Магические целители. Добро пожаловать в другой мир! (СИ)

Этот приемчик я выучила недавно, но не думала, что пригодится так быстро. Да еще и на такой персоне… Глостер сразу обмяк, а взгляд его осоловел.
— Глупая, ой, глупая, — сокрушенно покачала головой прабабка и скрылась в столовой.
— Я так не могу, — повторила я уже шепотом и в пустоту.
— Я спать, — пробормотал между тем Глостер, медленно направляясь к лестнице. Мое заклинание действовало безотказно.
Я стала подниматься за ним по лестнице, желая проследить, чтобы все было в порядке. Однако вместо того, чтобы пойти в свою спальню, некромант остановился у соседней, гостевой комнаты и открыл дверь.
— Нет-нет, господин Глостер, не сюда. — Я попыталась его остановить, но некромант уже был внутри.
Скинул туфли и солдатиком упал на кровать. Через секунду раздался его тихий храп.
Ну вот, и где же теперь спать мне?
Я закрыла дверь и решила пока спуститься в кухню, сделать себе чаю, чтобы немного успокоиться. В голове от происходящего был полный сумбур, щеки все еще пылали, как и губы, и сердце то замирало, то начинало стучать как у кролика. Ну да, я же и есть Белый Кролик. Я нервно усмехнулась, вспомнив свое прозвище, и следом подумала об Агате. Как она там с Валиирийским? Надеюсь, Боярову уже доставили домой, и она видит десятый сон, как и Глостер.
Глостер… Он снова проник в мои мысли. Я на автомате заварила себе чай, села за кухонный стол. Что мне теперь со всем этим делать? Как жить, вести себя после этого… поцелуя?
— Я не знаю, — прошептала вслух, закрывая лицо ладонями. — Так странно все… Так странно…
— Ничего странного, — раздался ворчливый голос Анелии Глостер, и она сама показалась в дверях столовой. — Странно, что ты не воспользовалась ситуацией. А я ведь тебе говорила!
— Ах, перестаньте! — вздохнула я, отодвигая чай, к которому так и не притронулась. — Я что вам, девица легкого поведения, чтобы прыгать в постель вот так просто? И ради чего? Чтобы потом сгореть со стыда, не зная, как поутру смотреть в глаза вашему правнуку?
— Зачем сгорать со стыда? — Призрак возмущенно пожала плечами. — Надо, наоборот, прикинуться оскорбленной, а потом просто хватать его и тащить под венец, позже разберетесь.
— Для вас это «просто»? — я недоуменно усмехнулась.
— А что тут сложного? Не понимаю. Я так и вышла замуж за Чарльза Глостера. — Анелия передернула плечами. — И мы прожили долгую, счастливую супружескую жизнь. Никто не остался недоволен. Кстати, ты невинна?
— Что за вопрос? — Я как ужаленная подскочила со стула и зачем-то направилась к шкафу с посудой. — Мне почти тридцать. Конечно, у меня были… э-э-э… близкие отношения с мужчинами. Странно, если бы было наоборот. — В моей руке оказалась кастрюля.
— Это усложняет ситуацию, — деловито заключила госпожа Глостер. — Меньше возможностей для маневра.
— Я не собираюсь совершать никаких маневров! — В кастрюлю был заброшен цыпленок, залит водой и водружен на плиту. — Прекратите меня склонять к разврату!
— Помилуй, дорогая, какой разврат? Вы неравнодушны друг к другу, это факт. Я выразилась бы более емко, но ты, похоже, не готова слушать подобное. Поэтому не буду заставлять тебя краснеть.
— Да, пожалуйста, избавьте меня от этого. — Мои уши все равно запылали. И я с остервенением принялась чистить морковку.
— Но ты же сама была не против… — Анелия сменила тон с напористого на заговорщицкий. — У вас так все романтично…
— Ваш правнук был пьян! — Нож угрожающе вонзился в разделочную доску. — А это совсем не романтично.
— Что ты, кстати, делаешь? — вдруг спросила госпожа Глостер.
— Куриный суп, — с раздражением отозвалась я.
И замерла, оглядывая кухню. Только сейчас до меня это дошло. Я. Варила. Суп. Для Глостера.
— Он помогает от похмелья… — закончила я тихо, придавленная этим осознанием, и медленно опустилась обратно на стул.
— Ну что ж… — хмыкнула Анелия. — У каждого свой путь. — И исчезла.
