Магические целители. Добро пожаловать в другой мир! (СИ)

— Золотой, — процедил аптекарь, окидывая меня раздраженным взглядом.
— Да это грабеж! — выдохнула я, от возмущения растеряв всю вежливость.
Но толстяк даже бровью не повел.
— Золотой и ни грошем меньше.
— Вот именно, золотой у вас какой-то пластырь, — процедила я ему в ответ. — Клейте его себе сами. — И прошествовала к двери.
— Обойдемся без пластыря, — сказала я уже Микки, усаживая его обратно на ту же скамейку. Потом нашла в сумке носовой платок, свернула его в несколько раз и положила мальчику в ботинок между пяткой и задником. — Ну как? Лучше? До дома дойдешь?
— Дойду! — махнул Микки и соскочил со скамейки.
Кое-как мы дохромали до дома, а там мне удалось вполне удачно залечить мозоль (зацветшая фиалками ножка стула и несколько половиц не в счет).
А ровно в тот момент, когда я сняла с плиты свежесваренные на обед щи, явился Глостер.
— Опять что-то забыли? — полюбопытствовала я у него, наливая суп в тарелку Микки.
— Привез лекарство. — И некромант поставил на стол знакомый пузырек.
Мое сердце замерло в ожидании приговора.
— Вам повезло, — изрек Глостер, естественно выдержав паузу, — испортить вы ничего не смогли. Наоборот. Удивительно, но несколько компонентов усилили свою активность. Поэтому можно даже снизить дозировку.
— То есть я улучшила его? — Мои губы сами растянулись в торжествующей улыбке.
— Можно сказать и так, — нехотя признался ректор. И стрельнул глазами в сторону щей.
— Пообедаете с нами? — предложила я, уже пряча улыбку.
Глостер кашлянул в кулак и произнес нарочито безразлично:
— Пожалуй, перекушу.
  
Глава 12
 
Агата Боярова
Проснулась я, как раз когда Кристи уходила на работу. У нас за все время так и не вышло вместе позавтракать: то она стремглав несется к Глостеру, то я сплю до последнего. Это утро не было исключением. Заметив оставленный на столе хлеб, я решила ограничиться бутербродами и не касаться сегодня плиты.
— Угру-ру! — послышалось обиженное от нашего Станиславского. Наверняка Кристина ничего ему с утра не дала. Особое питание и диета — это не пустые слова для врача. Вот только кто-то слишком строго все контролирует.
— На. — Я просунула сквозь прутья ломтик вяленого мяса и кусок хлеба. — Сдашь меня Белому кролику — и до конца своих дней яблоками питаться будешь.
Мрых кивнул, шустро притянул к себе лакомство и отпрыгнул на середину клетки. Дальше я слышала только довольное чавканье и мурчание сытого летучего лисенка.
В мэрии у меня была работа только до обеда. После пришлось собирать все важные документы и отправиться домой к Валиирийскому. Наш светлоликий продолжал хворать, но свои обязанности бросить не мог. И вот я снова оказалась у двери знакомого особняка. Открыл мне сам больной. Эльф выглядел сонным, растрепанным и почти по-домашнему уютным, если бы не вновь начавшийся насморк.
— День добрый, — прогундел мэр, пропуская меня внутрь.
— Смотрю, вам не стало лучше, — щедро раздаривала комплименты я.
— Так плохо выгляжу? — Мужчина скривился и поплелся в свой кабинет.
— Не задавайте вопросов, на которые не хотите услышать ответы. — Я с большим облегчением водрузила огромную стопку бумаг на рабочий стол и грузно села на диванчик в углу. Ноги гудели, и хотелось пить.
— Умеете вы поддержать, Агата, — криво улыбнулся Лестар и занял место за столом.
— Мне казалось, что вчера с насморком было покончено? — Я помнила, что каким-то чудным образом прочистила нос светлого, но говорить ему об этом не собиралась.
— Да, и я думал, что худшее позади. — Он взял одну бумагу, черканул по ней перьевой ручкой и отложил в сторону, потянувшись за следующей. — Но вот он я, не могу спать, ибо почти задыхаюсь.
Так мы провели около часа, прежде чем эльф окончательно не заплевал чихами бумаги и ему понадобился перерыв на еду и питье.
— Агата, вы ведь можете приготовить суп? Все же у вас рабочие часы, а вы дремлете на диване, — недовольный моим отдыхом, попытался подвигнуть меня на кулинарные подвиги эльф.
 
