывалась по широким ладоням. Друг посматривал на меня с долей скепсиса и недоверия. Будто ожидая, когда уже меня накроет, и параллельно прикидывая – не проломлю ли я обо что-нибудь свою черепушку, если вдруг упаду прямо сейчас посреди их уютной светлой кухни.
 - Ну как ты?
- Мутно… Но недостаточно, - честно признался я.
- Ясно. Подойди-ка поближе.
- Зачем?
- Давай-давай!
Я послушно подошел к столу внимательно вглядываясь в месиво.
- Закрой глаза!
- Макс…
- Закрывай, говорю!
Я послушно зажмурился, держась за край стола. И тогда Макс сделал кое-что, что действительно подействовало так, как надо! Он сунул мне под нос миску с печенью.
- Чувствуешь, как воняет смертью? – совершенно серьезным голосом предводителя Сатанистов всея Руси спросил Коротков.
О да!
Я чувствовал!
Мерзкий запах холодной печени с яркими металлическими нотками ворвался в сознание. Горло обжег желудочный сок. Тело мелко задрожало. Сознание уносилось в глухую темноту, оставляя лишь легкость и приглушенные крики Макса…
В себя пришел, лежа на прохладной плитке. Затылок ныл, видимо приложился во время падения. Надо мной нависал взъерошенный, как мокрая курица, Коротков, сверля меня диким ошалелым взглядом.
- Ну как? Получилось? – интересовался друг, - Я тебя спецом не трогал, чтоб не нарушать сеанс!
Сеанс, блядь!
Экстрасенс херов.
- Воды дать? – помахал он передо мной запотевшей бутылочкой минеральной воды, которую явно вынул из холодильника. Я кивнул и попытался подняться. Голова еще слегка кружилась, подташнивало, в глазах плавали мутные пятна.
Холодная шипящая жидкость хорошо приводила в чувства. Копаясь в  собственной голове, я секунда за секундой понимал, что все было без толку. Разочарование накрывало беспощадной волной, унося былой настрой на благоприятный исход данной затеи.
- Ни хера не вышло…
- В смысле? Ты ж грохнулся!
- Я ничего не видел. Темнота, пустота, тишина.
- Ты валялся минут десять!
- Видимо, так это не работает.
- Егор, я понимаю, тебе тяжело… Но, может, это все просто нервы? Сознание играет с тобой, подсовывает фантазии, выдавая за воспоминания… Ты был маленьким ребенком, у тебя погибли все родные, ты потерял лучшего друга… Никто не останется нормальным после такого.
- Хочешь сказать, я псих?
- Бля, я не так выразился… Егор, я хочу сказать, что у тебя психологическая травма. А с этим нельзя справиться самостоятельно. Нужен специалист, который поможет интерпретировать образы и чувства… Это все сложно.
- Ты прав. У твоего отца в части ведь есть штатный психолог?
- Кажется, есть…
- Поехали!
- Куда?
- К специалисту!
- Ты серьезно?
- А похоже, что я шучу?
  
Глава 32.
 
ЕВА
Даже после ухода Егора я продолжала чувствовать его нежные прикосновения, заразительную силу, искрящуюся энергию и трепетное желание. Все потому, что запах Королева впитался в меня вместе с ласковыми поцелуями, вместе с его горячим дыханием, вместе с взаимным притяжением, электризующим воздух вокруг нас.
 
Мне нравилось это ощущение.