Фактор соблазна (СИ)
— Отдай мой нож, — железным голосом приказала я.
— Забирай, — сказал Август и, повернувшись ко мне, протянул рукоятку складного ножа. Я быстро ухватилась за нее, но он не отпустил: — Ты не выстрелишь. Кишка тонка. — Его губы скривились в усмешке.
Увереннее сжав рукоять пистолета, я ответила:
— Ты не знаешь, за что тебе приказали меня поймать и доставить под стражу. Ведь так? Тебе не дали почитать мое дело, потому что оно засекречено. А вдруг я убила кого-то?
Август отпустил нож и откинулся на спинку кресла.
— Говори, что тебе от меня нужно. Хотела бы убить, уже б пристрелила.
— Довези меня до Краснодара и высади там, где я скажу.
— Хорошо, — согласился он и завел двигатель. А когда проехал несколько десятков метров по трассе, встретился со мной взглядом в зеркале и добавил: — Лучше бы тебе убить меня. Потому что если я буду жив, финал будет лишь один: я поймаю тебя и доставлю туда, куда мне приказано.
— И помалкивай, пока едешь, — махнула я пистолетом в Августа.
Конечно, я еще никогда не стреляла в человека. Но в тире показывала отличные результаты, так что, если понадобится, не промахнусь.
Итак, теперь, когда мой господин Инспектор на мушке, можно и зевнуть и потянуться (по очереди: одной рукой, другой, перекладывая пистолет туда-сюда; нечего терять бдительность и убирать оружие хоть на секунду).
Пока мой план успешно исполнялся, я не сводила глаз с Августа, который внимательно следил за дорогой, не превышал скорость и в общем идеально себя вел. Я вспоминала прошедший вечер, день, утро, и понять не могла, как он так быстро меня нашел. Покинув лагерь, я брела по лесу, пока не вышла на трассу, где он меня и подобрал. Или ему донесли на меня белки с зайцами, пока я тревожила их покой, пробираясь сквозь лесные чащи, или… Без понятия.
— Как ты меня так быстро нашел?
Август сделал вид, будто не слышал мой вопрос.
— Можешь уже говорить.
— Я тебя не искал. Мне сказали, где ты будешь.
— Кто?
— Ответ на этот вопрос я тебе не дам даже под страхом смерти.
В любом случае у меня не хватит сил в одиночку бороться с мощной организацией, которая спит и видит, как упечь меня за решетку. Даже назови Август имя какого-нибудь начальника их разведки, одна я ничего ему не сделаю. Лучше думать о том, как найти сестру и залечь на дно (пристроится в другой лагерь). Но сначала — избавиться от Инспектора. Может его связать и спрятать в багажник, а самой сесть за руль? Не слишком ли жестоко…
— Как ты так сделала, что снотворное не подействовало?
— Похоже, у меня к нему уже иммунитет. Придется тебе придумать что-то интереснее, чтобы перевезти меня.
— Свяжу тебя и закрою в багажнике, — улыбнулся он.
— Так! Молчи лучше. Не то сейчас самого туда упакую.
Август громко рассмеялся. Мне самой захотелось рассмеяться от того, какой смешной казалась со стороны моя угроза. В этот раз мне всего лишь повезло оказаться в более выгодном положении: у Августа нет возможности меня разоружить. Не разделяла бы нас спинка кресла — все могло бы быть по-другому.
Скоро на дороге стали намного чаще встречаться автомобили, и мне пришлось опустить руку с пистолетом. Ее я почти не чувствовала, она буквально онемела от напряжения. Переложив пистолет в левую руку, я разминала пальцы, чуть не кривясь от боли, пока не увидела вдалеке городские здания.
Наконец-то, с облегчением подумала я. В городе много людей, можно затеряться в толпе, нырнуть в переход, спрятаться в тени. И когда машина Августа слилась с потоком машин горожан, я внимательно провожала взглядом дома, магазины, общественные здания, думая, где бы мне лучше всего выйти. Я бывала когда-то в Краснодаре, еще будучи подростком. За лет десять много чего изменилось, и теперь я смотрела на город будто чужими глазами.
Когда я увидела вдалеке огромный торговый центр, выпалила:
— Заезжай на стоянку возле того длинного волнистого здания.