— Это не входит в мои обязанности, и я могу уйти назад в офис по первому вашему слову.
Ответ светлому не понравился. Отпустить меня в мэрию он не мог. Глаза Валиирийского слезились и, откровенно говоря, плохо видели из-за простуды, поэтому ему была нужна рядом пара здоровых, роль которых я и исполняла. Ну и кто-то должен был банально расталкивать этого болезного, когда он начинал засыпать над документами. Один раз даже захрапеть умудрился, все еще сжимая ручку. Какой-то законченный трудоголик.
— И все же, может, супчик? Обоим неплохо бы подкрепиться. — Я нахмурилась. — Простенький, куриный, с вермишелькой.
— Готовка — это не мое, — сдержанно отказалась. Еще не хватало заделаться кухаркой, потом не открещусь.
— Чаек? — не сдавался Лестар. Болезный вид делал его каким-то несчастным, беспомощным и нуждающимся. Невозможно отказать. Уверена, большая часть характеристик была умело использована против меня хитрым эльфом.
Вот поэтому я и не лечила больных в своем мире, предпочитая мертвых.
— Мне доплачивать должны за работу в тяжелых условиях, угрожающих моей жизни, — недовольно бросила и отправилась на кухню заваривать чай. Лучше бы в мэрии осталась, ей-богу.
К слову, пока напиток настаивался, я размышляла о своей магии и ее роли в лечении насморка эльфа. Ведь могло же быть так, что некролечение способно убивать не только кого-то видимого, но и микроорганизмы. Например, вирусы и бактерии.
За чаем было решено сделать заказ в соседней таверне с помощью магического вестника, что избавляло меня от готовки и не оставляло нас голодными. Я так сосредоточилась на потоках магии, что она черно-золотыми всполохами искрилась на кончиках пальцев. Мне стоило заметить это раньше, но я слишком увлеклась и, как следствие, накуролесила.
— Дзинь-плюх!
И все содержимое мешка оказалось на полу: разбились глиняные тарелки, вылилось их содержимое. И если бы я просто была неуклюжей, но нет. Моя некромантия прохудила мешок, отчего наш поздний обед можно было только слизывать.
— Нам принесли плесневый суп? — удивился мэр, стоило ему приглядеться к почерневшим склизким вермишелькам на паркете.
Отличная могла быть отмазка, но совесть у меня все же была.
— Я же говорила, что готовка — это не мое, — заметила с тяжелым вздохом и, шаркая, направилась за шваброй в кладовку.
Я готовила суп. Самой страшно было от этого. Мои навыки ограничивались варкой пельменей, бутербродами и яичницей. Однако заказывать что-то еще эльф отказался, он же скряга и лишнюю копейку не потратит. А раз именно я уничтожила прекрасный обед своей магией, то мне и возмещать.
Если честно, я хотела сходить в таверну и лично принести еще супа, но мэр оказался непреклонен. То ли он так хотел увидеть меня в фартуке на кухне, то ли посмеяться над моими кулинарными способностями — кто знает. В любом случае мои деньги остались невредимы, а вот о руках того же не скажу.
— Вода кипит, — выдохнула я, растерянно стоя над столом с продуктами и кипящей кастрюлей.
— Закинь курицу в кастрюлю, — руководил светлый, удобно устроившись в столовой и продолжая перебирать документы.
— Целиком?
— По частям, — невозмутимо отозвался мужчина.
— По каким частям? — Я обернулась, чтобы видеть эльфа.
— На которые ты эту самую курицу разделаешь. — Он посмотрел на меня со снисходительной улыбкой, но все испортил кашель. — Кха-кха! Кидай ножки и спинку в воду, а когда сварятся, снимешь мясо с кости и вернешь в суп. Ну или филе порежь сырым и закинь в кастрюлю. Оба варианта приемлемы.
Да я ни одного варианта не знаю! Резать мясо, конечно, умею, а вот потрошить не очень. Поэтому я идеальным срезом отделила окорочка от тушки и отправила так в кипящую воду. Пусть эльф потом обгладывает из тарелки, зубы у него есть. Остатки курицы вернула в холодильник.
— И? — Я снова уставилась на мэра, ожидая дальнейших указаний. Хочет суп — пусть помогает.