Суп я все-таки доварила. А после принялась искать место для сна. Вначале подумывала прилечь на диване в гостиной, затем заглянула в комнату к Микки, но в первом случае место было слишком узким, во втором — коротким.
 
— Мяу, — Люси все это время настойчиво намекала мне на спальню самого Глостера, которая по понятной причине пустовала.
— Но как я могу спать на его постели? — я колебалась. — Это неприлично.
— Муа. — Люси с возмущением сверкнула глазницами.
— Считаешь, ничего страшного? — Я в нерешительности открыла дверь.
— Пф. — И Люси первая прошмыгнула внутрь.
— Ладно, я лягу с самого края, — попыталась договориться сама с собой. — Раздеваться не буду…
Но корсетный лиф платья уже давно давил на талию и грудь, причиняя дискомфорт, и я почти весь вечер мечтала поскорее снять его, а тут еще и спать придется… Ладно, посплю без него! Просто встану пораньше и оденусь. Уверена, Глостер продрыхнет до обеда.
Неожиданно меня быстро сморил сон. И снился мне тот самый кабак. Хозяин гном бегал вокруг меня, предлагая выпить пинту, а Глостер прямо на моих глазах целовался с Агатой. Откуда-то появился Валиирийский, схватил меня за талию, прижимая к себе, и страстно шепнул: «Давай тоже целоваться».
«Нет, нет». Я попыталась увернуться от губ эльфа, которые он почему-то свернул трубочкой, и сбросить с себя его руки.
— Отпустите меня, пожалуйста, — прошептала я уже на грани сна и яви. Объятия были слишком жаркими и тесными.
— Еще… чего… — раздалось над самым ухом бормотание, а хватка стала только сильнее.
Я распахнула глаза, возвращаясь в реальность. Утренний свет заливал комнату, в углу тихо тикали часы, а меня кто-то действительно обнимал. Я скосила глаза: рука мужская. Чуть повернула голову — и тут же в ужасе пискнула. Это был Глостер. Спал рядом, дыша в затылок, и прижимал меня к себе. Да, и он уже был без рубашки. На мне, к счастью, белье было ровно в том количестве, в котором я ложилась спать, из чего можно сделать вывод: до совета прабабки Глостера я все же не дошла.
Я попыталась незаметно вывернуться из этого жаркого плена. Сердце предательски стучало и ныло, как и тело, которое весьма неоднозначно реагировало на незапланированную близость. Но я была решительно настроена победить эти низменные порывы. Мне все же удалось оторвать от себя руку Глостера, но в этот момент он проснулся сам.
— Кристина? — Его сонный взгляд растерянно пробежался по мне.
— Госпожа Зайцева, — упрямо процедила я и поднялась, прикрываясь одеялом. — Как вы здесь оказались?
— Это как ты… в смысле, вы оказались в моей постели? — Глостер сдвинул брови и тоже сел на постели.
— Вы, между прочим, пьяный заснули в гостевой спальне, мне ничего не оставалось, как лечь здесь! — Я одной рукой дотянулась до своего платья, которое висело на кресле. — Ума не приложу, как вы переместились сюда.
— Ногами, наверное. — Он посмотрел на меня исподлобья. — Что вчера было? Я много выпил, да?
— А вы ничего не помните? — уточнила я.
«Совсем-совсем ничего?» — хотелось добавить. Он отрицательно мотнул головой:
— Мы с Агатой играли в… Неважно. — Некромант махнул рукой, помрачнев еще сильнее.
— Вот именно! Неважно! — Я сглотнула ком, подкативший к горлу. Значит, он помнит только это? — Отвернитесь, будьте добры!
— Что?
— Отвернитесь, говорю, — холодно повторила я. — Мне надо одеться.
— Да, конечно… — Он, спохватившись, повернулся ко мне спиной. — Так что было? Почему вы здесь?
— Доставила ваше тело домой. — Я нервно натягивала платье, оттого путалась в нем и злилась еще сильнее.
— Почему вы?
— Потому что надо было кому-то утром дождаться Микки, на вас надежды было никакой. А Лестар не мог с вами быть ночью.
— О… Он уже для вас Лестар, — едко заметил Глостер.
— Как и Боярова для вас Агата, — в тон ему ответила я.
— Это другое.
— Серьезно? Давайте не будем вот этого всего, господин Глостер. — Я отчаянно боролась с тесемками на платье. Черт, никак не могу к ним привыкнуть! — Вы весело провели время с Агатой, я тоже не скучала с господином мэром. Какие проблемы?