Подъехав ближе, я лишь на несколько секунд разрешила себе изумиться красоте дизайна торгового центра, а потом принялась глазами искать нужное место на стоянке.
— Припаркуйся возле того светлого “ниссана” так близко, чтоб ты потом не смог открыть дверцу возле себя, — сказала я, пересаживаясь на соседнее сидение. Подождала, пока Август выполнил мои требования, заглушил мотор, и приказала: — Отдавай сюда ключи, — и еле успела их поймать в полете.
Выходя из машины, я еще держала Августа на прицеле. Забросила ключи лететь вперед в небо, водрузила рюкзак на плечи и приготовила нож.
— Прощай, господин Инспектор.
В следующее мгновение я вонзила нож в колесо и бросилась бежать. Краем глаза я видела, что Август в тот же миг, как я спрятала пистолет в карман, бросился за мной.
Я не была уверена, побежит ли он искать ключи от машины, либо ловить меня, поэтому бежала ко входу в торговый центр сколько было сил. Перед глазами мелькали белые носки кед, асфальт сплылся в одну серую массу. Я почти не поднимала голову, и тем более не оборачивалась, боясь споткнуться. В один момент мне показалось знакомым это чувство: бежать, смотря лишь вперед, боясь обернуться. Но я не могла вспомнить, чтобы так убегала от кого-нибудь.
Влетев через прозрачные раздвижные двери торгового центра, я понеслась вперед, осматривая висевшие указатели. Единственное место, куда Август не войдет за мной следом, — женский туалет.
Перед нужным поворотом, я решила, что нужно хоть раз обернуться. Как оказалось, за мной никто не гонится. Я облегченно вздохнула, но в мысли прокралось сомнение: слишком легко Август меня отпустил. Не теряя ни секунды, я завернула в туалет.
Уже находясь в кабинке, я поставила рюкзак на крышку унитаза и раскрыла молнию. У меня есть запасной комплект одежды: светлый свитер, джинсы, ботинки и ветровка. А что делать с моей белой шевелюрой, я не знала. Нет ни шапки, ни платка, ничего… Порывшись в карманах, я нашла лишь резинку.
Когда я сменила одежду, решила, что рюкзак придется оставить здесь. Я взяла с собой лишь бумажник, телефон (проверив перед этим, не всунул ли Август мне куда-то жучок), ключи и паспорт. Все это успешно вместилось в карманы ветровки. Хотелось бы, конечно, принять душ и привести себя в порядок. Но все, что я могла сделать сейчас, это умыться и расчесаться.
Собирая волосы в хвост перед зеркалом, я заметила на шее небольшой синяк. Именно в том месте, куда Август впрыснул снотворное. Но синяк казался странным, когда я принялась рассматривать его ближе. Больше он был похож на засос, оставленный в порыве страсти. Хотя бы потому, что не болел, когда я надавила на него пальцами. Странно. Но некогда тревожиться по этому поводу.
Я аккуратно расчесала челку, спрятала деревянный гребешок в карман и воззрилась на себя. Под карими глазами залегли тени, кожа бледная, губы сухие. Я так похожа на перепуганную сбежавшую преступницу и совсем не похожа на обычную девушку, прогуливающуюся по торговому центру. Набрав в ладони ледяной воды, я ополаскивала лицо до тех пор, пока оно не приобрело живой цвет.
Рюкзак, с темно-синей кофтой, черными джинсами и кедами, остался сидеть на бачке. Возвращаясь к рядам бутиков, я старалась выглядеть как можно более беззаботной, но внимательно смотрела по сторонам и уверенно направлялась к выходу.
На улице я сразу свернула в противоположную сторону от той, где стояла машина Августа, и пошла следом за молодым человеком, разговаривавшим по телефону.
— Вишня! — услышала я где-то рядом знакомый голос — голос человека, которого сейчас никак не ожидала услышать. И никак не хотела. — Вишня, это же ты!
За спиной послышались тяжелые шаги, и мне пришлось обернуться.
— Я точно призрака увидел! — воскликнул парень, подходя ближе ко мне.
— Что ты забыл в Краснодаре?
Хоть Паша сейчас и надел на себя дорогие шмотки, сделал крутую стрижку, я все равно видела в нем недотепу и разгильдяя. Но, возможно, за те годы, что мы не виделись, он изменился.